Приветствую Вас Гость • Регистрация • Вход • RSS
Воскресенье, 16.12.2018, 01:28
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Форум » Фанфики » Фанфики категории гет » Сети (в процессе)
Сети
сообщение 24.03.2016, 17:43
Сообщение #1
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Название: Сети
Автор: Magicheskaya
Категория/тип: гет
Пейринг/персонажи: Минако Аино/Кунсайт, Макото Кино/Нефрит, Ами Мизуно/Зойсайт, Рей Хино/Джедайт, СтарЛайты, Мотоки, Алмаз
Рейтинг: G
Жанр: Romance/Drama/Angst/POV
Размер: макси
Статус: в процессе
Описание: Интернет... Чаты, почты, переписки... Кто-то просто развлекается, кто-то бежит от реальности, кто-то коротает время, придумывая себе новое "лицо". Шестнадцатилетняя девушка и взрослый мужчина-вдовец; хакер и тихоня; вечно недовольные друг другом соседи; бывшая фигуристка и мажор. Их могут разъединять километры, возраст, мнения... А соединяют виртуальные сети и вполне реальные чувства.
Предупреждение: AU/OOC
 
сообщение 24.03.2016, 17:44
Сообщение #2
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Вместо пролога.


Четыре истории... Восемь судеб... Одно начало...

Рей - шестнадцатилетняя девчонка, решившая ради забавы попереписываться со взрослым мужчиной двадцати шести лет, который оказался бизнесменом-вдовцом с невероятной историей жизни и прекрасной душой. Их переписка заходит очень далеко: Джед Айт хочет встретиться со своей незнакомкой из интернета, но Хино не может признаться в обмане и всячески избегает разговоров о реальной встрече. Однако судьба не дремлет...

Они почти ненавидят друг друга. Кун Сайт терпеть не может свою шумную, легкомысленную соседку по квартире, а Айно, молоденькая танцовщица, презирает соседа-ученого за занудство и неумение брать от жизни все. Вечные враги в жизни – родственные души в интернете, где нет житейских проблем, обид и предрассудков. Только вот выдержит ли реальность перед фантазией?..

Зой Сайто – хакер-вундеркинд, гроза интернета. В одном чате он знакомится с девушкой с забавным ником Мышка. Пообщавшись с Мышкой, не желающей раскрывать свое имя, Сайт пытается взломать ее почту и, наконец, узнать тайну девушки. Однако на ее странице коварная защита, установить которую может далеко не каждый человек. Теперь узнать Мышку для Зойя – дело чести…

Макото Кино – известная фигуристка, из-за травмы ноги вынужденная оставить большой спорт. На какое-то время отчаявшаяся девушка теряет вкус к жизни, но все исправляет красавец Неф Рит, интернет-поклонник. Однако девушка еще не знает профессию своего воздыхателя и его страсть к деньгам…
 
сообщение 24.03.2016, 17:45
Сообщение #3
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Мина и Кун. "В нашем доме поселился..."


Это было незабываемое чувство: зайти в свою собственную, хоть еще и пустую, квартиру, пахнущую клеем и строительной пылью, скинуть пару сумок в коридоре и поставить на подоконник первый кактус. Мелочь, а приятно! Теперь это все ее. Можно хоть стоять на ушах, самостоятельно выбирать, куда поставить стол, а куда стул, и конечно же в ее квартире никогда не будет этих жутких пуфиков горчичного цвета, навевающих дурные ассоциации, что стояли в доме тетушки Минако. Девушке пришлось почти год кантоваться в чужой квартире, прежде чем выдалась возможность приобрести свою. Нет, Мина не была неблагодарным человеком, тетка, несмотря на своенравный характер, рада была помочь племяннице, но все же получить свой угол – это нечто!

Девушка с замиранием сердца представляла, как эти стены превратятся в настоящее уютное жилище, и она с удовольствием будет возвращаться вечерами домой, надевать пушистые тапочки, заваривать какао и, вытянув натруженные за длинный день ноги, смотреть телевизор… Не зря же она танцевала с утра до ночи, это будет вполне заслуженное удовольствие!

Мама Минако подарила дочери пуанты, когда той было всего пять лет. Девочку отдали в балетную школу, но Мине было трудно учиться, в первую очередь из-за буйного характера и крайней непоседливости. Она быстро уставала от строгих движений и плавных мелодий, и со школой пришлось распрощаться, как и матери с мечтой увидеть свою дочку на сцене балетного театра.

Но не все было потеряно. Конечно, в балет Мина не вернулась, зато ее с охотой приняли на спортивные бальные танцы, где юное дарование нашло выход не только своей бьющей через край энергии, но и таланту. Горы учебы, тренировок и конкурсов сделали свое дело: Айно пригласили в Токио в одну известную танцевальную группу, пришлось жить у тетки по линии отца, а потом ей дали квартиру, да не где-нибудь, а в очень ухоженном районе, где каждый второй – интеллигент. Ее несколько смущали эти чопорные, малоэмоциональные люди, встретившиеся ей у дома, но, в конце концов, какая ей разница? Да и Мина в случае чего в грязь лицом не ударит, не в тайге выросла и встречала по жизни множество образованных личностей. А то, что эти строгие люди вряд ли придут к ней домой с пирогом, чтобы познакомиться, девушку не трогало.

Сначала было не так шикарно, как хотелось бы. Во-первых, мебели в квартире не было, как и денег на нее, и девушка спала на матрасе прямо на полу; на кухне стояла табуреточка с электрическим чайником, посуда – в картонной коробке, одежда до сих пор лежала в сумке бог знает в каком состоянии. Электрическая плита с одной единственной конфоркой, занятая у тетки (а та, похоже, хранила ее у себя еще со времен Великой французской революции), время от времени занимала место чайника около розетки. Но Минако не жаловалась. Это была ее квартира.

Во-вторых, постоянные репетиции так изматывали, что девушка еле доползала домой и тут же валилась на матрас, забыв про ужин. Готовила Минако, откровенно говоря, скверно, никогда даже и не бралась за кулинарные шедевры, но это был не повод доводить себя до голодного обморока.

В-третьих, иногда ей было скучно. В свои редкие выходные ей было совершенно нечем заняться в пустой квартире. Одна радость – был еще ноутбук с выходом в Интернет, можно было найти любую музыку, включить на всю катушку и танцевать до упаду, хотя, казалось бы, не от танцев ли ей надо отдохнуть?

Однажды подобный отдых закончился для девушки маленькой встряской. Она с трудом разобрала сквозь мелодию надрывающийся дверной звонок, выключила музыку и бросилась открывать. Кто бы это мог быть? Когда Айно открыла дверь, то увидела на пороге высокого беловолосого мужчину в небольших прямоугольных очках, совершенно невозмутимо смотрящего прямо ей в глаза, да так пронзительно, что Мина невольно залилась краской.

- Здравствуйте, - спокойно сказал он, а совсем растерявшаяся девушка лишь нервно кивнула, чуть не хихикнув. «Этот-то точно с пирогом пришел!» - Я ваш сосед слева. Дело в том, что ваша… мм… музыка, - на секунду его тонкие губы прихотливо дрогнули, - несколько мне мешает. Я бы попросил вас выключить ее или хотя бы уменьшить звук, иначе у меня стены начнут трескаться.

Все это он сказал таким тоном, словно никто и пикнуть против его слова не посмеет, да еще и оскорбил вкус Мины, за что она моментально озлобилась на соседа.

- Извините, - она слащаво улыбнулась, развязно подперев косяк хрупким плечиком и скрестив на груди руки. – Но я не буду ничего выключать.

К полному разочарованию девушки, мужчина только чуть приподнял идеальные белесые брови:

- Это почему же?

- А потому, что сейчас всего 18:02, - она даже помахала наручными часиками перед носом соседа. – И я вправе хоть оркестр привести к себе домой.

- Значит, вы не убавите громкость? – его светло-серые глаза опасно прищурились.

- Нет.

- Ну, всего вам доброго, - хмыкнул он и ушел в свою квартиру, и, когда дверь за ним захлопнулась, Минако злобно ругнулась.

Мести со стороны странного соседа не последовало, никто не бил по батареям и не стучал в стены, но неприятный осадок остался. Она из вредности прибавила громкость, но уже через пять минут выключила ноутбук. Отчего-то было неуютно. То ли от бездушного взгляда соседа, то ли от того, что жила Минако в прямом смысле на чемоданах, - это не важно. Наверное, ей было просто немного одиноко, раньше хоть рядом была тетка, и то, что по соседству с ней жила свора зануд, для которых первый грех – не знать Шиллера и вырядиться в юбку выше колена, настроения не прибавляло. Все-таки девушка настолько привыкла создавать вокруг себя праздник и кипучую деятельность, что «интеллигентное» общество ее дома набивало оскомину.

«Не такое уж и интеллигентное», - едко подумала девушка, вспомнив безукоризненно вежливого и отвратительно холодного соседа слева.

Интересно, кем он может быть? Работает где-нибудь в архиве среди молчаливых древних книжек, от которых и набрался этой бездушности. И как у человека может быть такое каменное лицо? Хотя нет, чувства на мгновение отразились, перечеркнув губы чем-то презрительным, но ничего, кроме недовольства, девушка не увидела.

«Сухарь какой-то», - мысленно подвела итог Минако и навсегда окрестила соседа бездушным бревном.

Со временем жизнь наладилась, девушка купила себе хоть и недорогую, но удобную мебель, даже завела кота, чтобы уж не возвращаться в пустую квартиру, и постепенно начала привыкать к тому, что старушки у подъезда обсуждают не сериалы, а творчество Моне. Единственное, что у Мины осталось прежним, это танцы по выходным и несносный сосед. Иногда девушке казалось, что он осуждает все, связанное с ней, хотя с того милого разговора они больше не имели друг с другом дела. И почему-то это бесило и раздражало.

Вот Минако вприпрыжку бежит по лестнице, напевая себе под нос что-то веселое, а белобрысый стоит у своей двери в подъезде и глядит, как грозный комендант в общежитии. Вот девушка гуляет со своим котом, а сосед смотрит так, словно это нечто сверхъестественное. И что это за вечное недовольство?! Решив, что проблемы у соседа, а не у нее, Минако пообещала себе игнорировать его. В конце концов, одинокому, но все еще молодому мужику есть из-за чего беситься, правильно?

Однако Айно еще не знала, что ее ждет…

***
- О-со-о-ле! О со-о-оле ми-и-о! – надрывалось за стеной под звук плескавшейся воды, и Кун снова стал указательными пальцами тереть виски, пытаясь прогнать приступ мигрени.

Когда он покупал здесь квартиру, он и понятия не имел, что стены такие тонкие. Да, район элитный, интеллигентный, но чтоб в расписание входили концерты… до чего же дошел прогресс! Эх, а как было хорошо, когда по соседству жила старушка, работница библиотеки. Правда, Сайту иногда хотелось проверить, не умерла ли она, потому что временами из ее квартиры не доносилось ни звука. К счастью или к сожалению, новая соседушка забыть о себе не даст, это уж точно.

Словно в подтверждение мыслей мужчины, из-за стены грянуло очередное задушевное «О Со-о-ле!», и Куну показалось, что октаэдр, который он ровно вывел на чертеже, раздвоился и принялся плясать перед глазами. Черт возьми, какая тут геометрия, если хочется закрыть уши подушкой и спрятаться далеко-далеко? А еще больше – схватить эту маленькую наглую девчонку и отшлепать, как трехлетнюю?!

Неожиданно звук душа исчез, а вместе с ним и «музыкальное сопровождение», и в первую минуту Кун даже не мог сообразить, что в комнате воцарилась идеальная тишина. Только часы тикают: тик-так, тик-так. Он рывком надел на нос очки и пулей вылетел из квартиры, тут же принявшись немилосердно дубасить в дверь справа.

- Да? – девушка открыла дверь и тут же напряглась, увидев разъяренного соседа.

- Простите, что беспокою, - едко начал Кун, еле сдерживаясь, чтобы не завопить от злости, - но, насколько я знаю, вы занимаетесь не на хоровом отделении, и…

- И, быть может, мне вообще рта не раскрывать?! – вспыхнула Мина, в одном шелковом халате выходя на лестничную площадку с видом быка перед родео.

- Вызывайте хотя бы оркестр, как говорили! - рявкнул Сайт, совершенно теряя терпение. – Вы тут не одна живете.

- А ну не кричите на меня! – взвизгнула Мина, сверкающим взглядом смотря на соседа. – Вы вообще умеете спокойно разговаривать, или это только на меня такая реакция?

Мужчина только обреченно схватился за голову и сиганул к себе домой.

Господи, может, и в правду дело в нем? Может, он давно сошел с ума от тишины, и все ему только чудится? И нет этой возмутительницы спокойствия, а только его больное воображение? Когда он в последний раз разговаривал с кем-то нормально? Не помнит…

Работа и дом – два спичечных коробка, в которых он существует. Ведет лекции у тупоумных студентов, которые и на половину не ценят геометрию, им совершенно все равно, когда Сайт со всем возможным для него восторгом рассказывает о гениальной простоте Пифагора или теореме Ферма. А это может остудить любой пыл. Наверное, то, что Кун практически ненавидит свою работу, и привело к тому, что жизнь обернулась сплошным разочарованием. Ничего у него не заладилось. И чем ближе становилось заветное число «тридцать», тем яснее он это понимал и тем беспомощнее барахтался в бессилии.

Осталось только спиться. Семьи нет. Детей – тоже. Зато есть нелюбимая профессия, квартира, от тишины которой иногда хочется выть, ложная судимость и неизвестная девушка из Интернета. Вот и все его «богатство». Даже девушка у него виртуальная. И то, если они когда-то пересекутся в жизни, то и она пропадет.

Кун бессильно уперся лицом в ладони и сел в кресло. Он давно смирился, что должен остаться одиночкой, жить в этом тихом районе и держаться от людей подальше. Людям нет веры, они предают, и Кун это усвоил. На всю жизнь усвоил и не простил.

Он построил свой маленький мир в холодной, тихой квартире, научился в нем жить, забыв про то, что радовало его раньше, а теперь появилась эта девчонка и лишала его покоя. Сколько ей? Восемнадцать? Двадцать? Он со снисхождением наблюдал за танцовщицей Айно, глупенькой и неосторожной, и почти злорадно думал: а каково будет ей падать с небес на землю? Она с непониманием и презрением смотрела на Сайта, что не было для него новостью. Не первая и не последняя.

Девушка пугала Куна тем, что воплощала его прошлую жизнь, и это бесило, давило, злило. Зачем она вообще появилась в этом районе, в этом доме, в соседней квартире? Чтобы все разрушить?

«Вы вообще не умеете спокойно разговаривать, или это только на меня такая реакция?» - крикнула она, даже не осознавая, что попала в точку. Да, такая реакция была только на нее, с остальным своим окружением Кун давно научился общаться так, чтобы ни одна эмоция не проскользнула.

«Веду себя, как идиот, - устало подумал Кун. – Причем как безнадежный идиот».

***
Дамка: Хочешь сказать, у тебя всегда получается сдерживаться? Не верю!
Айсберг: И правильно делаешь. Но я думаю, что нужно показывать гораздо меньше, чем чувствуешь.
Дамка: Ты ошибаешься! Нельзя скрывать в себе ничего: ни злости, ни радости. Люди должны жить эмоциями.
Айсберг: Странная ты.
Дамка: Ты тоже.
 
сообщение 24.03.2016, 17:45
Сообщение #4
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Мина и Кун. Романтика сомнительного качества


POV Минако

Осень подкралась незаметно. Еще несколько недель назад обманчиво грело солнце, а сегодня с утра пришлось накинуть синее пальто из тонкой шерсти и повязать мамин шарфик. Даже лужи и асфальт зазеркалились, отчего сапожки на каблуке, которые я так удачно отхватила на распродаже, опасно скользили. Осенний воздух особенно остро пах мокрыми ветками и первым морозом.

Это все, конечно, прелести, достойные внимания, но сейчас мне было не до них: я опаздывала на утреннюю репетицию. Мало того, что будильник, который я нещадно расквасила о стену еще две недели назад, решил сегодня устроить мне отгул, для полного счастья оказалось, что нечем кормить кота, так что пришлось нестись в магазин, изумляя сонных прохожих каскадом прыжков прима-балерины.

Я чесала вдоль тротуара, не глядя под ноги, мысленно прокручивая все возможные маты, которые посыплются в мою сторону. А судя по тому, что я опоздала уже примерно на половину часа, так меня еще и поколотят всей компанией. И это перед международным соревнованием! Мамочка, роди меня обратно…

Я даже не успела сориентироваться, когда уперлась лбом во что-то твердое, только и взвизгнула, подбросив руки кверху, и тут же приземлилась пятой точкой прямо в лужу; в правой ноге подозрительно закололо.

- Что б вас всех!.. – рыкнуло откуда-то сверху.

Первое, что я увидела, были черные армейские ботинки размера этак пятидесятого, потом черное пальто и только в последний момент – разозленную рожу моего соседа со странностями. Стало вдвойне обиднее. Мало того, что я сижу в грязи, держась за больную ногу, так еще и этот на мне отыграется. И совсем неудивительно, что я отскочила от Сайта, как каучуковый мяч, хорошо, хоть голову не сломала об эту скалу!

- Вы под ноги смотреть умеете? – вместо извинений и приветствия спросил он, машинально подавая мне руку.

- Кто бы говорил, - в тон ответила я, своенравно отталкивая ладонь и силясь подняться самостоятельно, но встать не смогла: правая нога ослабла, и мужчина подхватил меня в последнюю секунду.

Что-то недовольно прошипев сквозь зубы, Сайт взял меня на руки и повернул в сторону дома.

- Что вы делаете? – изумилась я.

- Вы предпочитаете сидеть в луже? – бесстрастно ответил он, не глядя на меня, и мне почему-то показалось, что я ему противна.

Я обидчиво замолчала, злясь на собственную неуклюжесть и на отсутствие всяких манер у этого мужчины. Похоже, на репетицию я безнадежно опоздала, да еще и потянула ногу. Пропали мои соревнования, Литиция голову оторвет. А Диего? Диего устроит целую истерику, всем же плевать на мое здоровье, лишь бы пахала как вол, а остальное не важно. Но самое главное… что же скажет Коу? Ничего он не скажет, но никогда мне не добиться тепла в его глазах. Одна была надежда – выиграть эти чертовы соревнования, заставить посмотреть в мою сторону другими глазами, но нет же!.. Сдался на мою голову этот Сайт, да еще и идет с таким видом, будто бревно несет, а не живую девушку.

- Вы меня сейчас взглядом продырявите, - ехидно сказал мужчина, строго глядя вперед.

Вы посмотрите на него, все ему не нравится! Видите ли, я на него не так гляжу! Да у меня из-за него жизнь, можно сказать, ломается.

- Да из-за вас!.. – возмущенно начала я, но Сайт меня перебил:

- Знаете ли, у меня тоже проблемы по вашей милости, я опаздываю на работу, а таскать вас на руках – удовольствие сомнительное.

- Ну тогда бросьте меня где-нибудь, сама доползу! – разозлилась я, чувствуя, что вместе с моей уязвленной гордостью вспыхивают щеки.

- Сидите тихо, мисс Айно, - устало произнес он, наконец заглядывая мне в глаза, и я невольно притихла.

Дальше мы шли молча, точнее, шел Сайт, а я ехала, вполне удобно устроившись у него на руках.

- Вы посмотрите, - шепнула одна старуха другой, когда мы с Сайтом прошли к подъезду. – Ни стыда, ни совести…

Я почувствовала, как кровь отливает от головы. Что они говорят? Что о нас думают? Лицо Сайта вообще превратилось в каменную маску, заострилось и ожесточилось, и он почти с ненавистью посмотрел на меня.

- Давайте ключи, - он без всякого лифта поднялся на третий этаж и встал у моей квартиры.

Я неловко достала ключ из кармана пальто, ощущая почти осязаемые волны недовольства с его стороны.

- А теперь держитесь, - он без затруднений перекинул меня к себе на плечо, так, что я повисла вниз головой.

- Это что же делается? - на лестничную площадку высунулась мадам Гертруда, престарелая домохозяйка с прескверным характером. – Заселиться не успела, уже подолом метет, - ее жирные руки задрожали от негодования.

- А вам что, завидно? – выпалила я, мстительно тряхнув длинными волосами, и старая зараза задохнулась от возмущения.

Не успела я насладиться ее видом, как оказалась в своей квартире. Судя по «замороженному» лицу Сайта, я явно перегнула палку. Вспомнив о том, как он меня ненавидит, мне вообще захотелось провалиться сквозь землю.

- Мне придется пройти в ботинках, - бесстрастно сказал мужчина и, пройдя в гостиную, осторожно посадил меня на диван. – Раздевайтесь.

- Что?! – опешила я; сказать, что я была изумлена, значит, ничего не сказать.

Да что он себе позволяет?!

- Я осмотрю вашу ногу, - приподнял бровь он, и я смущенно закашлялась (вот дура!).

Я скинула грязное пальто, сапог, оставшись в одном чулке.

- И его снимайте.

- Может, отвернетесь? – мужчина покорно повернулся в другую сторону.

- Все, - я вытянула вперед ногу, и Сайт принялся легко ощупывать ее, отчего я почему-то стала краснеть.

- Вы врач? – брякнула я, только чтобы не молчать и не замурлыкать от довольно приятных ощущений.

- Нет, я лектор, - он выпустил мою ногу из рук и посмотрел на меня; я мигом прижала колени к груди. – У вас всего лишь растяжение, жить будете. У вас есть эластичный бинт?

- Да, вот в этом шкафу, - мужчина достал бинт, перебинтовал мне ногу и стал собираться.

Его пальто находилось в едва ли лучшем состоянии, и мне даже стало стыдно: и за выходку в подъезде, и вообще…

- Извините меня, - я виновато потупилась. – Я не хотела причинять вам столько неудобств.

- Ничего, - спокойно ответил он и вышел за дверь; нужны ему мои извинения…

POV Куна

Я чуть не хлопнул дверью. Посмотрите, какая бедная овечка, как ей стыдно!.. Даже язык за зубами держать не умеет, а теперь по ее милости такие пойдут слухи, что хоть из дому не выходи. Маленькое своенравное проклятие.

Я зашел в свою квартиру и позвонил в университет, что заболел. Мне вообще не хотелось высовывать нос наружу, зная, что весь район уже судачит о моей связи с Айно. Она приехала, и весь мой мир полетел к чертям. А сама из себя вся такая невинная.

Я недовольно заметался по квартире, не зная, чем себя занять. На учебники и чертежи смотреть не могу. Включил компьютер, залез в чат и к своему удивлению заметил, что ник «Дамка» подсвечен зеленым. Тут же высветилось сообщение:

Дамка: Привет! Не на работе?
Айсберг: Утро доброе. Нет, приболел, отгул взял. А ты где?
Дамка: Тоже дома, тоже болею, да еще и лень-матушка одолела, ничего делать не хочется.
Айсберг: То же самое. Ты, значит, сейчас свободна?

Я с каким-то волнением ждал ответа и, когда он пришел, невольно улыбнулся, позабыв раздражение.

Дамка: Я в вашем распоряжении, сеньор! Только момент – включу хотя бы стиральную машинку! – и я ваша!

Через полминуты высветилось новое сообщение:

Дамка: Все, я здесь! Что сегодня будем обсуждать?
Айсберг: А что угодно. Мне все интересно.
Дамка: Хм…
Айсберг: Как ты относишься к теме последнего съезда ООН?
Дамка: Ты это серьезно?!

Я расхохотался в голос, представляя ее изумленные голубые глаза. Непременно голубые.

Айсберг: Не совсем.
Дамка: Фух, а я уж подумала! Чуть чаем не подавилась. Ты бы еще достижения Ковалевской предложил обсудить!
Айсберг: А что? Я бы смог.
Дамка: Шутишь?
Айсберг: Не совсем.
Дамка: Чувствую себя недоразвитой…
Айсберг: Самоутверждаюсь за твой счет.
Дамка: Позер!
Айсберг: Есть немного.
Дамка: Ты такой вредный! Как тебе не стыдно изводить девушку? Я ведь и обидеться могу…
Айсберг: Во-первых, я не вредный, а ироничный. А во-вторых, девушка уже и сама должна понимать, что я это не со зла.

На минуту она затихла.

Айсберг: Ты все-таки решила обидеться?
Дамка: Нет. Я решила налить себе еще чаю. И да – наверное, стоит хоть разок и надуться.
Айсберг: Какие мы сегодня суровые!..
Дамка: Да, я такая!
Айсберг: Ждешь моих извинений?
Дамка: Жду.

Я задумался. Что бы ей такое ввернуть?

Айсберг: О, великая и прекрасная Дамка! Простите, пожалуйста, меня, убогого!
Айсберг: Ну что, я прощен?
Дамка: Вполне. Убогий.
Айсберг: Вот ведь язва! И еще на что-то жалуется!
Дамка: Та-а-ак!.. Я ведь могу и снова…
Айсберг: Все-все. Молчу.
Дамка: Вот и слушайся меня!
Айсберг: Тебя-то послушаешь…
Дамка: Так, извини, я отлучусь на пять минут, по работе звонят. Скоро вернусь!

Я пошел на кухню и заварил себе кофе. На душе было спокойно и легко, словно кто-то зарядил меня невидимой батарейкой. Мне нравилось общаться с Дамкой, препираться с ней, будто наяву слушать возмущенный веселый голос. Нравилось, что она не знает меня настоящего и не остерегается, как многие. Нравилось, что мы можем говорить о всяких глупостях, просто дурачиться. Может, это как-то жалко для взрослого мужчины, но я не хотел ее терять.

POV Минако

Дамка: Так, извини, я отлучусь на пять минут, по работе звонят. Скоро вернусь!

На дисплее высветилось «Литиция». Ну вот, сейчас буду получать по маковке!..

- Так, Айно, - сходу я услышала недовольный голос наставницы. – Ты что, совсем из ума выжила?

- Литиция, - я устало вздохнула. – Это же не по моей вине, - хотя с этим можно и поспорить.

- Это безответственно. Тебе плевать на команду! – продолжала она нести чушь.

- Ты в своем уме? – взорвалась я. – Ты знаешь, сколько я работала, и все равно говоришь этот бред. Больная нога – это не каприз, я не могу танцевать, - я не находила слов от возмущения. – Я день и ночь пропадала на паркете, готовилась. Я мечтала победить!

- Хватит, - она сухо отреагировала на мое отчаяние. – Репетиции пройдут и без тебя. Можешь не приходить в ближайшие две недели.

Я с досадой выключила трубку, даже не попрощавшись. Всем плевать, как я себя чувствую, никто и не поинтересовался. Вот так вот. Старайся, Минако. Даже Диего не позвонил, а ведь он мой партнер. На душе стало гадко-гадко и одиноко.

Вдруг телефон опять затрезвонил, и я нехотя подняла его, глядя на чужой номер.

- Алло?

- Алло? Минако? Это Ятен Коу…
 
сообщение 24.03.2016, 17:46
Сообщение #5
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Мина и Кун. Потанцуем?


POV Минако

- Э? Ятен? – ничего глупее я больше не могла придумать. Наверное, со стороны это звучало, как бред тупоумного. – Это ты?

- Да, - ответил бархатистый баритон, и сердце забилось где-то в горле. – Я тебя не отвлекаю? Как себя чувствуешь?

- Чувствую? – мысли с явной задержкой доходили до моего воспаленного мозга. – Нормально чувствую, нога только побаливает, танцевать не могу…

- Жаль, - парень преувеличенно вздохнул. Уж слишком преувеличенно, но я не обратила на это внимания.

Со всем беззаветным самопожертвованием влюбленной девушки (или почти влюбленной) я спросила:

- А что случилось? У тебя есть ко мне дело?

- Вообще-то есть. Но раз уж ты не можешь танцевать…

- Нет! – слишком поспешно крикнула я и тут же исправилась. – Я смогу… только подлечусь чуть-чуть.

- Правда? – соблазнительный баритон зазвенел от радости, и только от этих ноток его голоса хотелось петь. – Ты – чудо, Айно! У меня к тебе одно предложение.

- Какое?

- Мы можем встретиться? Сегодня, ближе к полудню?

- А разве Литиция не будет гонять вас на репетиции до вечера? – удивилась я.

- Да она психанула и все отменила. Сегодня, можно сказать, я – свободный мужчина, - он рассмеялся. – Так что? Согласна?

- Давай в час у меня дома, - я с трудом сдерживала победоносный крик индейца.

- Тогда до встречи.

- До встречи, - я отключилась и громко рассмеялась, откидываясь на диван.

Встреча с Ятеном Коу? С ума сойти! Да я о таком даже мечтать не могла! И повод этой встречи меня волновал мало. Я готова была отдать кровь на перелив и руку на пересадку, лишь бы снова вот так запросто поговорить с ним.

- О, мой милый сосед, спасибо тебе за потянутую ногу! – прокричала я, запуская подушку в потолок и принимая ее всей поверхностью моськи. - Вот блин, у меня же не убрано! – я тут же подскочила и, забыв про больную ногу, принялась наводить порядок.

Надо сказать, что мистер Пропер удавился бы с горя, если бы знал, с какой скоростью работала я. У меня еще никогда не было так чисто, как сегодня. За всей этой суетой я совсем позабыла об Айсберге, который наверняка все еще ждет меня. Мне даже совестно стало. Я села у ноутбука и напечатала сообщение:

Дамка: Извини, что так задержалась.
Айсберг: Ничего, бывает. Я не в обиде. Хотя…
Дамка: Хотя?..
Айсберг: Я могу справедливо надуться. Не находишь?
Дамка: Вот хитрюга!
Айсберг: Есть, у кого поучиться.
Дамка: Не обижайся на меня, пожалуйста! *делаю жалостливую мордочку*
Айсберг: Ну ладно, так уж и быть. Тем более, расставаться в обиде плохо, правда? У меня появились кое-какие дела.
Дамка: Тогда не буду задерживать. До вечера?
Айсберг: До вечера.

Я вышла из чата.

Айсберг. Кто он такой? Иногда мне кажется, что это расшалившийся подросток, язвительный и дерзкий, готовый доводить меня до белого каления своими поддевками. Иногда он представал передо мной зрелым мужчиной лет под сорок с огромным жизненным багажом за плечами, твердым мнением и каким-то непоколебимым стержнем. Я запуталась в этих его двух образах, затерялась в них, иногда до ужаса хотела спросить, кто он такой, но все равно чего-то опасалась. Боялась разочаровать и разочароваться, ведь втайне мечтала, что мой Айсберг – Ятен Коу.

Да, это очень глупо, и шансов почти никаких, но надежда все-таки жила. Знаете, нечто вроде сказки про Золушку? Он полюбит меня, совсем не зная, но и жизнь сведет нас навсегда. И мы будем жить долго и счастливо и умрем в один день. Конец.

И одновременно мне что-то подсказывало: Айсберг не может быть Ятеном. Что-то внутреннее разделяет их, душевное. Наверное, если бы Айсберг был Коу, то невольно говорил бы о танцах, репетициях… как-то выдавал свою работу. Мой же знакомый из Интернета натура больше прагматичная, научная, строгая. Не такая. И меня это и разочаровывало, и радовало одновременно.

Знаю, однажды настанет тот момент, когда нам с Айсбергом придется или познакомиться, или навсегда остаться поверхностными приятелями. Чего я больше боюсь? Наверное, привязаться к нему, а потом узнать, что он женат и имеет троих детей. Страшно все это. Так было с моей мамой.

Она познакомилась с мужчиной, влюбилась, забеременела. Сказала о «счастливой» новости своему кавалеру, что ждет ребенка. А он в свою очередь открыл еще одну прекрасную тайну: он женат и разводиться не будет. Вот и все.

Мужчины у моей мамы были, но надолго не задерживались, она им патологически не доверяла. Я тоже этому научилась. Но, Господи, как же хочется влюбиться! Безумно, без оглядки и сожалений. И мне почему-то казалось, что Ятен тот, с кем я могу быть.

Вдруг позвонили в дверь. Я очнулась от своих мыслей и пулей полетела открывать, на ходу поправляя светлые пряди.

- Привет, - выдохнула я, открывая дверь Ятену.

Как всегда прекрасен. Синее кашемировое пальто (явно известной фирмы), узкие темные брюки, идеально чистые ботинки. Белая челка с небрежный шармом откинута влево, зеленые глаза горят, а румянец как никогда его красит. Наверное, мороз.

- Можно? – я отхожу в сторону, пропуская его в коридор.

Коу с ловкостью иллюзиониста будто из воздуха выхватывает розу и протягивает ее мне. Что это вообще с ним? Но я смущенно принимаю цветок и уношу его в вазу, купленную, как мне раньше казалось, лишь для декора.

Парень проходит в гостиную, с любопытством оглядываясь по сторонам.

- То, что надо, - вдруг сказал он, глядя на полупустую комнату.

- Ты о чем?

- Да так, мысли вслух. Хорошо устроилась.

- Спасибо, - мы садимся на диван. – Что у тебя за дело?

- Сначала пообещай, что в любом случае не расскажешь о нем никому. Даже если откажешься, - он говорит, шутя, но что-то серьезное в его взгляде, и я послушно киваю.

«Даже если меня будут пытать, не выдам!» - проносится в моей голове.

- Ты не хочешь стать моей партнершей? – спрашивает он, и я теряюсь:

- Что? А Литиция? – сколько помню, они всегда танцевали в паре.

- Литиция? – его лицо на мгновение омрачается. – Она ничего не должна знать. Она… не поймет.

- А я пойму? – я смотрю в его глаза и жду. Чего?

- А ты должна понять. Это такой шанс, Минако! – Ятен вдохновенно вскакивает с дивана и ерошит белые волосы. – Такое только раз в жизни может выпасть!

- О чем ты? – я откровенно ничего не понимаю.

- Частные соревнования, - Коу резко оборачивается от окна ко мне и смотрит в упор. – Победившая пара улетает в Европу. Высший свет, выгодные контракты. Вся жизнь, как на ладони, - я никогда не видела его в таком возбуждении.

- А команда? – вырывается у меня, и Ятен расстроено замолкает; на его лице отражается упрямство и разочарование.

- И ты не понимаешь…

- Нет, я пойму, - действительно, мне очень хотелось его понять, ведь где-то все равно живет ма-а-аленькая мечта.- Если для тебя это так важно…

Он улыбается, и мне становится так легко!

- Я устал, Минако. Ты говоришь – команда! А что команда? Я уже давно перерос ее. Нет, это не значит, что я лучше других, - он резко садится рядом со мной и сжимает мою ладонь. – Просто я хочу большего. Я хочу сольные выступления, только мои и моей партнерши. Хочу, чтобы мое имя знали.

- Литиция отказалась?

- Да. Ты же знаешь, она – наставница, она не может оставить вас. Да и попросту не хочет. Но ты можешь помочь мне, правда? Мы поднимемся до небывалых высот!

- Я не могу, Ятен, это же подло. За спинами у всех…

Его лицо сереет.

- Только танец, - я стараюсь говорить твердо, и он с надеждой смотрит мне в глаза. – Я выступлю с тобой, но останусь в команде. Если все получится, дальше тебе придется самому.

- Спасибо! - Коу прерывисто меня обнимает. – Репетировать можно и здесь. У тебя просторно.

Я специально не захламляла гостиную, чтобы иногда танцевать под настроение.

- А что мы будем танцевать?

- Танго. И только танго, Минако. Я уверен, мы будем шикарно смотреться вместе, - от этих слов к моим щекам прилила кровь. - Может, попробуем сейчас кое-что?

Я хотела пожаловаться на больную ногу, но Коу уже захватил меня в объятья и плавно повел без всякой музыки. Жаловаться на что-то расхотелось вообще. Мне казалось, что я чувствую каждое его мимолетное движение, предугадывая, куда он повернет и что сделает. Наши шаги и жесты были такими отлаженными, словно мы танцевали вместе всегда, и даже то, что кругом стояла тишина, и только наши тихие шаги задавали ритм, ничуть не мешало.

- Отлично, - задумчиво улыбнулся мужчина, когда я присела на диван; нога ныла. – Уверен, нам не будет равных. Когда тебе удобны репетиции?

- Ну, в ближайшее время Литиция меня не ждет, так что я свободна.

- Я буду приходить к тебе после командной репетиции, хорошо?

Я киваю и тут же спохватываюсь:

- Ты не хочешь чаю? Я такая ворона!

- Нет, спасибо, мне пора. Встретимся завтра?

- Хорошо.

- Тогда в семь я буду у тебя.

Он прошел в коридор, обулся и накинул пальто.

- До встречи, - обворожительно улыбнувшись, Коу выскользнул за дверь.

Я подошла к окну и стала смотреть, как он уходит, вжав в стоячий воротник белесую голову. Странно. Отчего-то мне было грустно. Видимо, не вся я еще очаровалась Коу. Что-то было не так… не романтично. Может, потому, что он даже забыл о том, что у меня вообще-то болит нога? Не знаю, не знаю… И во что я ввязалась?

POV Куна

- Кунс, ты перестанешь или нет? – Мотоки раздраженно отобрал у меня кружку с пивом, которую я с меланхоличным видом крутил вот уже минут пять.

- Тебе никто не говорил, что напиваться с утра вредно? Можно и привыкнуть, - я снова пододвинул кружку к себе.

- Я приглашал тебя не напиться, а выпить пива с давним другом. Мы с тобой уже сто лет не собирались просто посидеть и поговорить. А любоваться на твою разозленную рожу я больше не могу. Что стряслось? - Мотоки пытливо пододвинулся ко мне, скидывая с широких плеч рокерскую куртку на спинку стула, отчего проходящая мимо официантка неровно вздохнула; мужчина хищно ухмыльнулся ей и манерно закурил. – Так что случилось?

«Вот, блин, герой-любовник…»

- Новая соседка.

- Хорошенькая? – осведомился Аугава.

- А черт ее знает! – огрызнулся я. – То в душе поет, то в лужи падает.

- А в чем проблема-то? – не понял Мотоки, отпивая из своей кружки и переставая строить из себя мачо.

- Да слух пошел, что у нас с ней связь, - вздохнул я.

- И что тут дурного? - удивляюсь я его беззаботности. – Тебе такие слухи не помешают, а то (прости, Господи), когда тебя в последний раз видели с девушкой? А то ведь могли пойти совсем другие слухи… - Аугава чуть не подавился, глядя на мое лицо. – Все, Кунс, молчу. Я же по-дружески… А так, могу сказать, что ты разводишь проблемы на пустом месте.

Я лишь пожал плечами.

- Тебе необходима встряска. Вот, Кунс, скажи, во что ты превратился? На кого похож? – мужчина в волнении взъерошил светлые волосы. - Я помню другого Кун Сайта. А ты за последние три года состарился на десяток!

-Ты знаешь, - я со звоном поставил кружку на стол. – Ты знаешь, что я все не могу вот так взять и забыть. Вот, - я ткнул пальцем в грудь, ниже сердца. – Шрам мне не даст забыть. Не даст.

- Ты сам придумал себе эти шрамы, - с горечью ответил Мотоки, откидываясь на спинку стула. – А ведь жизнь, она… не закончилась. Она продолжилась, чтобы петь в душе и скакать по лужам, а не закупориться в четырех стенах.

- Давай это оставим, - прохладно ответил я, и друг с негодованием отвернулся.

Ему легко говорить. Не его подставили лучшие друзья. Он не обвинялся в убийстве. Если б он знал, как я был унижен, раздавлен. Забыть? Лишь на словах…

- Кунс, - друг робко потянул меня за рукав, и я к нему обернулся. Ну как на такую моську можно обижаться?! – Давай оставим. Я тут кое-что достал… - он вынул из-за пазухи две бледно-голубые бумажки.

Билеты… на соревнования по бальным танцам?! У него что, крыша поехала?

- Та-а-аак… И как ее зовут?

- Кого? – наивно спросил Мотоки.

- Ту, которая будет там выступать, - я ухмыльнулся. – И не надо говорить, что стал приобщаться к прекрасному.

- Ну… - мужчина улыбнулся, как сытый домашний кот. – Алу.

- Хорошенькая? – скопировал я его слова.

- А то! – Аугава расхохотался. – Я еще помню тебя таким, какой ты сейчас, в эту минуту. И ты не забывай.

Я снова промолчал.

- Ну так что? На бальные танцы?

Я кивнул (видно, по пути мне с этими танцами).

Мы еще посидели около часа, вспоминая былые времена, полные студенческой безбашенности. Идти домой не хотелось, особенно сейчас, после встречи с Мотоки, который (в отличие от меня) не стоит на месте, а живет. Этим он напоминал мне Айно.

Уже на входе к подъезду я столкнулся с каким-то мужчиной.

- Под ноги смотреть надо! – огрызнулся белобрысый и пошел дальше.

Я с недоумением поднялся к себе, сталкиваясь с мадам Гертрудой, которая держала под мышкой своего жирного кота.

- Здравствуйте, мистер Сайт, - сладко улыбнулась она.

Я только кивнул.

- А вы давно ушли?

- А что? – я повернулся к ней.

- Да тут… к вашей девушке, мисс Айно, мужчина приходил. Может, вы не в курсе… - она с притворным сожалением улыбнулась. – Только ушел.

Я фыркнул и спокойно зашел к себе, клокоча внутри от гнева. Теперь я еще и рогоносец!

Чертова соседка… и чертов заносчивый блондин!
 
сообщение 24.03.2016, 17:46
Сообщение #6
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Мина и Кун. Дела семейные


Мне казалось, что скоро я начну шарахаться от своих соседей: они провожали меня такими взглядами, словно я ходила с кастрюлей на голове. Секрет моей популярности, наверное, скрывался в соседе, с которым меня видели при не очень хороших обстоятельствах и в не очень приличной позе. Но я была уверена, что какие-то слухи обо мне распускает точно не Сайт (его и самого вряд ли воодушевляет наша популярность в народе). Я демонстративно игнорировала повышенное внимание к своей персоне, сосед игнорировал меня, и все оставались довольны (кроме ярых сплетников).

Почти целые дни я просиживала дома, копалась в Интернете, подыскивала идеи для нашего с Ятеном танца. Каким-то особенным энтузиазмом я не пылала, ощущая себя явно не в своей тарелке: я зря так необдуманно согласилась танцевать с Коу. Во-первых, я и так немало подвела свою команду, расстроив наше участие в международных соревнованиях. Во-вторых, помогая Ятену, обманывала всех вокруг, а в случае победы Коу вообще улетит, каким ударом это событие станет для всех! И моя надежда завоевать его тоже потерпит крах. Вот что я за человек? Почему никто раз и навсегда не вставит мне мозг в правильное место?!

- Эй, женщина! - меня грубо толкнули в бок, и я с недоумением подняла взгляд на недовольную продавщицу. - Вы будете уже что-нибудь брать?

Проглотив все маты, готовые вырваться на такую бесцеремонность, я взяла пару банок с кошачьими консервами и гордо удалилась с тюками под двадцать килограммов. Вот, спешу всех выручать, а самой даже сумки отнести до дому некому!

В таких невеселых раздумьях я добралась до своей квартиры, и мне не хотелось ничего, кроме как кинуть баулы в коридоре и рухнуть на кровать "звездочкой". Но моим чаяниям не суждено было сбыться. Прямо на лестничной площадке стоял недовольный мистер Сайт, и какой-то дурной голосок мне подсказывал, что дожидается он именно меня. Знаете, так захотелось с визгом дать деру!..

- Здравствуйте, мисс Айно! - с притворным радушием развел руками сосед, и я еле заставила себя подойти к своей двери с невозмутимым видом.

- Какая честь, мистер Сайт, - съязвила я, положив на пол сумки и достав ключи. - Вы встречаете меня у порога. Польщена.

- Я бы на вашем месте особенно не расслаблялся, - в тон мне ответил Сайт, откидывая белоснежные волосы за спину. - Вы не могли бы мне, сударыня, ответить, где ваш кот?

- Кот? - удивилась я. - Дома.

- Да что вы говорите? - он противно усмехнулся. - Тогда что это он делает в моей квартире?

Может, этот мужик совсем чокнулся от одиночества? Откуда мой Артемис взялся у него дома?

- Мистер Сайт, сходите к психиатру. А лучше пройдите полное обследование. На всякий случай, - я уперла руки в бока, скрещиваясь взглядом с его неприветливыми серыми глазами.

- Тогда вам придется составить мне компанию, - рыкнул мужчина, хватая меня под локоть. - Пройдемте-ка ко мне, - я даже пикнуть не успела, как оказалась в его квартире.

Не знаю, чего я ожидала (гробов? цепей? ледяных стен?), но его жилище было вполне вполне сносным, хоть и строго консервативным и минималистским: пастельные тона, простая обстановка.

- Это что? Попытка похищения?

- Вот, - сосед ткнул пальцем куда-то вглубь комнаты, и я зашла внутрь.

На большой кровати, застеленной простым белым покрывалом, действительно сидел мой Артемис и сосредоточенно отплевывался от перьев. Рядом с ним лежала распотрошенная подушка, выдранная в нескольких местах.

- Артемис? - ужаснулась я и подняла кота на руки.

Сайт, скрестив руки на груди, с торжеством глядел на мою растерянность.

- Н-но...

- Полагаю, через форточку, - четко отчеканил мужчина. - Наши балконы по соседству. Только вот я не понимаю: если ваш зверь такой неуправляемый, что в клочки раздирает чужие вещи, то почему вы оставляете его без присмотра с открытым окном?

- Это нелепая случайность! - растерялась я на его дурацкие обвинения. - Будьте уверены, я вам все возмещу и куплю новую подушку. Я понятия не имею, как так вышло. Раньше мой Артемис чужими квартирами не интересовался.

Кун Сайт презрительно скривился:

- Купите какой-нибудь бред, который будет валяться в кладовке.

Я в очередной раз удивилась его стариковской ворчливости.

- Мы пойдем в магазин вместе, я оплачу любую подушку, которую вы выберете, хорошо? - я уже находилась на грани того, чтобы зарычать. - Надеюсь, вопрос исчерпан?

- Завтра в три часа мы идем в магазин, - заявил Сайт. - Я за вами зайду. И не забудьте запереть вашего кота и закрыть все форточки.

Я старательно поджала губы и с видом королевы вышла из квартиры. Однако чувствовала я себя далеко не монаршей особой...

***

- Да вы понимаете, что не сможете на ней спать? - Минако яростно потрясла подушкой перед носом Куна. - Она скатается через неделю.

- Мисс Айно, - мужчина, сжав зубы, оттащил девушку от прилавка. - Вообще-то мне спать на этой подушке, а не вам.

- О-о! - своенравно топнула ножкой девушка. - Тогда покупайте на здоровье, мистер Сайт! Чтоб вас бессонница измучила, упрямца такого.

- Не буду я ее покупать, - ворчливо буркнул Кун и потянул Айно за локоть по отделу. - Найдем что-нибудь другое.

- Извините, вам помочь? - рядом с ними, словно из воздуха, вырос продавец-консультант. -У нас сейчас прекрасные скидки и предложения на двухспальное белье и семейные постельные наборы, - Кун и Минако так и встали с недоуменным выражением лиц.

- Нет, мы сами, спасибо, - опомнился Сайт, и продавец отошел с дежурной улыбочкой.

- Я уже боюсь людей, - фыркнула Мина вполголоса. - И их тупую манеру делать выгодные им выводы.

- Просто каждый видит то, что хочет, - пожал плечами Сайт. - И с этим нужно смириться. А теперь оставим философские вопросы и купим уже мне подушку.

Девушка согласно кивнула, не высказав ни одной колкости. Они прошлись по магазинам, Минако умудрилась напокупать себе всяких полотенец, плед и скатерть, Кун все это нес за нее и даже подушку купил себе сам, на собственные деньги. Это очень сильно удивило Минако (и чего злобный сосед стал вдруг таким благодушным и спокойным, даже уютным?). Минако плохо понимала, как в этом человеке уживается такая противоречивость: умение наговорить редкостных гадостей и аккуратно нести на руках, злиться без повода и быть мужественным и благородным? Чем-то Сайт напоминал ей Айсберга с его раздвоением личности, но девушка не углублялась в раздумья по этому поводу.

***

- Алло? Дорис? Ты сейчас сидишь? Сядь, а то упадешь! - мадам Гертруда вытянула ноги на маленьком розовеньком пуфике, а сама удобно разместила свое полное тело в старом кресле с кисточками; пушистый серый кот, противно мяукнув, уселся ей на колени. - Сейчас была в магазине постельного белья. Знаешь, кого я там видела? - женщина с неприличным восторгом впилась толстыми пальцами в трубку домашнего телефона. - Сайта и эту профурсетку! Как там ее? Айно, точно! Выбирали себе подушки, слышишь? Голубки! Да, это что! К ней теперь еще какой-то блондинчик заходит, хорошенький такой, всегда с цветами. Видно этой... кхм... мало! И не говори, - Гертруда рассмеялась. - Не знала, что наш дом превратился в бюро интимных услуг. А этот Сайт хорош. Я ему сказала, что к его соседке мужик наведывается, а ему хоть бы что! Ну да от него тоже всего можно ожидать. В тихом омуте, как говорится, черти водятся. Поделом ему, ходит вечно с таким видом, словно кругом куски железа, а не люди. Ну, - женщина язвительно фыркнула. - Да, веселая у нас площадка. Да, конечно, пригляжу, уж не сомневайся. Если что увижу, так сразу тебе позвоню. Давай, увидимся.

Гертруда с довольным видом сжала своего жирного кота в объятьях. Давно в ее скучной, постылой жизни не случалось хоть что-то достойное внимания. А теперь за неимением собственной личной жизни можно посудачить о чужой. И это ее вполне устраивало. Кстати, неплохо бы поймать того блондинчика да намекнуть, что у его пассии еще ворох кавалеров. А еще лучше - указать на Сайта, тогда можно надеяться даже на драку. Женщина в раздумье уставилась в окно. Уж она-то все устроит по высшему разряду.

***

Айсберг: Ну, как день прошел? Было что-то новенькое?
Дамка: Ты знаешь, да... Произошла одна удивительная вещь, правда, не со мной.
Айсберг: А с кем?
Дамка: С одним моим знакомым.
Айсберг: И что же произошло?
Дамка: Сегодня я увидела его несколько другими глазами. Раньше у меня о нем складывалось впечатление, как о совершенно несносном грубияне, даже, возможно, ненавидящем женщин. А меня так и подавно! А теперь...
Айсберг: Теперь?..
Дамка: Теперь он вел себя по-другому, по-человечески, понимаешь? И я не знаю теперь, как его воспринимать.
Айсберг: Я тебя понимаю, правда, у меня люди менялись в худшую сторону, так что не было особенного выбора, как о них думать. А у тебя есть возможность улучшить свое представление о человеке. Так почему бы это не сделать?
Дамка: Наверное, потому, что я не уверена, как он поведет себя в следующий раз. Он очень любит кидаться на меня по глупым причинам.
Айсберг: А ты не думала, что то, что для тебя - глупости, для него - нет?
Дамка: Поверь, я не заслуживаю тех нападок. По крайней мере, не тем тоном и не в той форме.
Айсберг: Ладно, пусть будет твоя правда. Но, думаю, все равно стоит смягчиться.
Дамка: Тогда торжественно обещаю не провоцировать его, вот и все! А теперь ты рассказывай, что новенького у тебя приключилось.
Айсберг: Да... ничего...
Дамка: Не верю.
Айсберг: Ладно. У меня кое-что тоже произошло.
Дамка: Я вся во внимании.
Айсберг: Трудно объяснить. Это напрямую связано с моим образом жизни. Я не очень общительный, а сегодня поймал себя на том, что мне интересно общаться с одним человеком. По крайней мере, я не чувствую дискомфорта.
Дамка: Так, ты нашел мне замену!
Айсберг: Нет, тебе замены не найти. Я просто чувствовал себя спокойно. Не подозревал, что нуждаюсь в общении. А для меня это немало.
Дамка: Ну так в чем же проблема? Что тебя тревожит?
Айсберг: Отношение этого человека ко мне. И, пожалуй, мое собственное поведение.
Дамка: Ты отвязный хулиган? *улыбаюсь*
Айсберг: Нет, просто замкнутый и не очень-то вежливый. Не со зла, конечно. Жизнь научила.
Дамка: А вот тот человек... ну... с которым тебе комфортно... он такой же, как ты?
Айсберг: Нет, скорее, противоположный.
Дамка: Тогда не вижу тут проблемы. Главное, поменьше расправляй свои колючки, будь сдержаннее. Знаешь, иногда человеку нужно, чтобы ему показали, что его не отталкивают.
Айсберг: Эх, Дамка, ну почему этот человек - не ты? Уверен, мы с тобой сразу нашли бы общий язык!
Дамка: Думаю, мы можем когда-нибудь встретиться, Земля-то круглая. Было бы желание.
Айсберг: А оно у тебя есть?
Дамка: Есть. Но я чего-то все равно боюсь. Нет у тебя такого чувства?
Айсберг: Да, вот в том-то и беда. Причем то же и касается людей вокруг меня.
Дамка: Ничего, уверена, для нас это дело времени.
Айсберг: Кстати, надеюсь, что тебе не пятнадцать лет?
Дамка: Не бойся, мне двадцать два. А тебе?
Айсберг: Двадцать восемь.
Дамка: Да ладно!
Айсберг: А что? Не ожидала?
Дамка: Честно? Даже не могла предположить. От четырнадцати до пятидесяти пяти.
Айсберг: Ого! Ну ты и хватила!
Дамка: Это ты мне так мозг запудрил!
Айсберг: Ладно, теперь хотя бы я знаю, что тебе не десять.
Дамка: И ты меня успокоил.
 
сообщение 24.03.2016, 17:47
Сообщение #7
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Мина и Кун. Потепление и новые "заморозки"


- Минако, ты не так ставишь ногу. Что за халтура? – Ятен раздраженно отошел от девушки и взлохматил идеальные волосы.

Минако, еле сдерживаясь, чтобы не дойти до убийства, выключила музыку и отошла к окну. Так? Что там советуют психологи? Досчитать до десяти? А лучше за белобрысый хвост и об стол, и об стол!.. Мина аж зажмурилась от удовольствия, представляя себе столь отрадную картину.

- Долго прохлаждаться будем? – язвительно поинтересовался парень, и девушка резко обернулась, сузив глаза, как рассерженная кошка:

- Так, Ятен, - она стала подходить к нему, как ядовитая кобра по песку – плавно и стремительно. – Я стараюсь, как могу, но ты этого почему-то не замечаешь. Ты нарисовал у себя что-то в голове и, черт возьми, хочешь, чтобы я каким-то образом делала то, что ты напридумывал. Я тебе что, телепат? Не хочешь и меня посвятить в свои гениальные идеи, м?

- Стоп, тайм аут, - Коу обезоруживающе улыбнулся, подняв ладони. – Не кипятись. Согласен, переборщил, прости. Сейчас все повторим, я тебе объясню.

Ятен действительно принялся терпеливо растолковывать свои задумки, и Айно подумала: «До чего же ты хочешь на свой дурацкий конкурс!» Романтики было гораздо меньше, чем она ожидала. Была усталость, ноющие мышцы и даже раздражение. Может, напарник Мины, Диего, та еще истеричка, но с Ятеном работать намного сложнее. Девушка уже не завидовала Литиции, слава Небу, ей достался Диего!

- Все, Ятен, я уже устала, - Минако махнула рукой в сторону настенных часов, те услужливо показывали половину десятого.

Ей хотелось кушать и спать. Всё. Она даже не собиралась строить из себя мисс Вежливость и предлагать Коу ужин. Пусть топает домой. Молодой человек, поняв все без лишних слов, спокойно собрался и, распрощавшись, вышел за дверь. Он еще не знал, какой цирк ждет его снаружи…

***
POV Куна

- Да я понятия не имею, о чем вы говорите! - я, как мог, пытался держать дистанцию, но Гертруда прямо-таки вцепилась в меня своими толстыми пальцами.

- Нет, мистер Сайт, вы не понимаете! Он там! – женщина дрожащими руками указала на дверь Айно.

- Кто? – потеряв терпение, выкрикнул я.

- Любовник!

- Чей? – я почувствовал, как глаза выкатываются из орбит.

- Соседки! Мисс Айно! – в ее лице отразилось что-то злорадное, не свойственное пожилым приличным леди, а, скорее, бульдогам-убийцам. – Она вам изменяет!

Неожиданно дверь в квартиру Минако открылась, и на лестничную площадку вышел тот самый блондин, с которым я не так давно столкнулся у подъезда. Он недоуменно остановился, глядя на нас.

- Бесстыдник! – накинулась на него Гертруда, и бедный парень шарахнулся в сторону с сумасшедшими глазами. – Ходишь к чужой жене! Как подло!

- Эй, гражданочка! – блондин решительно оттолкнул от себя разбушевавшуюся старушку. – Какая еще жена?

- Вот, - эта больная снова повернулась ко мне. – Вот ее муж!

Я отрицательно замахал руками:

- Я не ее муж!

- Ходите с ней в обнимку, постельное белье выбираете, но не муж? – вскричала женщина. – Распущенное время!

- Что случилось? – на лестничную площадку высунулась Минако. – Что за шум?

- Ты! – взвизгнула Гертруда. – Подстилка! Устроила тут притон! Навела неизвестно кого!

Бледная изумленная девушка вышла к нам, беспомощно глядя по сторонам.

- Дурдом какой-то! – зло вскричал белобрысый и выбежал из дома.

Айно аж в угол зажалась, так, что мне ее жалко стало.

- Мадам Гертруда, держите себя в руках, - я встал рядом с Минако. – И прекратите совать нос в чужую жизнь. Наши дела вас не касаются. Можете быть свободны, - я с решительным видом затолкал Минако в ее квартиру, а сам сиганул к себе домой.

Я испытывал смешанные чувства досады и жалости, отчего метался по квартире. С одной стороны, конечно, я был зол до предела. И надо же быть таким стервятником, чтобы натравливать людей друг на друга! С другой стороны, мне было совестно перед этой несчастной Айно, которая попала в ту же западню, что и я. Нет, даже хуже. Какой дури наговорила старая карга девчонке! Сидит сейчас, наверное, эта Минако и ревет. Поборов в себе остатки нерешительности, я вышел из дома и без всякого стука зашел к Айно, даже не задумываясь, а нужно ли ей мое участие.

В комнате стояла поразительная тишина, такая, что я даже оробел.

- Мисс Айно, вы где? Это ваш сосед.

Но никто мне не ответил, тогда я машинально зашел в какую-то дверь, как оказалось, ведущую на кухню. Минако сидела за столом, сгорбившись над чашкой, и с силой мешала ее содержимое, словно пытаясь пробуравить в ней скважину. Она даже не подняла головы, будто я – фантом.

- Мисс Айно, вы в порядке? – я даже нахмурился, невольно начиная волноваться, а ответом мне послужил тоненький всхлип. – Мисс Айно? – я уже испуганно тряхнул ее за плечи, и девушка, наконец, посмотрела на меня. Ее губы мелко дрожали, а лицо было зареванным, хоть и сухим, но когда она посмотрела мне в глаза, по щекам побежали целые дорожки, а всхлипы переросли в настоящий плач.

- Минако! – беспомощно воскликнул я, совсем не зная, как вести себя с плачущими женщинами, и что по этому поводу стоит говорить. – Не плачьте! Ну что ж вы, в самом деле?..

Я схватил первый попавшийся стакан и налил в него воды из-под крана, тут же сунул девушке в дрожащие руки, и она с клацаньем отпила полглотка.

- Не слушайте вы эту маразматичку, - уговаривал ее я, схватив за хрупкие плечи.

- Позор какой, - простонала Минако.

- Не принимайте близко к сердцу. Где ваше достоинство? Вы же ни в чем не виноваты! – я пытался говорить как можно разумнее, но сам понимал бесполезность своих слов и сел перед ней на корточки, захватив ее ладони в свои. – Вы знаете, что правда на вашей стороне. Вы же умная девочка, так? – она медленно, как бы сомневаясь, кивнула, утихая. – Не думайте об этом. Оклеветать могут кто угодно и как угодно. Нельзя поддаваться.

- Простите, - Мина смущенно всхлипнула. – Я такая глупая. Расклеилась тут…

- Ничего, - я встал и попробовал изобразить подобие улыбки. – Я сейчас принесу вам смесь сухих трав, очень успокаивают. Выпейте чашечку и ложитесь спать, хорошо?

Я сходил за заветным пакетиком, которым сам часто пользовался, особенно после тюрьмы, и тут же вернулся к ней. Минако уже поставила чайник, чтобы заварить отвар. Я сам, словно хозяин, достал кружку, залил столовую ложку травы кипятком и подал напиток соседке. Благодарно кивнув, Мина с шумом хлюпнула чуть-чуть.

- Потом ложитесь.

- Спасибо вам. Спасибо вам большое, - ответила мне девушка, и я, кивнув на прощание, ушел.

Сам я долго ворочался с боку на бок, не в силах провалиться в спасительный сон. Ситуация только усугубилась, но злости я не чувствовал. Винить Айно уже не хотелось, она и сама испугана и унижена. Отчего-то злиться хотелось на себя и на этого глупого блондина, который убежал, ничего не сказав, и оставил ее на растерзание.

Я выключил бра и закрыл глаза.

***

POV Минако

Проснулась я поздно: бледное солнышко било в окно сквозь голые ветки. В голове – пустота и легкость, словно она стала воздушным шариком. Но что-то все равно мешало. Какая-то странная мысль не менее странного содержания: это утро слишком хорошее, чтобы быть моим. Я лениво зевнула и потянулась, прошла на кухню. Кинула пакетик чая в любимую кружку с мышонком и только тут заметила, что на дне лежит какая-то кашица. Принюхалась: пахнет сеном. Взгляд непроизвольно упал на поднос около чайника. Там лежала какая-то зеленая пачечка с цветочным рисунком. И внезапно вспомнилось все: и крик мерзкой старухи, и сбежавший Ятен, и успокаивающий меня Кун Сайт, который и принес эту самую сухую траву. Господи, лучше бы не вспоминалось…

Меня порядком достали причуды этого дома: аномальная зона, что ли? Старушки превращаются в истеричных ведьм, злодеи-соседи – в ангелов, а принцы постыдно сбегают, наплевав и на принцессу, и на жажду геройства. Если раньше я чувствовала себя чужой этому месту, то сейчас это ощущение только усилилось. Я, наверное, никогда не смогу привыкнуть к нравам столичных людей и навсегда останусь простой провинциалкой. Не хочу быть похожей на них.

Однако поведение Сайта меня удивило. Он единственный, кто не бросил меня одну, а даже зачем-то принялся утешать, становясь при этом почти беспомощным. На какое-то время на его всегда ровном (или злобном) лице отразилось столько чувств, что я даже реветь перестала от изумления. Говорят, что растерянность совсем не красит мужчину, но сосед казался в этот момент таким человечным и успокаивающим, что мне прямо безотчетно хотелось поверить его словам и затихнуть. Оказывается, мне было очень важно почувствовать это участие и поддержку без всякой выгоды. Если Ятен успокаивал меня, чтобы я дальше помогала ему с танцем, то для Сайта не было никакого резона.

Айсберг посоветовал мне улучшить мнение о человеке, и я решила послушать его. Ведь я совсем не знаю, что сделало Сайта таким раздражительным и нелюдимым, в жизни все может быть. Вдруг он сам не желает одиночества? Ведь это же противоестественно, чтобы молодой, здоровый мужчина жил отшельником! У меня нет никого в Токио, кроме тетки и танцевальной группы, и меня это тяготит. И я не верю, что есть кто-то, кто хотел бы быть в абсолютной изоляции. А ведь Кун, похоже, именно так и жил. Ходил на работу и возвращался всегда один. Я ни разу не видела рядом с ним ни женщины, ни (о, Господи!) мужчины. Как так можно жить? Это же страшно!

Через два месяца после моего переезда я приходила к тетке, просто так, навестить. И она искренне говорила мне, что скучает, и одной жить очень сложно, хоть я никогда и не считала, что она мне была особенно рада. А Сайт постоянно жил один. И каково это? Заходить в холодную квартиру, когда тебя никто не ждет? Никогда не
поверю, что ему нравится это мнимое спокойствие!

Я поняла, что начала проникаться к нему жалостью. Надо будет отнести ему лекарство и еще раз поблагодарить, не думаю, что он слишком часто слышит «спасибо». И надо ему показать, что я больше не собираюсь с ним препираться и ссориться. Это, в конце концов, глупо!

Я зашла в Интернет и быстро набрала сообщение Айсбергу: «Спасибо за совет». Наверное, это и его большая заслуга, что я задумалась над этой мыслью. Внезапно даже захотелось сделать что-то хорошее, и это чувство буквально не давало покоя. Я набрала номер Литиции, она не ответила, но я не огорчилась: наверное, занята. Тогда я скинула ей смс с просьбой простить меня, ведь я совсем не хотела так их подвести. Я даже позвонила Коу, с легкостью соглашаясь на встречу, хотя и не очень была уверена, что это то самое «хорошее» дело.

Накинув толстовку, вышла на лестничную площадку, машинально озираясь, словно ожидая, что эта чокнутая старуха прыгнет на меня откуда-нибудь. Я неловко постучала в дверь соседа, но ответом мне была звенящая тишина. Наверное, сейчас он на лекциях. Ничего, можно и вечером зайти. У меня было такое настроение, что, кажется, никакие напасти не могли сломить мой оптимизм.

Но неожиданно на лестничной площадке ниже послышалась возня и мужские голоса.

- Оставь меня в покое, - строго буркнул один, и я сразу узнала Куна Сайта. – У тебя что, пунктик на мою личную жизнь?

- Нет, - несколько насмешливо ответил второй, незнакомый. – Это у тебя уже должен быть пунктик на свою личную жизнь.

- Это просто маленькая своенравная девчонка, от которой мне достаются одни неприятности, - уже раздраженно повысил голос Сайт. – Я вчера полвечера утирал ей сопли, терпеть не могу женское нытье! Так что отстань, и давай уже поднимемся.

Несколько секунд я пораженно стояла на месте, сжимая пакетик с целебной травой, а потом, не помня себя, разжала пальцы и бросилась опрометью домой.

***

- Что это? – Кун с непониманием поднял высыпавшийся наполовину пакетик, узнавая в нем смесь успокоительных трав. Он с недоумением посмотрел на дверь соседки. Что бы это могло значить?..
 
сообщение 24.03.2016, 17:48
Сообщение #8
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Мина и Кун. Правда, к которой никто не был готов


POV Куна

Я не знаю, что случилось с моей соседкой, но когда я встретил ее в подъезде и даже улыбнулся, Минако прошла мимо меня с таким видом, словно я стал прозрачным. При этом лицо ее превратилось в яростную маску, а походка стала какой-то демонстративной. Я, наверное, секунд десять с недоумением глядел ей вслед, пока не чертыхнулся и не поднялся, наконец, к себе, ощущая себя полным идиотом. Строю из себя тут мальчика-зайчика, а эта неблагодарная девица нос воротит. Теперь ясно, как пакет с успокоительным оказался рассыпанным. Она его выбросила, чтобы мне досадить.

Еще сильнее, чем на Айно, я злился на Мотоки, который, ловелас хренов, вообразил себе фиг знает что и меня пытался заставить в это уверовать. Он решил, что между мной и Минако явно что-то есть, а если еще нет, то это непременно нужно исправить. Он мне целое утро (я все еще симулировал болезнь) выкладывал «Пятьсот способов завоевать девушку» собственного сочинения, чем чуть не довел меня до приступа бешенства. И не только потому, что все его советы были до ужаса банальны, а потому, что меня не интересует Айно. По крайней мере, как женщина. И в этом-то и был парадокс ситуации. Я не испытывал к ней ничего, что бы было мне сигналом чувств (никаких тебе бабочек в животе, учащенного сердцебиения, даже простого желания), но я неизменно возвращался к ней мысленно (а в последнее время мы часто сталкиваемся с Миной и в жизни). Даже общение с Дамкой как будто померкло и стало отходить на второй план. Нет, я по-прежнему хотел с ней встретиться, однако Айно незаметно, но очень цепко вкралась в мои мысли.

И, стыдно себе признаться, я даже боялся ее из-за этого. Да, боялся этой зеленой легкомысленной девчонки, объявившейся неизвестно откуда и неизвестно зачем. Я привык к одиночеству и смирился с ним. Но, оказывается, есть люди, способные перевернуть жизнь вверх дном, а потом оставить тебя разбираться со всем этим бардаком в душе. Похоже, именно такой была Минако Айно. И против этого я был полностью бессилен.

POV Минако

Я была милостиво допущена до общих репетиций. В чем было явное достоинство Литиции, так это в том, что она хоть и рубила с плеча, но хоть умела признавать свои ошибки. Наши индивидуальные встречи с Ятеном свелись до минимума, чему я была даже рада (пускай-ка работает на благо группы, со своими амбициями успеет). Но это совсем не значило, что я бездельничала. Литиция увеличила нагрузку, и я теперь еле возвращалась домой, чуть не воя от боли в мышцах. Единственной отдушиной для меня стал Айсберг, с которым я общалась на разные темы и сбрасывала усталость, накопившуюся за день. С ним все заботы как будто уходили на второй план.

Со своим соседом я, к счастью, почти не виделась. В жизни не видала такого лицемерного человека, гадкого и бессердечного. Никто не просил его улыбаться мне в лицо, а потом поливать грязью за спиной. И что самое противное, я повелась на его желание успокоить меня, просто помочь. Вот дура! Ничему жизнь не учит!

Так тянулись дни, но сколько веревочку не вить, все равно концу быть. У меня было очень четкое предчувствие чего-то неизбежного. И это ощущение полностью себя оправдало…

***
Кун Сайт слег в постель, но теперь уже по-настоящему. Причем, на обычную простуду он привык не обращать внимания, но, проснувшись одним утром, он обнаружил, что вообще с трудом встает с постели, а горло будто стянуло железным обручем – ни глотнуть, ни сказать. Аптечка по такому случаю оказалась практически пустой, поэтому мужчине пришлось ограничиться горячим чаем с медом. Но мозг подсказывал, что на чае далеко не уедешь, а на улицу выходить глупо, так что Сайт позвонил Аугаве, который недавно бросил колледж и бездельничал. Тот привез ему целый пакет каких-то микстур и таблеток. Кун сильно удивился, что Мотоки, как заправская кухарка, варил бульончики и какие-то травки, насильно кормил своим варевом друга, беспрестанно кудахтая над ним.

- Ну у тебя и берлога, честное слово, - сказал Мотоки на второй день болезни Сайта, когда обнаружил, что квартира Куна фактически пуста. – Я всегда думал, что у тебя идеальный порядок, а, оказывается, у тебя просто нет того, что могло бы валяться по дому.

На эту реплику Кун только что-то прохрипел и снова уткнулся в монитор, не желая отрываться от переписки с Дамкой. Сегодня было воскресение, поэтому она была целый день дома.

- У тебя даже градусника нет,- продолжил возмущаться Аугава, глядя на явно пофигистическое отношение Куна к данной информации. – Схожу хоть к соседям, может, сжалятся над малоимущим, - и Мотоки, скинув фартук в цветочек, вышел за дверь.

Парень постучал первым попавшимся соседям, и ему открыла миловидная блондинка в бордовом шелковом халатике:

- Да? – вопросительно вскинула бровь Минако, глядя на незнакомого парня.

Мотоки непроизвольно провел пятерней по медовым волосам и выдал самую свою обольстительную улыбку:

- Мисс?.. Мм?..

- Айно, - подсказала Минако.

- Мисс Айно, я друг вашего соседа, Кун Сайта. Он заболел, а в доме даже нет градусника. Вы не могли бы?..

- Да, конечно, - тут же кивнула Мина и скрылась за дверью, а уже через полминуты вернулась с градусником. – Вы врача вызывали?

- Нет, - признался Мотоки. – Да и Кун не позволил бы, упрямец эдакий.

- Подождите меня здесь минуту, - вздохнула Мина и снова ушла в квартиру.

Девушка даже толком не понимала, зачем лезет не в свое дело, и вообще Кун Сайт должен ей быть глубоко безразличен, но все-таки стала искать нужные лекарства. Что бы он ей не говорил, Кун Сайт ей помог, да и некому за ним ухаживать. Судя по этому дружку, так у того только дурь в голове. Надев брюки и водолазку и прихватив бутылки с микстурой, она вышла на лестничную площадку.

Мотоки, вполне довольный таким исходом событий (а вдруг удастся выпросить у симпатичной блондиночки номер телефона?), галантно пропустил девушку вперед и крикнул с порога:

- Эй, Кун, тут тебе лекарство принесли!

- Иди к черту, Аугава, я больше не могу пить твои зелья! – откликнулся из глубины квартиры сиплый голос.

Мотоки смущенно покраснел:

- Кун, я вообще-то не один, - прокашлялся он.

Послышался приближающийся топот ног, и в прихожую зашел Сайт. В мгновение его выражение лица из сварливого стало удивленным:

- Минако?

Девушка смущенно пожала плечиками:

- Я принесла вам лекарство, - и продемонстрировала пакет. – И еще градусник.

Кун посторонился, пропуская соседку в комнату, Айно прошла внутрь. Было видно, что появление Мины явно выбило почву из-под его ног. Мотоки, почувствовав общую неловкость, ретировался на кухню, пробубнив что-то невразумительное.

- А куда мне поставить?.. – Минако заозиралась по сторонам, ища место для лекарств.

- А вот сюда, - Кун снял кружку и фантик из-под конфеты с большого компьютерного стола и даже смахнул с поверхности несуществующие пылинки.

Айно поставила бутылочки на стол, и ее взгляд невольно скользнул по монитору. Кажется, все внутренности заморозились, а сердце остановилось. То, что она увидела, повергло ее в глубочайший шок. Не помня себя, она попятилась от компьютера, путаясь в собственных ногах.

- Что такое? – испугался Кун, когда Минако повернула к нему свое застывшее лицо.

- Айсберг? – тихо, вопросительно прошептала Мина, но ее шепот громогласно прозвучал в воцарившейся тишине.

Сайт вмиг посерел, пораженно замирая:

- Дамка?

Шумно выдохнув, Минако опрометью бросилась к себе, громко хлопнув дверью.

- Что случилось?! – в комнату влетел ошарашенный Мотоки.

Но Кун Сайт ничего ему не ответил.

POV Минако

Мне казалось, что я ничего не чувствую и не соображаю, я заперлась в своей квартире и бесцельно села в кресло у окна, раскачиваясь туда-сюда. Я не могла понять, как такое могло произойти, как из тысяч мужчин и женщин в Токио именно мы с Кун Сайтом оказались приятелями (хотя язык не поворачивается нас так назвать) по переписке, и при этом мы живем в соседних квартирах? Я никак не могла осознать это, мозг просто отказывался перерабатывать информацию такого абсурдного содержания.

Неужели Айсберг – это Кун Сайт? Мой милый, язвительный, но мудрый собеседник – ворчливый лектор, испортивший мне жизнь одним своим существованием? Нет, быть этого не может. Этого просто не может быть. Разве может человек, зацикленный лишь на своих проблемах, говорящий людям в спину гадости, быть Айсбергом? Я так боялась разочарования и теперь совершенно не знала, куда от него деться. Как осознать, что мужчина, которого ты считала едва ли не самым близким другом, столь неприятный человек?

Память услужливо подсовывала самые гадкие воспоминания, связанные с Кун Сайтом. Его холодные, непроницаемые глаза при нашей первой встрече, ледяная ярость, когда мадам Гертруда застукала нас вместе в подъезде, выговор за Артемиса… Все это наваливалось на разгоряченную голову и тяжелым пластом давило на нервы. Почему так случилось? Почему со мной?

Я была настоящей дурой, когда думала, что Айсберг – это Ятен Коу. Сказок не бывает. Мало того, что я спустила с небес на землю и поняла, Ятен – не мой человек, так жизнь решила дать мне пинка, чтобы не расслаблялась. Мужчина, которого я считала действительно… своим, ледышка и женоненавистник! Ну что, Минако Айно, понравилась сказочка?

Я понимала, что имею право злиться только на себя, на собственную глупость и наивность, но так хотелось разыскать другого виноватого. И для этой роли прекрасно подходил Кун Сайт. Это он выдавал себя за другого человека, грамотно пудрил мне мозги, а я велась. Я поступала так же, как и моя мать, и осталась у разбитого корыта. Поделом мне. Пора заканчивать эти игры с Интернетом. Я залезла в ноутбук и удалила свой профиль. Тут же высветилось безнадежно-горькое окошко: «Пользователь Дамка удален».

POV Куна

Я минут пять тупо пялился в пространство. Кажется, Мотоки пытался меня растормошить и даже пару раз довольно сильно толкнул меня в бок, однако меня это мало трогало. В голове билась только одна навязчивая мысль: «Минако – это Дамка». Но эта мысль вряд ли доходила до меня. Потому что это нереально. Потому что так не бывает.

Я вполне мог сопоставить Дамку и Айно. Они похожи, теперь я осознавал это. Пугающе похожи. Получается, все это время я общался с Минако, которую считал возмутительницей спокойствия. И даже не понимал этого. Я давно уже научился жить только разумом и не смог сопоставить факты… да просто включить логику! Ведь они действительно схожи! И что же мне теперь делать? Забыть Дамку? Смогу ли? Да я ведь зачастую… жил ей. Жил мыслью, что приду домой из проклятого института в холодную квартиру и… снова смогу дышать. Смогу верить, что моя жизнь не так пуста, как кажется.

Я понимал, что сейчас стою над пропастью. И у меня есть возможность отступить, уйти туда, откуда пришел, жить, как прежде. И есть возможность шагнуть вперед. Разбиться? А может, просто – полететь? Есть шанс впервые за столько лет выбраться из своего кокона недоверия и одиночества. Шанс есть. Но есть ли на это смелость?..

Я почти бездумно подошел к компьютеру и с удивлением заметил, что ее ник подсвечен зеленым. Сердце замерло. Какое-то мгновение – и зеленое свечение заменилось перечеркнутой черной линией. Я дрожащей рукой навел курсор на профиль Минако, кликнул и застыл. «Пользователь Дамка удален».
 
сообщение 24.03.2016, 17:48
Сообщение #9
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Мина и Кун. Мотоки действует


POV Минако

Я не знаю, жила ли я все это время или просто блуждала в какой-то прострации. Кажется, все мое существование превратилось в отлаженный механизм, запрограммированный на один мотив. Я все делала на автомате, стала жутко рассеянной. Мысль, что мой Айсберг живет за стеной, не давала мне покоя. Я не могла видеть Кун Сайта. Одна его тень, мелькнувшая за окном или в подъезде, заставляла сердце биться быстрее и яростнее, но одновременно хотелось бежать далеко-далеко прочь. Да, я дико его боялась. Постыдно бежала от проблем, но ничего не могла с этим поделать. И еще… я ненавидела себя за то, что удалилась, за то, что мне в утешение не осталось хотя бы переписки, над которой я могла бы сидеть вечерами, пить чай и лить слезы. Стало безнадежно одиноко. Я даже бросила танцевать для своего удовольствия. Просто этого удовольствия как будто не стало.

Кто же ты, Кун Сайт? Тот, кто язвительно осаживал мой пыл в Интернете и советовал в людях видеть хорошее, или тот, кто грубил и злился? Кто ты?

Не одну бессонную ночь мне пришлось пролежать с этим вопросом, глядя в белоснежный потолок. И ответа не было. Этот ответ мог мне предоставить только Кун. А это последний человек, к которому я могла бы обратиться…

POV Куна

И тут я понял: она меня ненавидит. И делает все, чтобы я навсегда исчез из ее жизни. Она удалилась из чата, стала избегать встреч. Все логично. Было горько и противно от самого себя. Как я дожил до того, что не нужен никому? Всем ненавистен? Не хотел я, чтобы она меня ненавидела, поэтому тоже лишний раз старался не высовываться. Только как дурак битый час читал нашу переписку, стараясь пережить все заново. Каждую свою улыбку, каждый ее невинный подкол. Наверное, я мазохист по своей природе, раз снова и снова жадно читал ее фразы. Я совсем замкнулся в себе, сидел в квартире или ходил до работы. Даже в магазин бегал Мотоки, изрядно уставший от моего поведения. Он почти умолял меня объясниться с Айно, но ведь все просто только на словах. На деле же я почти паниковал. Что же я скажу ей? Да и нужны ли ей мои объяснения?

Болезнь отступила, кашель пропал, но я как будто продолжал болеть. Плохо чувствовал себя, мало ел, практически не спал ночами. Что же ты сделала со мной, Дамка? За что же так, Минако Айно?..

***

Минако сиганула в лифт и беспокойно вздохнула: опять опаздывает, Литиция голову снимет и скажет, что так и было. Только когда створки закрылись, девушка огляделась и заметила, что не одна. В конце кабинки стоял Сайт, который никогда раньше не пользовался лифтом. Кто знал, что он перестал ходить по лестнице, чтобы не столкнуться с Айно? Минако неловко отвернулась от него и вперила взгляд в дверцы, напрягаясь всем телом. И почему расстояние в три этажа такое бесконечное?

«Ну скажи же что-нибудь, скажи, - молила про себя Мина, не в силах сдержать напряжение. – Скажи, как ненавидишь меня, как разочарован. Не молчи!» Но Сайт молчал, и от этого становилось еще хуже. Лучше бы он ненавидел, лучше бы снова вернулась холодная ярость. Как бы стало проще… Минако хотелось кричать, хотелось добиться его грубости. Но он молчал… Молчал, молчал, что б его!

Если бы она только обернулась, то увидела, как трясет Куна, как побелело его лицо. Он до боли сжал в ладони брелок от ключей. Он, не отрываясь, глядел на ее светлые волосы, спускающиеся почти до самой талии оранжевого пальто, и молил небо не сорваться, поэтому когда лифт со звяканьем открылся, и девушка выскочила наружу, он перевел дыхание и только потом вышел.

Минако остановилась у подъезда, ища что-то в сумочке, Кун прошел дальше. Айно подняла глаза и с колючей тоской уставилась на его высокую фигуру, удаляющуюся все дальше и дальше. То же черное пальто, похожее на пыльник, те же высокие армейские ботинки и белые волосы по плечам. Только теперь этот вид не вызывал у нее приступов презрения, а какую-то черную безысходность. Айсберг…

Кун Сайт делал над собой практически физическое насилие, чтобы двигаться дальше и не обернуться. Он чувствовал, что она смотрит ему вслед, и при этом боялся ее взгляда. Что в нем? Злость? Недовольство?

Пренебрежение? Он, взрослый мужчина, не мог найти в себе сил обернуться. И это была их личная трагедия…

***

- Минако, соревнования в пятницу, - Ятен настойчиво не отходил от девушки, пока она собирала сумку после репетиции. Минако продолжала заниматься своими делами, стараясь игнорировать парня. В противном случае она бы просто ему нагрубила, чего ей не хотелось. Сама согласилась на эту авантюру. – Ты что, не хочешь мне больше помочь? – нахмурился Коу.

- Раз обещала, значит, помогу, - устало ответила Мина на выходе. – Хоть и чувствую себя полной предательницей.

Ятен промолчал. Он ощущал, что общаться с Минако раз от раза становится тяжелее, но не знал, в чем же причина. Быть может, в том беловолосом парне из соседней квартиры? Кто знает, вдруг у них с Минако разладились отношения после той сцены в подъезде? Признаться, раньше Коу подозревал, что Мина неровно к нему дышит, теперь же уверенности не было совершенно. В ней что-то изменилось. И, как теперь казалось Ятену, бесповоротно.

Однако отступать было нельзя. Совсем скоро Ятен победит в соревнованиях и улетит в Европу, а там наступит другая жизнь. И его уже не будут волновать ни группа, ни Айно со своими проблемами.

***

- Минако! Минако!

Девушка обернулась, разыскивая глазами того, кто ее звал. Она уже почти дошла до дома, осталось только свернуть с тротуара в частный сектор. Неожиданно из толпы вынырнул знакомый парень, и девушка узнала в нем того самого друга Сайта.

- Минако, извините, - Мотоки, машинально запуская пятерню в медовые волосы, остановился около озадаченной Мины. – Вы меня помните? Я друг Кун Сайта. Не могли бы мне уделить полчаса?

- Да, конечно, - согласилась Айно, не понимая, зачем могла ему понадобиться.

- Давайте пройдем в кафе, - и они зашли в первую попавшуюся кафешку, в которой сильно пахло кофе, сели в уголке; тут же подбежала официантка:

- Здравствуйте, - приветливо чирикнула она, приготовив блокнот и ручку. – Что-нибудь будете заказывать?

Мотоки уткнулся в меню:

- Мисс Айно, что вы будете?

- Только черный чай без сахара, - девушка несколько нервно мяла ворот-хомут свитера.

- А мне… спагетти, пожалуйста, - выбрал Аугава. – И какое-нибудь мясо, на ваше усмотрение, - официантка кивнула и удалилась. – Я долго вас ждал, вот и проголодался, - оправдался Мотоки, смущенно улыбнувшись. – У подъезда стоять не решился, Кун Сайт бы шкуру снял.

- Что-то случилось? – нахмурилась Мина, чувствуя необъяснимую тревогу.

- Не совсем, - замялся парень. – Я бы хотел поговорить с вами… о Куне. Вся эта ситуация с Дамкой и Айсбергом, сами понимаете… - и вдруг его голос стал твердым: - Вы сильно разочаровались, узнав правду?

На минуту Минако опустила глаза на столешницу и закусила нижнюю губку. Она не знала, что ответить. И как найти в себе силы ответить.

- Я не хочу вам врать, - Мина наконец подняла глаза и прямо посмотрела на собеседника. – Для меня все оказалось полной неожиданностью и разочарованием. Я знаю вашего друга как не очень приятного человека.
Айсберг же мне казался совсем другим. Нет, он был совсем другим!

Вновь подошла официантка, и девушка замолчала. Как только она упорхнула, а на столе остались чашка горячего чая и тарелка со спагетти, Мотоки заговорил:

- Вы думаете, он всегда таким был? – в его голосе явно сквозила горечь. – Жаль, вы не знали его в студенческое время. Первый заводила, шутник, спортсмен. Но потом… в общем, его посадили в тюрьму.

- Как? – вырвалось у Мины, и Мотоки мрачно кинул:

- Да. Участвовал в уличной потасовке человек на пятнадцать, убили в ней парнишку, ножом зарезали. Завели уголовное дело, кто-то указал на Кун Сайта. Как оказалось, лучший друг его предал, чтобы чистеньким выйти. Куна полностью оправдали, ведь доказательств-то не было и быть не могло, только вот из тюрьмы он вышел совершенно другим человеком. Людям не верит, в себе замкнулся, работу свою ненавидит. Он будто постарел на десяток, и тут… в одном чате знакомится с Дамкой. Знаете, я долго подшучивал над ним, мне не понять радости вот такого общения. Но Куна как будто подменили. Он заболел этой Дамкой, вечерами сидел в чате. Я читал вашу переписку. И в ней Кун был таким, каким я его знал до двухмесячного заточения в тюрьме. Вы оживили его!

- Зачем вы мне это все говорите? – с трудом прошептала Минако, ощущая, как все осложняется с каждой секундой, каждым вздохом.

- Я хочу знать, та переписка была для вас всего лишь игрой? – взволнованно спросил Мотоки. –Я понимаю, вы вправе не отвечать…

- Нет, это не было развлечением, - покачала головой девушка, так и не притронувшись к чаю. – Айсберг был моим другом.

- Айсберга не существует. Есть Кун Сайт.

Минако не знала, что ответить на это. Ведь она неприятна Куну, это ясно как божий день. И она совсем не уверена, что готова принять Сайта. Между ними – целая пропасть из скандалов, недовольства и слухов. И как их преодолеть, не было никакого понятия. Девушка беспомощно прикрыла лицо руками и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

- Знаете, он места себе не находит, - тихо сказал Мотоки, видя, как Мина мучается. – Совсем закрылся. И он часами перечитывает вашу переписку! Что бы вы не думали, Кун Сайт не относится к вам плохо. Если бы он испытывал к вам неприязнь, то не страдал бы так, а старался просто забыть.

- А зачем тогда он говорил про меня гадости?! – сквозь застилавшие глаза слезы и обиду воскликнула она, оторвав от лица руки. – Что там про сопли маленькой избалованной девчонки, которые ему пришлось вытирать?
Мотоки непонимающе нахмурился и тут же облегченно рассмеялся:

- Поверьте, это он не со зла, точнее, его слова были направлены не на вас. Я совсем вывел его из себя, вмешиваясь в его личную жизнь, вот Кун и ляпнул, чтобы я отвязался.

- Я все равно не понимаю, к чему весь этот разговор.

- Пожалуйста, поговорите с Куном. Если он вам так неприятен, то твердо объяснитесь с ним без всяких надежд. Не мучайте ни его, ни себя. Вы ведь тоже страдаете, я вижу.

- Раз мистер Сайт не хочет сам со мной разговаривать, значит, ему это не нужно.

- Вы не понимаете… Кун не сможет к вам подойти. Забоится быть отвергнутым, осмеянным. Вы удалились из чата, и он понял это по-своему. Кун решил, что вы не хотите с ним разговаривать и надумали его забыть.

- Он правильно все понял, - кивнула Мина.

С минуту стояла абсолютная тишина.

- Значит, я зря потратил ваше время, - грустно улыбнулся Мотоки. – Вы меня простите, пристал тут со своими разговорами.

Минако поднялась со стула и вынула купюру за нетронутый чай, но Мотоки оскорблено качнул головой, и она убрала кошелек в сумочку.

- Знаете, мистер…

- Зовите просто – Мотоки.

- Знаете, Мотоки, я очень хотела его забыть. Вы даже не представляете, насколько. Но не получается. Я не знаю, что с этим делать. Я не смогу сама подойти к мистеру Сайту, наверное, по той же причине, что и он. Простите, если возлагали на меня какие-то надежды. Мне нужно идти, до свидания, - и девушка вышла из кафе, а Мотоки остался сидеть.

«Как же все запутано, - обреченно подумал Аугава и вдруг улыбнулся. – Но, по крайней мере, равнодушия нет. Нет».

POV Минако

Я была полностью измотана, словно из меня выжали все соки. Что мне теперь делать? К кому обратиться? И верить ли Мотоки? Он не похож на лгуна, но может ошибаться, как любой другой человек.

Я бессильно легла в постель и уставилась на стену, за которой жил Кун Сайт. Мне отчего-то хотелось плакать. От того, что я одинока, от того, что жду, когда он придет.
 
сообщение 24.03.2016, 17:49
Сообщение #10
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Мина и Кун. Танго над пропастью


POV Минако

Я безумно волновалась. Каждый танец был для меня как первый, и переживания были соответственными. Колени дрожали, ладони вспотели; я с трудом натянула на себя алое платье, обсыпанное золотистыми блестками, и убрала волосы в тяжелый пучок. В тесной каморке, где переодевались и другие девушки, участвующие в соревнованиях, было шумно и душно. Терпеть не могу такую атмосферу, она заставляет нервничать еще сильнее.

- Вы не одолжите мне подводку? – раздался справа противный тонкий голосок, и я, очнувшись от своих мыслей, вздрогнула.

- Что? – тупо переспросила я.

- Подводку, - девушка в длинном голубом платье красноречиво ткнула на тюбик в моих руках. – Поделитесь?

- А, да, конечно, - я отдала ей подводку и тут же забыла о ее существовании.

На душе была необъяснимая тревога. Хотелось, чтобы этот глупый конкурс закончился как можно быстрее, и все забылось пустым сном. Его исход меня не волновал, даже не было привычного азарта, только какая-то апатия. Я тихонечко выглядывала в зал, освещенный тусклыми бра и подобием китайских фонариков, и не чувствовала ничего, кроме волнения перед танцем. Слава Небу, мы выступали шестыми, и было время настроиться и взять себя в руки.

Я вышла из раздевалки девушек, и ко мне тут же подлетел Ятен:

- Ну что, готова? – кажется, он был радостно взволнован, а вот я только сухо кивнула и села на скамейку.

В этом помещении, в отличие от уютного паркетного зала, сияющего чистотой и дорогим деревом, было влажно и пусто. Хороши организаторы! Вполне возможно, что победителей в багажном отделении будут доставлять в Европу.

- Может, передумаешь? – вдруг робко спросил меня Ятен, и я оторвала взгляд от своего маникюра и подняла на него взгляд. – Париж, Лондон, Прага…

- Нет, Ятен, - устало улыбнулась ему я. – Я останусь тут.

- Как знаешь, - пожал он плечами и, как мне кажется, с сожалением вздохнул. – Хоть я и достал тебя безмерно, мне понравилось с тобой работать. В тебе чувствуется жажда танца, а ее не у каждого встретишь.

- Спасибо, - моя улыбка стала чуть теплее; я когда-то даже мечтала услышать эти слова.

- Ты не сердись, - Ятен сжал мою руку. – Тот беловолосый парень, с которым вы, по-моему, поссорились тогда в подъезде, пришел. Он сидит за третьим столиком.

- Какой парень? – не поняла я, и тут до меня дошло. – Кун Сайт?

- Ну, я не знаю его имени, - Коу был озадачен переменой моего настроения. – Иди, глянь, третий столик, это около колонны.

Я тут же вскочила со скамейки и сиганула ко двери в зал. Пробежав по нему глазами, я действительно увидела своего соседа за пяточком стола. Он сидел в компании Мотоки и о чем-то переговаривался с ним, время от времени оглядываясь.

Как он здесь оказался? Как узнал, что я сегодня выступаю? Сердце забилось часто-часто, как испуганная птица, а во рту пересохло. Я была совсем не готова к тому, что на меня будет смотреть Кун. И почему-то мне было важно, чтобы он как-то выделил меня из других, чтобы ему понравилось.

Ну вот, здравствуй, позабытое волнение по исходу соревнований! К уже имевшимся вспотевшим ладоням и трясущимся коленям прибавился нервный тик в виде дергающегося левого глаза. Апатия исчезла. Господи, ну за что мне все это?

Неожиданно кто-то толкнул меня в плечо; это был Ятен:

- Пойдем, через пять минут начнется.

***
Кун никогда не был на подобного рода мероприятиях. Только в театре, лет в шестнадцать. Но разве можно сравнить это место с театром? Хорошо, что он додумался не натянуть свои армейские ботинки, а выбрал классический костюм и белую рубашку. Даже Мотоки изменил своей рокерской куртке и нацепил пиджак. Правда, из-под него проглядывала рубашка кислотного зеленого цвета, но это не так важно. Кругом были солидные мужчины и женщины в вечерних туалетах, так что друзья чувствовали себя вполне уместно.

- Алу выступает третьей, - Аугава нагнулся к Куну, и тот кивнул.

Алу оказалась рыженькой смазливой девчонкой, вполне подходящей репертуару Мотоки. Она, как зеленая стрекоза, пронеслась по паркету под какую-то латиноамериканскую мелодию и умчалась в неизвестном направлении. Кун не успел и глазом моргнуть. Честно говоря, он уже порядком устал от ярких платьев и громкой музыки, но изо всех сил пытался выглядеть заинтересованным. От тусклого света слегка клонило в сон, а вот музыка и аплодисменты, наоборот, сильно напрягали. В итоге Сайт сидел, как натянутая струнка, а сознание медленно отрешалось от происходящего. Сколько он так сидел?..

И вот зал наполнился знакомой мелодией In-Grid «We Tango Alone», и на паркет выплыл длинноволосый блондин. Первый проигрыш он грациозно стоял в одиночестве, как вдруг с пластикой пантеры к нему присоединилась девушка в обтягивающем красном платье. Резкий взмах очаровательной ножкой – и пара пришла в движение. Сливаясь алой рубашкой и красным платьем, они заскользили по паркету. Их движения то были резки, то тягучи, медленны.

Вот спина блондинки выгнулась в руках танцора, она повернула свое лицо, и Кун признал в ней Минако. Первые секунды Сайт просто не поверил своим глазам. Музыка замедлилась, голос певицы превратился в соблазнительный шепот; Мина снова плавно выгнулась, делая свои черты более уловимыми и четкими. Сомнений не осталось. Это была Она! Мелодия снова набрала обороты, Кун не отрывал от Айно пораженного взгляда, даже когда она и ее партнер ушли, Сайт глядел им вслед.

Неужели… она?..

POV Куна

Я забыл, что такое дышать. Время замедлило свой ход. Перед глазами все еще стояла танцовщица в алом платье. Минако? Но как же так вышло?

Я впервые видел ее такой… другой, совершенно не похожей на себя обычную. Хотя, откуда мне знать? Короткое платье обнимает стройную фигуру, на лице – макияж, которого не было и в помине; тяжелые золотистые волосы убраны в прическу, открывая лебединый изгиб шеи… И выражение лица как будто стало совсем другим, более взрослым. Я впервые со дня нашего знакомства подумал, что она… красива. Вот так. Я впервые это заметил. Раньше просто не обращал внимания. А до того ли мне было? Наши вечные препирания и склоки просто застилали разум, не то что глаза. А я ведь совершенно не знаю Минако… Хотя, нет. Я знаю ее просто отлично, однако… я запутался. Дамка, моя соседка и эта танцовщица будто жительницы разных миров, но, на самом деле, это один человек. И я не знаю, как соединить эти три образа воедино.

- Мотоки, - я повернулся к своему другу. – Откуда ты узнал, что Минако тут выступает?

- Выступает? – удивился Аугава и тут же расцвел улыбкой. – И каким номером? – он даже закрутил головой, будто желая ее увидеть.

- Она только что танцевала танго с каким-то блондином, - похоже, Мотоки к тому не причастен.

- Тогда это отличный шанс поговорить с ней, - назидательным тоном заявил Мотоки. – После награждения дождешься ее у черного хода.

Я уже знал, что не стану этого делать. Да и что мне сказать? Мотоки иногда просто смешон… Мне уже не семнадцать лет, чтобы дожидаться кого-то до ночи. Похоже, эти мысли отразились на моем лице, потому что Аугава хмуро сдвинул брови:

- Не пойдешь сам, тебя поведу я, - кажется, он был очень серьезен.

- Перестань говорить со мной, словно я детсадовец, - недовольно пробурчал я.

- Детсад разводишь ты, - парировал друг.

Я отвернулся от него и уставился на очередную пару, хотя перед глазами все плыло и сливалось в одно сплошное пятно. От волнения и беспокойства я еле сидел на месте. Интересно, а Минако меня видела? Наверное, подумала, что я маньяк, не желающий оставлять ее в покое. Я и сам ощущаю себя больным на голову.

***

Кажется, этим парам не было конца и края, Кун совсем извелся, пока, наконец, жюри не объявило перерыв для подведения итогов. Минут через десять зал затих в предвкушении, пары выстроились на паркете. Мужчина прямо глядел на Мину, и, как ему казалось, она тоже искоса бросала взгляды в его сторону. Но, быть может, он просто очень хотел, чтобы так было.

- Первое место и контракт в Европе присуждается… - член жюри, высокий полный мужчина в трико, сделал эффектную паузу. – Паоле Вероне и Карлу Тзу!

Публика разразилась аплодисментами.

POV Минако

Я видела, как перекосило лицо Ятена, и он до боли сжал мой локоть. А церемония награждения шла свои чередом: поздравления, медали, контракт в красивой рамке, врученный победителям.

- Тут… все куплено, - сдавленно прошипел Ятен; говорил он так, будто слова с титаническим трудом выходят из горла. – Я им устрою…

- Ятен, перестань, - взмолилась я, высвобождая свой локоть из его пальцев. – Мы проиграли, вот и все.

- Ты не понимаешь, - его глаза сверкали злостью. – Эта Паола – дочь члена жюри, этого прохвоста Накуцу. Я чувствовал, что они могут такое провернуть!

- Мы ничего не можем с этим поделать, - я старалась успокоить его, но все было тщетно: Коу был решительно настроен на то, чтобы разбираться.

Такое событие не может быть не замечено прессой и телевидением. Что, если обо всем узнают в группе? Скандал! Меня вышвырнут, бровью не поведут!

- Я слышал, мы обходили их чуть ли не на треть, - продолжал рычать Коу. – Не позволю…

Но когда пришло время удалиться, я чуть ли не насильно уволокла Ятена. Я мечтала скорее переодеться, засунуть Коу в такси и поскорее увезти его отсюда. Но едва мы оказались вне видимости зрителей, Ятен вывернулся из моих рук и тут же растворился в пестрой толпе.

- Ятен! – я с отчаянием замотала головой, стараясь разглядеть его фигуру, но бесполезно.

Тогда я наугад побежала к администраторскому крылу, где, наверное, уже собралось жюри и спонсоры конкурса. Если эти люди проворачивают такие делишки, то они вполне способны сделать что-нибудь Ятену. Я должна была остановить его.

Я увидела Коу только у двери директора, секунда – и он скрылся внутри. Я побежала за ним следом, и когда залетела в помещение, там стояла поразительная тишина. Пирушка замерла, пресные расчетливые улыбки застыли на лицах. Накуцу с наглой, пренебрежительной ухмылкой глядел на разъяренного Ятена, как на насекомое.

- Жулики! – кричал Коу. – Думаете, это все безнаказанно? Я оббегаю все пороги, но добьюсь, чтобы вас посадили!

На него смотрели с теми же высокомерными улыбочками.

- Умоляю, Ятен, - я затрясла его за плечи. – Пойдем, возьми себя в руки! Ты ничего не добьешься!

Но Коу полностью игнорировал меня, поддавшись слепой ярости. Мне уже становилось страшно.

- Молодой человек, - бросил Накуцу. – Умейте проигрывать. Если вы не уйдете по-хорошему, вас выволокут насильно. И неизвестно, кого еще посадят…

- Мерзавцы, - выпалил Ятен. – Я добьюсь!..

Мужчина нажал какую-то кнопочку сбоку от стола, и в кабинет вбежала охрана. Она, не церемонясь, вытащила нас из комнаты и повела по коридору. Открылась дверь черного хода, нас вытолкали наружу. Один из охранников наотмашь ударил Ятена в лицо, так, что его голова беспомощно дернулась назад, и он повалился на землю; другой схватил меня за руки и больно толкнул прямо на кирпичную стену. От удара головой из глаз чуть не посыпались искры, а ноги подкосились, и я сползла вниз, с трудом удерживаясь на четвереньках и проглатывая рвущийся стон. Мысли смешались.

- Минако! – чьи-то руки схватили меня за плечи, и я с трудом подняла лицо; это был Кун Сайт. Еще секунду я смотрела ему в глаза, а потом наступила тьма…

***

Кун с ужасом подхватил обмякшую в его руках девушку.

- Мотоки, сделай же что-нибудь!! – в его голосе сквозила настоящая паника.

Аугава уже мчался к ним, спотыкаясь и чертыхаясь, он взвалил окровавленного Ятена к себе на плечи и поволок его к дороге, где их с Куном ждало такси. Сайт, завернув Минако в свое пальто, схватил ее на руки и побежал за ним следом. Айно безвольно повисла вниз головой, рот приоткрылся. Таксист оторопел, увидев своих пассажиров, но Кун просто рявкнул свой адрес, и тот предпочел ничего не расспрашивать. Мотоки усадил Ятена на заднее сидение, а сам разместился на переднем. Кун, прижав к себе Мину, подпер плечом Коу.

- Минако… - прохрипел Ятен, наверное, только усилием воли не хлопнувшийся в обморок; из его носа беспрестанно сочилась кровь.

Кун запрокинул его голову назад и переложил Мину к себе на колени. Он что-то судорожно шептал и гладил ее по волосам, но девушка, свесив голову себе на грудь, никак не отреагировала на его мольбы. Машина мчалась сквозь тьму поразительно медленно…

Наконец, такси остановилось у подъезда, Мотоки, сунув водителю купюру, выскочил из машины и вытащил Ятена. Сайт, наоборот, двигался очень медленно. Они на лифте поднялись на третий этаж, Кун с трудом отпер дверь, поддерживая Мину одной рукой. Ятена тут же уложили на постель, Мотоки сунул ему под нос бутылочку с нашатырем.

- Вызывай скорую, - с ледяным спокойствием сказал Кун, и Аугава тут же, без лишних слов схватился за телефон.

Еще никогда Сайт не был в таком напряжении, не знал, что делать. Он зачем-то укачивал Минако и ходил из угла в угол. Ее голова беспомощно лежала на его плече… и ему было так страшно…

- Пожалуйста, Мина, Миночка, - зачем-то шептал он, толком не понимая, что говорит.

Вдруг послышался слабый стон, и девушка открыла глаза.

- Минако! – Кун аккуратно посадил ее на кресло и обхватил ее лицо ладонями, пытаясь поймать взгляд. – Как ты?

Она, прищурившись, кивнула и поморщилась.

- Сейчас все будет хорошо, - Сайт снова прижал ее к себе.

Раздался звонок в дверь, Мотоки впустил в квартиру врачей. Буквально через минуту осмотра Ятена решили увезти в больницу, Айно же оставили у Куна. Ей только сделали какой-то укол и выписали лекарства; в случае плохого самочувствия (головной боли, тошноты или головокружения) велели немедленно обращаться к специалисту.

Девушка устало лежала на кровати, апатично слушая наставления врача, Мотоки затирал кровь на полу. Через полчаса, когда все утихло, мужчины утомленно сели в комнате, но Кун не мог просто так сидеть.

- Минако, - он подошел к девушке, снял с ее ног туфли и накрыл ее одеялом. – Тебе лучше?

- Да, - голос Айно звучал сипло. – Спасибо.

- Я сейчас дам тебе свою рубашку и полотенце, - он говорил мягко, почти ласково. – Ты умоешься и ляжешь спать, хорошо?

Девушка с трудом поднялась с его помощью, Сайт довел ее до ванной. Он принес туда обещанные вещи.

- Я пойду, - Мотоки неловко натянул ботинки, когда Кун вышел из ванной. – Если понадоблюсь – звони.

Пожав другу руку, он ушел.

Минако вышла в рубашке Куна уже без всякого макияжа. Кун подхватил ее на руки без всякого стеснения и донес до кровати. Осторожно сняв из ее волос шпильки, он накрыл ее одеялом и потушил свет. Сайт улегся в маленькой комнате на диване и средь ночи несколько раз просыпался, чтобы проверить, спит ли Минако.

Она спала. Маленькая девичья фигурка в ореоле светлых волос казалась чересчур хрупкой и нежной. И Кун Сайт в который раз думал, что не простил бы себе, если бы не оказался рядом…
 
сообщение 24.03.2016, 17:49
Сообщение #11
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Мина и Кун. Последний поезд


По закону подлости и природы всегда наступает утро, а вместе с ним появляется заветное слово «вчера». Минако с трудом разлепила свинцовые веки и протерла глаза. Чувствовала она себя неважно, тело ломило, голова была тяжелой. Она слабо помнила, как оказалась в квартире Кун Сайта, хотя сразу узнала ее. Все те же мягкие светлые тона, спокойные переходы… Как на него похоже! И одновременно будто совсем не для него.

Девушка машинально кинула взгляд за окно: серое осеннее утро, наверняка морозное и неприветливое. А здесь, под одеялом, в его рубашке тепло и уютно. Вставать совсем не хотелось. Хотелось, как маленькой девочке, зарыться с головой и крепко зажмурить глаза, спасаясь от всех проблем. Конечно, выйти рано или поздно придется, но лучше бы сделать это не сейчас. Страшно…

Вдруг в комнату вошел Кун Сайт, одет он был не по-домашнему строго, в черные брюки и жилет. Мужчина как-то робко схватился за левое запястье и потрепал ремешок часов, несколько раз глубоко вздыхая, будто промолвить хоть слово у него не получалось. Все это время Минако с ожиданием и надеждой глядела на него, вцепившись тонкими пальцами в край белого одеяла.

- Доброе утро, - мужчина прокашлялся и тут же до вежливости выровнял голос. – Как вам спалось?

- Спасибо, - все-таки кивнула девушка, разочарованно опуская взгляд. – Все хорошо.

Наступила неловкая тишина сродни электрическому полю, которое словно неожиданно образовалось в комнате.

- Ваши вещи я оставил на кресле, - Кун зачем-то кивнул на красное в золотистых блестках платье.

Минако все ждала, ждала, что же он скажет дальше. Сможет ли он что-нибудь сказать?.. Но минуты неумолимо шли, и ее надежды таяли. Сайт просто стоял, повернув лицо к окну. Он не хочет ничего объяснять, ему это не нужно.

- Я сейчас ухожу на работу… - неловко начал Кун, но Минако быстро перебила его:

- Ничего, я сейчас соберусь и уйду. Дайте мне, пожалуйста, пять минут, - все так же не поднимая взгляда, который сказал бы больше, чем ее голос, девушка села в постели.

Сайт вышел из комнаты, и Айно стала быстро переодеваться. Пальцы почти не слушались ее, грудь сдавило. Она аккуратно сложила на кресле мужскую рубашку и заправила за собой постель. Собственное платье казалось неуютным и тесным, а туфли – давящими. К горлу подкатил невыносимый ком. Она собрала свои шпильки и скользнула к коридору. Ну, вот и все.

Из кухни к ней вышел Кун Сайт.

- До свидания, мистер Сайт, извините за беспокойство, - девушка кивнула, и за ней захлопнулась дверь; а мужчина все так же беспомощно стоял на месте.

***
Минако оказалась на лестничной площадке и только тогда осознала, что у нее нет даже пальто. Оно осталось в здании, где проходил конкурс, там же пропали и ключи от квартиры, и телефон. Слава Небу, запасная связка есть у тетки, а контакты легко можно восстановить. Только как теперь добраться до тетки? Это же в другой части Токио! А возвращаться и просить помощи у Сайта не хотелось, еще подумает, что она навязывается. Девушка не была уверена, что сможет контролировать себя, как несколько минут назад. Разочарование от его молчания еще имело над ней слишком сильную власть. Для себя она все решила: надежды больше нет. Все, что было вчера, являлось лишь следствием стресса, не более. Человек часто ведет себя в чрезвычайных ситуациях неадекватно. Будем считать, что это был шок.

Девушка зябко поежилась: все-таки в подъезде холодно. В прихожей Сайта послышался шум, видимо, хозяин надевал обувь, и Минако непроизвольно шарахнулась в сторону. Даже не соображая, что делает, Мина бегом поднялась этажом выше и затихла. Кун высунулся на лестничную площадку и огляделся:

- Минако? – неуверенно спросил он в пустоту, но ему никто не ответил.

Он тоже сообразил, что Минако вышла без всего, но ее и след простыл. Простояв так минуту, мужчина закрыл дверь на ключ и опустился вниз.

Девушка не понимала, почему прячется, она снова спустилась к своей двери. Немного подумав, Мина подошла к квартире мадам Гертруды и неуверенно нажала на звонок.

POV Минако

Я обняла себя за плечи и неловко поежилась. Представляю, что подумает эта матрона, увидев меня в этом платье (явно не пригодном для повседневной жизни) и растрепанной. И действительно, когда Гертруда распахнула дверь, ее полное лицо недоуменно застыло, но через секунду озарилось елейной улыбочкой:

- Мисс Айно?

- Здравствуйте, мадам Гертруда, - я чувствовала себя так, словно меня вываляли в зловонной грязи. – Вы не могли бы мне помочь?

- Конечно-конечно, - старательно закивала она, сторонясь. – Проходите, милочка.

Я зашла в прихожую, машинально огляделась. Розовые обои, такие же пухлые бархатные пуфики; на гардеробе внушительного размера приклеены черно-белые фотографии, по-видимому, самой Гертруды и ее родни. Женщина, скорее оскалившись, чем улыбнувшись, подтолкнула меня вперед:

- Ну же, милочка, я напою вас чаем.

- Нет-нет, - постаралась улизнуть я. – Я только на минутку. Хотела попросить вас одолжить мне денег на такси. Понимаете, у меня украли сумочку… (лицо Гертруды явно говорило: «И куда же ты ходила в таком виде»?)… а там были ключи. Мне нужно съездить к тетке за запасными. Как только вернусь, сразу верну вам долг.

- Ах, бедняжка, - притворно вздохнула Гертруда, делая вид, что верит моему нелепому рассказу. – Возьмите хотя бы вот эту кофту, - она сняла с крючка безразмерную фиолетовую кофту и протянула мне; порывшись в маленьком кошельке из бисера, женщина вынула купюру. – Обязательно заходите ко мне, дорогуша.

Я кивнула, взяла деньги и вышла. Не сомневаюсь, что уже в эту секунду она звонит старым сплетницам, чтобы посудачить о том, как к ней пришла полуголая Айно и попросила взаймы. Но мне уже было глубоко наплевать на их мнение, и без того устала. Заказав через консьержа такси, я еще несколько минут стояла в подъезде, не желая высовываться на холод, и только потом, переборов себя, вышла. Вскоре подъехал желтый автомобиль, и я с удовольствием уселась в него, игнорируя удивленный взгляд водителя.

Через полчаса я сидела на кухне моей тетки и грела руки обжигающей чашкой с чаем. Женщина без устали сетовала на «ужасную беду» и даже завернула меня в плед.

- Оставайся пока у меня, - предложила мне тетка, протягивая шерстяные носки.

А почему бы и нет? Мне просто необходима разгрузка, а уж тетка точно не даст мне постоянно терзаться. Не хочу больше видеть Кун Сайта, хотя бы какое-то время. Вдали от него я просто возьму себя в руки и начну, наконец, жить дальше. Так будет лучше для всех. Я решали только съездить домой, забрать кота и взять немного вещей. Пообещав тетке вернуться, я снова села в такси и на этот раз покатила домой. У порога меня ждал неожиданный гость.

- Привет, - Ятен замялся и как-то неуверенно улыбнулся. – Решил тебя проведать. Пустишь?

- Привет, - я открыла дверь, и мы прошли внутрь. – Проходи, я только зайду к соседке, отдам кое-что.

Я быстренько сбегала к Гертруде и, не обращая внимания на ее явное желание затащить меня к себе и вытянуть хоть какую-нибудь сплетню, сунула ей кофту и деньги, поблагодарила и удалилась. Коу сидел в кухне и чесал за ухом оголодавшего Артемиса, который, кажется, готов был подлизываться к кому угодно, лишь бы получить мисочку сухого корма. Я быстро переоделась в джинсы и свитер и вернулась к гостю. Только сейчас заметила, что на носу Коу свежая ссадина.

- Что с носом? – поинтересовалась я и включила чайник. – Нормально?

- Да ерунда, - махнул рукой Ятен. – Просто саданул он мне сильно. А ты как?

- Тоже хорошо.

- Ты прости меня, - парень тяжело вздохнул. – Повел себя, как придурок. Не стоило мне к ним соваться. И тебе ни за что попало.

- Брось, это уже не важно. Откуда тебе было знать? – я и правда не держала на него зла. – Жаль только, что мечта твоя не осуществилась.

Он горько усмехнулся:

- Кстати, я ведь попрощаться приехал.

- Попрощаться? – не поняла я.

- Да, - кивнул Коу, замявшись. – Сегодня ночью у меня поезд, я ушел из группы.

- И куда же ты теперь? – испытывала ли я грусть? Да, испытывала!

- Пока домой, а потом – как жизнь занесет. Я был уверен, что способен выступать один, вот и буду пробиваться своими силами, не ища халявы. Быть может, - он несмело улыбнулся. – Когда-нибудь ты услышишь еще о танцоре Ятене Коу, - он поднялся с табуретки, не дожидаясь чая.

Я тоже встала и крепко обняла его:

- Обязательно услышу.

- Обещаешь не держать на меня зла?

- Я не держу. Удачи тебе, - я отошла от него на шаг и ободряюще улыбнулась.

Коу ушел, а я ощущала чувство утраты. Мы никогда не смогли бы быть кем-то больше, чем просто друзья, но мне было грустно. Я, наверное, всегда ошибалась в Коу. И когда думала, что он совершенство, и когда была уверена, что он эгоист. А он просто был человеком со своими достоинствами и недостатками. И сейчас этот человек принял для себя судьбоносное решение. Не знаю, что ждет его впереди, но мне хотелось верить – поезд отвезет его в счастливую жизнь. Непременно.

***

Я собрала небольшую сумку с самым необходимым, закрыла Артемиса в специальном переносном ящике и, накинув синее пальто, вышла из квартиры. Взгляд невольно скользнул по двери Сайта, но я тут же задушила в себе горькое разочарование. Действительно, уже пора идти дальше, я не могу быть Куну нянькой. Наверное, так даже к лучшему. А проживание у тетки вдали от соседа только укрепит мою веру. Да, будет тяжело убить в себе надежду, но я сделаю это.

Прощай, мой Айсберг. Я не забуду тебя, но буду стараться.

POV Куна

Я в который раз назвал себя слабаком. Она ждала. Ждала, когда я объяснюсь с ней, но я не нашел в себе сил. Теперь я тщетно звонил в ее дверь, однако никто мне не отвечал. Куда она делась? Без верхней одежды и ключей… Время уже было за полночь, но она не вернулась (а может, просто не хотела открывать?). Буквально сходя с ума от беспокойства и злости на себя, я метался по квартире. Тогда я спустился к консьержу, которого обычно привык не замечать.

- Извините, э… - я даже не знал, как зовут этого молоденького парнишку и смущенно поправил очки. – Как давно ушла мисс Айно?

Парень глянул по списку квартир.

- А она уехала, - я аж застыл от изумления:

- Надолго?

- При ней была сумка с вещами и кот, - пожал он плечами. – Так что, думаю, не на пару часов.

Я растерянно кивнул и поднялся к себе. Ну вот и все. Я дождался того, что она окончательно исчезла из моей жизни. Браво, Кун Сайт!

Стало до одури хреново, тошно от самого себя. Я оделся, сходил в магазин и купил бутылку виски. Разлил и, чекнувшись со стеной, мрачно выпил. Похрен на то, что завтра будет раскалываться голова. Главное, чтобы под шрамом не болело, остальное – ерунда чистой воды. Я без разбору глотал алкоголь, пока перед глазами не поплыло, а мозг не атаковал образ Минако. Я до ряби зажмуривался, но девушка не покидала мои мысли. Господи, какой же я трус и ничтожество! Как же я позволил ей уйти?

Мысли путались, мешались… и сознание вдруг отключилось…

И, кажется, тогда мне снилась Минако. Она как и вчерашней ночью спала в моей кровати. А я просто стоял и смотрел на нее, не решаясь приблизиться…
 
сообщение 24.03.2016, 17:51
Сообщение #12
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Мина и Кун. Точки, запятые и многоточия


Спустя две недели

POV Минако

Все это время я жила у тетки и дома не появлялась, однако в конце концов мне стало стыдно сидеть у нее на шее. Кун Сайт не выветривался у меня из головы, но пропало желание параноически сидеть в квартире, я не настолько наивна, чтобы надеяться, что сосед каким-то немыслимым образом разыщет меня. Да и стал бы он искать? Утром в пятницу, отпросившись с репетиции, я поехала к себе. В подъезде ко мне подскочил консьерж, так, что я даже чуть не шарахнулась от него в сторону:

- Мисс Айно? Вам просили передать, - паренек протянул мне конверт и ключи; таких ключей я раньше не видела.

Поставив сумку и переносную клетку на пол, я вскрыла белоснежное послание. Внутри находился небольшой разлинованный лист, на котором аккуратным каллиграфическим почерком выведена всего пара строк:

«Минако!
Пожалуйста, подожди меня в моей квартире. Весь дом в твоем распоряжении.
Кун Сайт»


Я, наверное, целую минуту просто пялилась на строчки; стало удушающее жарко.

- Извините, - робко спросила я консьержа, пытаясь справиться с волнением. – А как давно этот конверт у вас?

- Мистер Сайт приносил каждый день новый, - ответил мне парень. – Этот он отдал пару часов назад.

Кивнув ему, я поднялась наверх и остановилась напротив наших дверей, расположенных по соседству. У меня было два пути: выбросить этот конверт, открыть свою дверь и… навсегда отрезать путь к Кун Сайту. Или же… я помяла в пальцах хрустящий листок… и решительно взяла ключи с чужим брелком-свистком. Сжав зубы, словно в предчувствии физической боли, я быстро отперла дверь и втащила в коридор вещи. Все, решено.

В квартире было тихо и светло. Кажется, к этому я уже привыкла. Почему-то на цыпочках прошла в комнату с большой кроватью. Несмотря на волнение, во мне проснулось любопытство. Наверное, нечасто можно оказаться на личной территории Куна и при этом иметь разрешение на любые действия. Не знаю, чем все это кончится, быть может, это единственный шанс его понять. Я просто прошлась по квартире, заглянула во все комнаты. Странно, зацепиться глазом было совершенно не за что. Эта квартира скорее напоминала офисное помещение, чем уютное жилище. Чистота была идеальная, только создавалось от этого какое-то отрицательное ощущение, как от пустоты. Меня заинтересовала только полка с книгами. На ней было много учебников по математике разной потертости. Я сразу вспомнила, как подтрунила над Айсбергом, что, мол, еще бы достижения Ковалевской предложил обсудить. И тот незамедлительно ответил: «А что? Я бы смог!» Тогда Кун явно не слукавил, уж в чем, а в этом он спец. Меж пособий по геометрии ютились и другие томики, к науке не имеющие никакого отношения. Например, черная книжица Джека Лондона «Любовь к жизни», которую я и сама люблю. Я достала ее и провела пальцами по корешку. Было видно, что Кун зачитал ее чуть ли не до дыр, временами делая какие-то карандашные пометки на полях и подчеркивая особенно интересные строки. Это было так… по-человечески, так открыто, словно через его грифельные подсказки я могла почувствовать его душу, понять то, что больше всего его волнует.

Чуть ниже книг я заметила альбом для фотографий в бордовом бархатном переплете, какие сейчас редко встретишь. Он был жутко тяжелый, так что навесу его смотреть я не стала, а поудобнее в позе йоги села в кресло и разложила альбом. На первой странице с черно-белыми фото были совершенно неизвестные мне люди. Кто-то серьезно улыбался с портрета, кто-то в неловкой позе махал руками фотографу. От этих снимков веяло жизнью, чем-то далеким, но близким моему соседу… Через несколько страниц появился сам Кун Сайт, в детстве он не носил очков и был коротко острижен, но я сразу узнала его, хотя улыбка выглядела очень комично и непривычно на его лице. Я даже невольно рассмеялась, видя, как Кун свисает с какого-то дерева. Штанина разорвана, на щеке ссадина, однако мальчик так улыбается, будто каким-то чудесным образом исполнились все его мечты. Там были и более поздние фотографии, например, студенческие. На них он выглядел, конечно, иначе, только улыбка осталась прежней. Куда она подевалась? Мотоки говорил, ее стерла тюрьма и предательство друзей, и у меня сжалось сердце. Как тут не перестать улыбаться, когда весь твой мир летит в тартарары и оборачивается кошмаром?.. На фотографиях был и Мотоки, в футболке с надписью математического факультета, но он, кажется, совсем не переменился с тех времен. Больше фото не было, словно на студенческом времени оборвалась жизнь Куна. Я зачем-то снова перелистала альбом и отложила его на журнальный столик.

Копаться в документах было уж совсем неприлично, так что я просто взяла какую-то стопку скрепленных бумаг, похожих на газету. Но это оказалась распечатка… наших с Куном переписок! Мой ник был перечеркнут, значит, она сделана после моего удаления. Я так страдала, что у меня их больше нет. Я с какой-то жадностью впилась в строчки и стала их перечитывать, ощущая, как к горлу подкатывает комок, а руки начинают трястись. Все спокойствие, которое я создавала в течение двух последних недель, полетело к чертям. Я села прямо на полу и облокотилась о книжный шкаф. Я читала, читала, а слезы почему-то катились из глаз, пока, наверное, не иссякли. Было холодно и тоскливо, и будто бы меня иссушили до дна. Не знаю, сколько времени прошло и когда я поднялась с пола, но все-таки нашла в себе силы встать и пройти на кухню. Мысли роились в голове, давили, мучили. И все это он – Кун Сайт! Согрев чайник, налила себе чаю и встала у окна. Путаница, и ни шанса на решение…

***

Кун уже не надеялся, что Минако вернулась, однако консьерж встретил его сообщением, что мисс Айно взяла письмо, ключи и больше не спускалась. До конца еще не веря в происходящее, он чуть ли не вприпрыжку поднялся к себе, вновь проигнорировав лифт, и с неожиданной робостью дернул ручку. Дверь оказалась не заперта. Мужчина очень тихо прошел в комнату, но она была пуста. Минако стояла на кухне, одной ладонью уперевшись в подоконник, а другую прижав куда-то к груди. Ее тонкая фигура высвечивалась на фоне окна и казалась еще меньше.

- Минако? – шепнул Кун, и девушка обернулась; оказалось, что в руке она держала чашку.

Минако смотрела на него, и сердце ее остро щемило. Вдруг что-то отчаянное появилось на ее лице, звякнула кружка об стол, и девушка подскочила к Куну:

- Улыбнись! – вдруг потребовала она и даже топнула ножкой, однако голос ее был совсем не приказным, а каким-то ломким, на грани срыва.

- Что? - глаза Куна округлились.

- Ну, улыбнись, улыбнись же! – закричала Минако, и слезы скопились в уголках ее глаз. – Улыбнись, как там, на фотографии!

Кун все еще непонимающе и оторопело глядел на Айно, и губы его дрогнули, будто слушаясь ее приказа. Он совсем растерялся, а наставления Мотоки разом вылетели из головы, он был готов практически ко всему, но не к подобному. Мужчина интуитивно положил ладони ей на талию, и Мина бессильно уткнулась лбом в его грудь; ее трясло мелкой дрожью.

- Ты совсем не тот, не тот… - зачем-то бессвязно шептала она, не поднимая головы.

- Я никогда не буду тем, кого ты видела на фото, - тихо, но твердо произнес Кун, остекленелым взором глядя в окно. – И никогда не буду тем, кого ты представляла. Есть я – такой, какой есть. И есть ты.

- Для тебя есть Дамка, - глухо прошептала Мина, прикрыв глаза.

- Ошибаешься. Для меня вы стали… едины. Это было сложно, гораздо труднее того, что приходится решать по жизни. Но вот уже две недели (а, быть может, дольше) я ждал именно тебя. Не Дамку. Минако Айно, - один Господь знал, каких трудов ему стоило это откровение, и одновременно где-то в душе разрасталось чувство свободы и легкости; Кун не хотел юлить и вывертываться, пришло время говорить.

- Ты скоро узнаешь меня ближе и разочаруешься, - горько ответила Мина после недолгого молчания. - Я люблю громкую музыку и совсем не умею готовить. А еще я нетерпеливая и ревнивая. И обожаю поспать, а от этого часто всюду опаздываю.

- В твоих глазах я и так не одуванчик, так что о недостатках лучше промолчу, - неожиданно усмехнулся Кун и крепче прижал к себе Айно. – Но я их не боюсь, ты их видела. Беда будет, если ты совсем не увидишь моих достоинств. Хоть каких-нибудь. И я навсегда останусь для тебя злобным соседом по квартире.

- Не останешься, - мотнула головой девушка и впервые подняла на него взгляд. – Уже… не получится.

- Тогда выбор только за тобой, Минако, я свой сделал, - Кун был серьезен, но тут же криво ухмыльнулся. – Лично я согласен терпеть песни в душе и посильно готовить пищу. Однако, - улыбка слетела с его губ. – Если уж я тебе бесповоротно противен…

- Дурак ты, - буркнула Минако, хватаясь за его плечи.

Спустя неделю

- Кун, выпрями спину. И не смотри на меня так, словно я тебя прошу пройтись по канату, - Минако была готова расхохотаться, глядя на растерянного мужчину, который, такой высокий и сильный, не знал даже, куда положить руки.

- Минако, перестань же меня мучить, - взмолился Кун. - Ну не умею я танцевать, не умею! Я даже на выпускном не танцевал, а ты!..

- Ну вот, у тебя отличный шанс научиться, - строго погрозила она ему пальчиком. - Поверь, через час ты у меня будешь так отплясывать, что сам остановиться не сможешь! - девушка бодро включила проигрыватель, и из динамиков полилось нечто ритмичное; Сайт со стоном закрыл лицо руками.

Спустя три часа

- Минако, прости, - мужчина потрепал девушку по плечу, но она отодвинулась от него:

- Отстань!

- Я же говорил, что это - плохая идея, - попытался оправдаться Кун, но в него метнули такой острый взгляд, что он предпочел замолчать.

- Я теперь неделю не смогу стоять, - снова завозмущалась Мина, напоминая растрепанную курицу. - Ты превратил мои ноги в ласты! Я пальцев не чувствую.

- И я еще виноват... - тихо пробурчал Кун, стараясь, чтобы девушка не услышала, но она-таки все услышала и мстительно запустила в него лежащей на кресле подушкой.

Спустя еще неделю

Минако, вооружившись пушистыми тапками в форме овечек, которые должны были спасать ее от угрозы все-таки потерять возможность передвигаться на двух конечностях, смело встала напротив Куна и положила ладони ему на плечи:

- Если надо будет, - надменно заметила она. - Я стану носить валенки. Но ты, черт возьми, освоишь хотя бы вальс!

Кун фыркнул в сторону, прекрасно понимая, что даже если она нацепит его армейские ботинки, ступни ей не спасти.

Спустя еще две недели

- Трусы с сердечками? Айно, ты больна! – Сайт ошарашено вертел в руках странный презент в виде белых боксеров с красными сердечками.

Но это что! На одной из ягодиц был изображен шаловливый купидончик, замерший в воздушном поцелуе. При одной только мысли, что на пятой точке у него будет это, Кун начинал буреть.

- Ну Ку-у-ун! – капризно протянула Мина, чуть не давясь от рвущегося наружу хохота. – Ну надень!

- Подарю-ка я это Мотоки, у него скоро день рождения, - решил мужчина и перехватил боксеры, да так, чтобы Мина не достала. – Он оценит твою креативность!

Спустя еще неделю

- Оторвись уже от своих чертежей, - Минако уселась напротив мужчины, который разложил свои учебники и бумаги и совсем не обращал на нее внимания.

- Минако, - строго проговорил Кун, глядя на нее поверх прямоугольных очков. – Это – моя работа. И ты мне мешаешь. Я же не лезу, когда ты отрабатываешь свои движения.

- Просто потому, что не умеешь, - парировала Айно, демонстративно скрестив руки на груди и откинувшись на спинку стула. – И у меня еще нет времени должным образом взяться за твое обучение.

- Свое время ты бережешь, - язвительно фыркнул Кун и уткнулся в учебник. – Все, иди, попей чайку.

Наверное, минут пять Минако просто буравила Сайта взглядом, а тот, словно не замечая ее, занимался своим делом. Но потом на ее лице появилась коварная и вместе с тем ангельски невинная улыбочка. Она непринужденно расстегнула рубашку и скинула ее куда-то на пол. Карандаш в руке Куна нервно задрожал. Следом за полосатой рубашкой отправился и бюстгальтер. Сайт уже ерзал на своем месте и кидал на нее короткие, но жаркие взгляды. Мина медленно поднялась со своего места, стянула юбку-карандаш, чулки, трусики и все это делала с таким невинным видом, что хоть нимб над головой вешай! Она медленно подошла к Сайту, который уже во все глаза глядел на нее, и бесцеремонно уселась ему на колени.

- Ну, Айно, ты сама напросилась! – прорычал Кун под звонкий смех девушки.

На следующий день

- Мотоки, впустишь? – Кун топтался у квартиры приятеля.

- Вообще-то, Кунс, после тех трусов, что ты мне подарил… - многозначительно хмыкнул Аугава, но отошел в сторону. – А что, Минако не пускает тебя домой?

- Пускает, - мрачно хмыкнул Сайт. – Но не дает работать. Меня сегодня отчитали, как мальчишку, за незаконченную документацию.

- И что она делает? Пугает тебя своими знаниями по геометрии? – широко ухмыльнулся Мотоки, наливая Куну кофе.

- Хуже. Устраивает стриптизы, когда я пытаюсь хоть чуть настроить себя.

Но как не пытался Кун найти сочувствие друга, тот лишь хохотал и многозначительно подмигивал.

Через n-ное количество времени

Минако зашла в квартиру, устало скинула балетки и бросила со звоном ключи на комод. Было тихо, наверное, Кун еще не вернулся. Девушка прошла в комнату и встала у зеркала, чтобы привычно обработать лицо очищающим лосьоном после целого дня в пыльном городе, как вдруг откуда-то сзади полилась ненавязчивая мелодия, и Мина резко обернулась. В комнату "протанцевал" Кун, облаченный в идеальный смокинг, держа в зубах белую розу. Он выкинул цветок куда-то на пол и с коварно-обольстительной улыбочкой поинтересовался:

- Потанцуем?..
 
сообщение 24.03.2016, 17:51
Сообщение #13
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Рей и Джед. Ругань из-за стены


В последний раз затянувшись и оглядев крыши неказистых, кособоких домов, Рей выкинула окурок в форточку. Она спрыгнула с кресла и тут же залезла в ящик выщербленного письменного стола, где вместе с мусором (типа разномастных пуговиц и конфет неизвестной давности) лежали упаковки с жвачками всех вкусов и производителей. Девушка вытащила одну из них и кинула в рот в надежде сбить запах табака. Не хватало еще, чтобы мать прознала о том, что она курит.

У Рей всегда было слишком много проблем с родителями. Отец, который был моряком на рыболовном судне, месяцами пропадал в море, пытаясь выбить для семьи лишнюю копейку. Хино почти не виделась с ним, лишь с щемящей тоской и жалостью вечерами вспоминала его усталые карие глаза и рано облысевшую темную голову. А какие у него руки! Большие, шершавые, с неровными ногтями, такие уютные и теплые! И очень ласковые, хотя сам мужчина совсем не видит нежности… Иногда девушке хотелось бросить все и уплыть с ним, но это было невозможно. Приходилось жить с матерью, которая всегда была недовольна своей жизнью и не уставала напоминать об этом мужу и дочке. Сколько Рей себя помнила, Ребекка сетовала на бедное существование, не позволяющее жить ей, как она выражалась, «нормальной жизнью». Второй «любимой» темой был недотепа-муж, не сумевший в свое время нажить состояние.

- Я выходила за будущего капитана, - жаловалась Ребекка подруге, сплетнице из соседней квартиры. – А что получила? Ох, права была моя мать, когда говорила не выходить за него замуж…

Рей становилось противно от ее слов, а еще обидно и за себя, и за отца, угробившего жизнь на тяжкой работе. Еще будучи малышкой, она слышала из своей комнаты визгливые вопли матери и тихие возражения отца и ей хотелось спрятаться от этого крика, зарыться головой под подушку. Прошли годы, но ничего не изменилось. Только заслышав скандал, Рей забиралась с ногами в кресло у окна и, сжав подушку, тихо сидела, слушая недовольства и обвинения. Неужели всегда так? Люди связывают свои жизни, чтобы «пилить» друг друга, копить ненависть, а потом, наоравшись вдоволь, ложиться в одну постель и называть это любовью? Семьей? Если так, то Рей не хотела этого рабства, никогда не хотела связывать себя с кем-то. Она и так чувствовала себя ошибкой природы, нелепым последствием этого ужаса, что творился за стеной. Одна только была мечта в жизни – поскорее исчезнуть из этого места, из этой маленькой старой комнатки, выходящей окнами на кривые крыши, из жуткой нелепости, которую привыкли называть семьей.

- Рей, иди есть! – раздался знакомый голос совсем рядом, и Хино поморщилась, совсем не желая вставать со своего кресла и выслушивать ворчание матери, которое всегда просыпается при появлении девушки.

Но уж лучше выйти, чем потом расхлебывать последствия. Девушка поправила алую кофточку, обнажающую белое плечико, короткие джинсовые шорты, и босиком вышла из комнаты, машинально свернула на кухню. Мать стояла у плиты и что-то перемешивала в кастрюле, но, когда девушка села на стул, повернулась к дочери:

- Мне опять звонили из школы, - сказала она тоном, не предвещающим ничего хорошего; Рей нахмурилась и с неосознанной неприязнью глянула на Ребекку. – Учителя жалуются на тебя. Ты постоянно опаздываешь, дерзишь. Сколько я буду терпеть от тебя позора?! – самообладание женщины сошло на нет, и она со звоном поставила тарелку на стол перед дочерью, так, что девочка вздрогнула.

Рей, не привыкшая опускать головы, скрестилась взглядом с матерью. Непокорность, дерзость, неприязнь - все было в ее глазах, так похожих на глаза отца. Ребекка терпеть не могла этого взгляда.

- Ты совершенно отбилась от рук! – взвизгнула женщина и отвернулась, лишь бы не видеть его; ее длинные рыжие волосы хлестнули девушку по лицу. – Я устала с тобой бороться, хоть бы кто сказал о тебе хорошее, а я только краснею!

У Рей в ушах загудело от злобы и желания тут же убежать, но что-то намертво приклеило ее к стулу.

- Я устала, слышишь? – голос Ребекки неприятно ударил по натянутым нервам. – Твой отец обещал поговорить с Милоной, у нее собственный пансион для обучения девочек. Быть может, там из тебя сделают человека!

- Я не собираюсь торчать в какой-то школе! – Рей впервые подала голос и тут же вскочила со своего места. – Ты не запрешь меня там!

- Если ты сама не в состоянии контролировать себя, пусть это делают другие! Хватит с меня! – мать так и не повернулась к Рей, и та выбежала из кухни и тут же заперлась в своей комнате, трясясь всем телом.

POV Рей

Именно в такие моменты мне хочется кричать или вовсе исчезнуть. Меня всегда пугали отсылкой в пансион, что для меня равно детдому, а может, еще чему похуже. Привыкла. Привыкла, как и к тому, что никогда не устраивала мать, была недостаточно идеальна для нее. А ведь если бы я была такой, как она хочет, Ребекка бы вообще забыла о моем существовании. Мне кажется, случись со мной что, ей будет абсолютно все равно, она только привычно с недовольством глянет в мою сторону и скажет что-то о распущенности. Я не знаю, откуда в ней это желание? Желание, чтобы все происходило само собой, только по ее прихоти? Таким образом должны появляться деньги в доме, дорогие вещи и послушная дочка, воспитанием которой она толком никогда не занималась. Однако я могу только бессильно злиться на нее, не имея возможности навсегда уйти. Ненавижу свой возраст. Ненавижу свое бездействие.

Я нервно открыла полупустую пачку с сигаретами и снова закурила, давясь дымом. Всегда курю только в форточку, гляжу на улицу внизу, и еще сильнее меня тошнит от этого дома. Иногда мне кажется, в моем сердце осталось место лишь этой ненависти. Я захлебываюсь в ней, тону, и остановить меня ничего не может, лишь коротенькая весточка Алмазу. Одно безликое «Мне плохо», и он готов рыть зубами землю, лишь бы это исправить. Любая моя просьба. Любой каприз. Я могу быть грубой, ломаться перед ним и даже послать его, он вернется, и преданность его взгляда не изменится. Вот и сейчас я просто набираю его номер, и отвечает спокойный, несколько подобострастный голос:

- Рей? Все хорошо?

- Приезжай, - тихо прошу я. – И привези сигарет. У меня кончаются.

- Ты дома? – ни сомнения, ни промедлений.

- Дома. Только ты поторопись, пожалуйста.

- Еду, - он бросает трубку, словно уже мчится ко мне, и я сажусь в свое любимое кресло.

Ребекка ненавидит Алмаза, он кажется ей слабовольным. И, конечно, она уверена, что на меня позариться может только какой-то отсталый. Но он – мой друг, наверное, единственный на всей этой гребаной планете. Я не уважаю его слабости, но без него я, наверное, загнулась бы.

Ровно через десять минут парень стучится в мою комнату, и я тут же вешаюсь ему на шею. Он осторожно гладит меня по спине, на его чистом белом лбу появляется тревожная морщинка:

- Поссорились?

А мне не хочется отвечать, мне тепло, я в безопасности. Меня защищает самый надежный в мире человек. Когда-то я заступалась за щуплого белобрысого мальчишку от нападок сверстников, теперь он готов отгородить меня от всей вселенной.

- Рей, потерпи немного, - успокаивающе произносит Алмаз. – Полтора года. А потом мы уедем: я, Самико и ты.

- И я буду третьей лишней среди вас, - недовольно бурчу я и даже как-то ревниво.

Самико – девушка Алмаза, божий одуванчик в очках и с книгой Дюма подмышкой. Я никогда не пойму, что мой друг в ней нашел, наверное, то, чего не достает мне – уравновешенности и спокойствия. Проблем ему и со мной хватает.

- Ты никогда не будешь лишней, - с жаром возражает Алмаз, и я отстраняюсь от него почти в равнодушии:

- Хорошо, пара праведников. Сигареты привез?

Алмаз вынул из потрепанной кожаной куртки пачку, и когда я взяла ее, как-то слабо произносит:

- Ты бы бросила, Рей.

- Вот еще, - фыркаю я и усаживаюсь за компьютер.

Пара «кликов», и на мониторе появляется фотография молодого мужчины. Дьявольски красивого молодого мужчины. Он даже слишком идеален, чтобы быть настоящим: голубые глаза с не пушистыми, но все же заметными светлыми ресницами, чуть вьющиеся короткие волосы, цветом напоминающие выгоревшую на солнце сентябрьскую траву, а взгляд, кажется, глядит глубже, чем способен видеть человек. От одного этого взгляда у меня по спине пробегают мурашки.

- Опять он, - уже раздраженно вздыхает парень, вставая за моей спиной. – Ну сколько можно? Ты еще общаешься с этим человеком? Он же на десяток тебя старше!

- Господи, Алмаз, не нуди хоть ты! – злюсь и я. – Все поголовно вмешиваются в мою жизнь, тыкают носом, что и как делать. А у меня, быть может, только Пилигрим и остался, только эта фотография!

- Не прибедняйся, - уже спокойнее отрезал Алмаз. – Долго ты ему будешь пудрить мозги? Сколько раз он уже просил о встрече?

- Перестань, - отмахиваюсь я от него. – Я – Елена, мне девятнадцать, и я работаю продавцом в магазине книг, ясно? Не мешай мне хоть как-то чувствовать настоящую жизнь.

***
- Нет, Джед, честное пионерское, я понятия не имею, откуда у них этот договор! – Сейя нервно мерил шагами комнату, залитую весенним полуденным солнцем.

Несмотря на то, что сейчас было воскресение, офис был в полном составе. Десяток человек бил пальцами по клавиатуре, составлял отчеты и кому-то звонил. Однако в кабинете Айта и его напарника Кроу все было тихо, лишь тяжелые шаги нарушали идиллию. Джед сидел за столом и недовольно косился на друга:

- Ага, - иронично хмыкнул блондин, однако ни один мускул его лица не дрогнул, а пальцы спокойно соприкоснулись подушечками друг с другом. – И откуда-то подпись на нем твоя нарисовалась, - он помолчал, как бы над чем-то раздумывая, и поднялся со своего места, машинально поправляя идеальный пиджак. – Помнишь тот день, когда мы решили начать вдвоем этот бизнес?

Сейя остановился и хмуро кивнул, посадив ладони глубоко в карманы дорогих брюк.

- Тогда мы поклялись, что все вопросы будем решать вместе. Все. И никто из нас не покинет фирму до последнего ее вздоха.

- Да не подписывал я ничего! – взорвался Кроу, понимая, что друг хочет его пристыдить. – Да даже если и подписал, то он не имеет силы без твоей подписи.

- Чести это тебе не делает, - отрезал Джед. – А вообще – раздумывать надо, с кем ночами кутить. Все только и ждут от тебя неверного шага.

- Ты становишься параноиком, - заметил Сейя уже без всякой злобы; он зажал в зубах сигару и с удовольствием выдохнул кольцо дыма, прекрасно зная, что Джед терпеть не может табака и всего с ним связанного. – И все больше напоминаешь мне свою матушку.

Джед поморщился, и на его лице появилось какое-то озорство:

- Слышала бы она тебя сейчас.

- Знаешь, я до сих пор чувствую себя перед ней семнадцатилетним мальчишкой! – рассмеялся Кроу, верно улавливая, что лекция «Перестань быть безответственной сволочью» окончена. – Честное пионерское! Она как глянет на меня, так я готов книксены выписывать, словно ее ученица. Ты ж прости, если обижу, но я совсем не виню твоего батюшку, преждевременно сбежавшего на тот свет.

- Иногда твои шутки, Сейя, переходят все границы, - с некоторой укоризной покачал головой Джед. – Как и твое поведение.

- Пусть это не говорит мне человек, проигравший вчера в карты две тысячи долларов, - махнул рукой Кроу и откинул длинный темный хвост за спину. – Я, по крайней мере, трачусь на себя. Ты же хрен знает куда пускаешь деньги.

- Однако ж, свои деньги. А не имущество фирмы, - упрямо повысил голос Джед.

Сейя прекрасно знал, что эти перепалки могут продолжаться вечно, так что просто потушил сигару и, махнув на прощание, вышел из кабинета.

Джед, облегченно выдохнув, взял планшет и углубился в переписку.
 
сообщение 24.03.2016, 17:52
Сообщение #14
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Рей и Джед. У каждого свои скелеты в шкафу


То, что у него есть подруга по переписке, Джед скрывал самым тщательным образом. Ни его дражайшая матушка, ни Сейя, ни его многочисленные девушки и помыслить не могли, что Айт, имеющий полноценную жизнь и незаурядную внешность, мог, словно подросток, завести себе «вторую сущность». Да и зачем ему? Джед был не только привлекателен, холост и располагал деньгами, но еще и к своим двадцати шести годам казался зрелым и серьезным мужчиной. Именно мужчиной. Конечно, у него были свои слабости и чудаковатости, но женщинам это представлялось крайне сексуальным. Например, многие представительницы прекрасного пола готовы были часами смотреть, как он молча перечитывает документацию, время от времени отпивая кофе с большой концентрацией сливок. Сам Джед был не то что бы равнодушен… просто центральное место в его жизни всегда занимала работа, остальное так или иначе уступало, так что к своей притягательности мужчина относился ровно.

Компания «Айт&Кроу» появилась сразу после того, как Джед и Сейя окончили институт: Айт – с красным дипломом, а Сейя – кое-как. Сейя не был глупее Джеда, однако не имел той усидчивости, а иногда и уравновешенности, что были у друга. У Сейи за душой ничего не было, Джед стремился избавиться от опеки матери, и это придавало решительности. Вскоре, вооружившись начальным капиталом и знаниями, молодые люди занялись производством мебели, стараясь лавировать между другими такими же предпринимателями и более крупными производителями. «Айт&Кроу» не стала известной фирмой, но работала довольно успешно, принося владельцам стабильную прибыль и расширяя ассортимент. Самые напряженные времена миновали, и сейчас Кроу и Айт могли вполне пользоваться плодами своих трудов.

Сейя спускал деньги, будто воду сквозь пальцы, зато у него была съемная квартира в центре Токио и каждый месяц гардероб, полный модных тряпок. Никакого накопительства Кроу не признавал и совершенно не умел экономить. Айт никогда не пытался судить друга (если дело не касалось фирмы), считая, что тот вправе самостоятельно решать, куда и зачем тратить свои финансы.

Сам Айт имел собственную берлогу холостяка, значительно скромнее, чем у Сейи, но зато свою. Он продал большой двухэтажный дом, подаренный матерью на свадьбу с Маленой, и перебрался ближе к работе, куда каждые выходные приходила горничная. В своей обители, как часто величал Джед квартирку, он признавал прежде всего балкон, который Айт и не думал застеклить. Пусть там, внизу, было шумно и пыльно, но ему нравилось городское многоголосье, прохлада и вид, на который можно было отвлечься на пару минут. На балконе Джед любил читать, перебирать бумаги или сидеть в Интернете с неизменной чашкой кофе на маленьком столике.

Не так давно случай занес его на один сайт знакомств. Чисто из любопытства, ведь с девушками у него никогда проблем не было. Он ввел возраст от восемнадцати до двадцати пяти, и тут же на экране высветился приличный список, от которого зарябило в глазах. Пришлось сузить выбор до жительниц Токио. Предлагался еще отбор по дате регистрации, и Джед ввел сегодняшнюю дату. Осталось всего две кандидатки, и мужчина не глядя выбрал первую попавшуюся, быстро напечатал коротенькое сообщение и стал ждать отклика. Так в его жизни появилась Полночь…

Сначала общение с ней казалось несколько странным, иногда девушка путалась в кое-каких мелочах, которые Айт привык схватывать налету. Однако предпочитал думать, что это все от рассеянности (никому неприятно принимать, что его «надувают»). Вскоре подобные незначительности перестали играть какую-либо роль, потому что Полночь оказалась собеседницей интересной, а самое главное, что Айт совершенно не знал, чего ждать от нее в следующую минуту. Она могла быть ласковой, как кошечка, кокетничать и провоцировать, а то вдруг дерзит, и ее настроение, словно на ладони. Что-то в ней было совершенно неуправляемое, свободное, не поддающееся повседневной рутине и общественному мнению. Такую не заставишь сидеть на месте и просто так не сделаешь покорной; такая женщина и в пятьдесят остается интригой, вечной загадкой, вулканом и фейерверком, будоражащим жизнь.

Единственное, что его смутило, это ее профессия. Продавец в книжном магазине (ничего скучнее и не придумаешь). Нет, Айт любил читать и книги уважал, просто представить себе не мог, что Полночь способна работать в подобном месте. Ее взрывной нрав и какая-то детская веселость ну никак не ассоциировались с книжными магазинами, архивами, библиотеками и прочими «храмами тишины», однако Джед предпочитал ей верить, твердо считая, что никакие отношения не должны основываться на обмане. У него вообще было много принципов по жизни, один из которых – требовательность, причем не только к другим, но и к себе.

Джед обязательно вставал в шесть утра и делал пробежку, наплевав на погоду и мадам Лень, сидящую где-то внутри и требующую сна. Он терпеть не мог оставлять что-то на завтра, поэтому до посинения мог сидеть за документацией, какой бы нудной и бесконечной она не была. Айт не выносил неряшливости, человек в грязной одежде или с распущенным языком (неряшливость часто проявляется в нашей речи) вызывал у него чувство презрения. И список того, что не нравилось Джеду, постоянно рос. Надо ли замечать, что за собой он следил вдвое внимательнее, чем за другими?

Всегда подтянутый, неотразимый и невозмутимый. В этом был весь Джед Айт, Айт, которого знали подчиненные и влюбленные в него девушки. Но был и у безупречного Джеда свой секрет. Страсть к карточным играм. Вот уж тут мистер Совершенство не имел никаких тормозов и заслонов. Десятки раз Айт проигрывал n-ные суммы денег и снова шел играть, надеясь на ее величество Фортуну. Но если уж в бизнесе удача была к нему снисходительна, то в азартных играх – ничуть. Джед был игроком-неудачником, ни разу не выигравшим ничего существенного, но ставил еще и еще, пару раз даже продавал личные вещи. А все из-за Малены… Это ее папочка научил его играть и шататься по карточным заведениям… По крайней мере, Джед никак не хотел признавать, что сам виноват в том, что разучился контролировать свою страсть, гораздо легче скидывать вину на кого-то еще.

В общем, жизнь Джеда Айта была вполне устоявшейся, с вкраплениями «тайной сущности». Карты и Полночь были особыми статьями в его жизни, но он не собирался открывать их на всеобщее обозрение, разве что Полночь, у которой он уже давно просил личную встречу, но она постоянно увиливает от этой темы. Впрочем, Айт не хотел ее торопить, однажды он уже совершил подобную ошибку, и все вылилось в свадьбу. Второй раз на те же грабли мужчина не хотел. Но и оставлять Полночь вне видимости – тоже.

POV Рей

Пилигрим мне нравился, определенно. И пусть Алмаз бубнит, сколько хочет, я не собираюсь отказываться от интересного мне общения, пусть мой собеседник хоть на сорок лет меня старше. А вообще, Пилигрим был для меня развлечением, совсем не принуждающим меня к чему-то большему. С его первого сообщения и до последнего моего ответа все было ложью. Не думаю, что Пилигрим так уж честен со мной. Небось, откопал фотку в Интернете какого-то красавчика, отослал мне и радуется, что надул. Я не так наивна, чтобы поверить, что Пилигрим и блондин с фотографии – одно лицо. Это же нереально, правда? Так что я совершенно не испытывала мук совести, скрывая возраст и имя. Какая ему разница? Ему же по душе общение со мной, так что Рей или Елена – одно и то же.

- Мне это не нравится, - ворчит Алмаз, с подозрением и даже какой-то неприязнью глядя на моего блондина.

Я резко обхватываю его шею руками, так, что его подбородок утыкается мне в плечо:

- Алмаз, - почти напеваю ему на ухо я. – Перестань меня воспитывать. Это же просто переписка.

Но Алмаз осторожно высвобождается из моих рук, выпрямляется и укоризненно качает головой. Я демонстративно выключаю компьютер и роюсь в шкафу с одеждой:

- Не дуйся, мы пойдем сейчас гулять.

Весна уже в самом разгаре, так что я достаю футболку с коротким рукавом (здоровская, надо сказать, футболка: мне разрисовали ее вручную прямо на улице во время какого-то праздника; она белая, но на ней изображен «ком» космоса со звездами и планетами – блеск!) и джинсы. Алмаз тактично пялится в окно, пока я переодеваюсь за дверцей шкафа, и только когда я надеваю балетки, парень оборачивается.

- Ну, пошли? – Алмаз застегивает потрепанную кожаную куртку, и мы выходим из моей комнаты.

- Эй, милочка, ты куда? – останавливает меня саркастичный голос матери, и я поворачиваюсь к ней, прекрасно зная, что вид у меня дерзкий.

- Что еще? – я открыто грублю, и Алмаз как-то неуверенно глядит на нас.

- Как ты со мной разговариваешь?! – тут же взвизгивает Ребекка. – Я запрещаю тебе выходить из дома, пока отец не договорится о твоем обучении в пансионе!

- Я. Никуда. Не поеду, - своим ядом я могу полгорода отравить! – Где ты деньги возьмешь, чтобы меня в частный пансион отправить?

- Милона обещала спонсора, не бойся, - елейным тоном ответила мне мать. – У нее уже есть кое-кто на примете.

- Я не малоимущая, чтобы мне благодетеля искать, - я огрызаюсь из последних сил, с трудом понимая, что сейчас Ребекка не шутит; нет, она действительно нашла способ упрятать меня!

Я всегда воспринимаю ее слова как пустой треп, но сейчас выражение ее лица ой как мне не нравится!

- Папа бы никогда не позволил этого, - в моем голосе уже нет той дерзости и уверенности.

Как бы мой отец не любил меня, у него нет возможности и желания скандалить с Ребеккой, та ему и так всю кровь высосала своими жалобами. Да и мало ли она могла ему наговорить? Мать никогда не любила меня, я всегда была обузой, так что ее слова могут быть жесткой явью.

- Сегодня, - размеренным голосом проговаривает Ребекка, явно признавая победу, - Милона позвонит твоему отцу по поводу зачисления. И я уверена, что отказа не будет.

Уже вечером Ребекка с довольным видом зашла в мою комнату: я принята в частную школу для девочек. Не знаю, что со мной случилось, но я рыдала, словно ребенок…

POV Джеда

Милона позвонила мне к вечеру, когда я уже собрался спать. Решил в кое-то веки лечь пораньше. Увидев, что ко мне пробивается любимая матушка, я тяжко вздохнул. Во-первых, претворяться и не поднимать трубку бесполезно: пока я не отвечу, Милона не прекратит попыток. Во-вторых, моя мать способна и трезвенника подвести к рюмке своими разговорами. Она до сих пор воспринимает меня так, словно мне десять, и уж залезть в мою личную жизнь – святое дело.

Я откинул в сторону полотенце, которым вытирался после душа, и, плюхнувшись в кресло, нажал «Принять»:

- Да.

- Джед, ты почему так долго не отвечаешь? – протараторила без всяких приветствий Милона и, не дожидаясь моего ответа, выпалила: - Вообще-то, у меня к тебе дело. Я ищу спонсора.

- Спонсора? – сумел-таки я уловить хоть что-то; что еще за причуды?

- Ой, ну что тут непонятного?! У тебя же много знакомых толстосумов, которые готовы хорохориться благотворительностью! Мой старый приятель попросил взять дочь в пансион, а финансов не достает. Мне неловко ему отказывать.

Ага, ну теперь понятно. Правда, странно, что поступить хотят тогда, когда учиться-то всего ничего осталось.

- А сколько девочке лет? Все-таки, не так много желающих годами оплачивать чью-то учебу.

- Рей шестнадцать, остался всего год.

- Я поищу кого-нибудь, - я постарался кое-как закруглить беседу: - Извини, у меня дела. Я позвоню в другой раз.

- Вот так всегда, - обидчиво возмутилась Милона. – На мать и времени нет, вырастила сыночка!

Я усмехнулся. Где еще найти женщину, так любящую прибедняться? Я никогда не прерываю с ней связей, навещаю по мере возможности (даже в пансионе!), но дай ей волю, она бы пришила меня к своей юбке!

- Мам, перестань, - мягко попросил ее я, и на той стороне что-то запыхтело в трубку. – Когда же ты привыкнешь, что я живу отдельно, и у меня уйма дел?

- Жену тебе надо, - неожиданно всхлипывает она. – С тех пор, как Малена умерла, ты совсем чужой мне стал.

Я задним сознанием понял, что слишком сильно сжал трубку. Я до сих пор не научился воспринимать имя бывшей жены, даже спустя пять лет.

- Мне никто не нужен, - спокойно и даже как-то холодно отчеканил я, и Милона замолкла.

- До свидания, сынок, - быстро попрощалась мать, смущаясь. – Ты звони, не забывай.

Я кивнул, даже не понимая, что она меня не видит. Сон как рукой сняло, но я все-таки лег в постель и, подложив руки под голову, вперил взгляд в потолок.

Кажется, это было так давно и недавно одновременно. Мне было двадцать, когда матушка настойчиво пригласила меня к себе на обед, и мне ничего не оставалось, как явиться. Все дело было в сводничестве. Милона просто подыскала мне невесту из своих выпускниц, вот и все. Я сразу понял это через намеки матери и ее взгляд. А Малена была такая тоненькая, такая невинная в своем скромном сереньком платьице и с короткими косами на плечах… Я смотрел на нее и не понимал, как она могла согласиться на это унизительное сватовство? И каждая встреча с ней в доме матери была пыткой, пока она не заболела и не слегла. Я пообещал Милоне, что навещу «бедняжку Малену» и обещание свое исполнил. Только вот кто знал, что крошка Мали встретит меня в одном пеньюаре, а уже через двадцать минут я буду лежать с ней в одной постели? Малена, ее отец и моя мать. А я так, лопух! Ее отец намекнул, что мне лучше жениться на Малене. И я женился.

Этот брак был совсем недолгим и… безболезненным. Нам с Маленой было плевать друг на друга, мы жили отдельно, а через полгода после свадьбы она разбилась в автокатастрофе. Вот так просто. В двадцать лет я остался вдовцом. И что самое гадкое, не чувствовал горечи или утраты. Я не знаю, что провернул отец Малены, но мне не досталось ничего после ее смерти, да я и не нуждался. Я стал жить дальше, и жену свою вспоминать не люблю.

Я покрутился на кровати и все-таки решился на снотворное. Вспомнят лихо не к ночи…
 
сообщение 24.03.2016, 17:52
Сообщение #15
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Рей и Джед. Мужчина за письменным столом


Пилигрим: Ты сегодня какая-то молчаливая. Что-то произошло?

Джед нажал «ввод» и откинулся на спинку стула, задумчиво потирая подбородок кончиками пальцев. Сегодня с ней было явно что-то не то: девушка отвечала невпопад и часто теряла нить разговора. Конечно, уже за полночь, и, быть может, Елена просто хочет спать, но Айт просто нутром чувствовал, что здесь что-то не так.

Полночь: Все хорошо, не бери в голову. Пара маленьких проблем, ничего серьезного.
Пилигрим: Тогда, быть может, скажем друг другу «Спокойной ночи»? Ты все-таки какая-то усталая.
Полночь: Я тебя отвлекаю?
Пилигрим: Нет, что ты. Я свободен.

Айт с трудом подавил зевок. Завтра же с утра еще документацию готовить!

Полночь: Тогда давай еще немного поговорим. Понимаешь, быть может, очень скоро я больше не смогу здесь появляться.

Наверное, целую минуту Джед просто пялился на планшетник, пытаясь переварить прочитанное. Елена может пропасть из его жизни насовсем? Он был неприятно поражен и взволнован.

Пилигрим: Как же так? Что случилось?
Полночь: Я могу уехать на длительное время, и у меня может не быть доступа к Интернету.

Получается, они так и не встретятся… Джед раньше совсем не задумывался, предполагая, что не станет торопить девушку. И мысли, что она может так внезапно… пропасть, не было. А сейчас как будто все перевернулось и вышло на новый уровень. Более серьезный. Сети сетями, а в мире существует реальность.

Пилигрим: Я так понимаю, этот разговор ты начала неслучайно…
Полночь: Я бы хотела попрощаться. На всякий случай.
Пилигрим: Я не люблю прощаний. Я просто буду ждать от тебя вестей. Не хочу всех этих глупых слов.
Полночь: Тогда я просто говорю тебе «До свидания».

Они отключились одновременно, совершенно не понимая произошедшего. Как быстро и нелепо! Именно нелепо. Словно их переписка была просто случайностью, и не было тех ярких эмоций, а только ничего не значащая болтовня. Разве так прощаются люди, привязанные друг к другу таким крепким связующим как слово?

Джед был зол на себя за такую сухость, но известие было слишком неожиданным… и ранящим. Айт привык к тому, что его симпатия всегда находит отклик, познакомившись с Полночью, он только сильнее уверился в этом. На деле же все оказалось не так. Он словно попал впросак: сам увлекся, но не увлек, и это чувство было новым. Немножко задевало самолюбие, но больше сбивало с толку. Джед не хотел терять связи с Еленой, поэтому вдвойне злился на себя.

Рей непонимающе пожала плечами, выключила компьютер и легла в постель. Неужели этот самый человек желал с ней встретиться? Девушка чувствовала себя вдвойне одинокой и покинутой. А впрочем… какая разница? Все равно она завтра познакомится со своим спонсором и в конце недели укатит в свой пансион. А там нет места красавчику с фото. Там, наверное, все будущие старые девы учатся. Хино представляла себе грядущее, и ком слез снова подкатывал к глазам, но Рей строго-настрого запретила себе реветь. И пусть этот Пилигрим хоть к чертям катится!..

***
- Оденься прилично, Рей, что ты вечно напяливаешь тряпки? – возмутилась Ребекка, прихорашиваясь у зеркала; темно-синее строгое платье ладно охватывало стройный стан и оттеняло рыжие прямые волосы.

Девушка, чересчур бледная и какая-то осунувшаяся, медленно отложила привычные джинсы. Честное слово, ей было абсолютно безразлично, в чем идти, хоть в картофельном мешке. На плаху не наряжаются, а именно так расценивала Рей свою встречу с человеком, который будет финансировать ее обучение. Наверное, именно поэтому она была так покорна. Ничего не изменить, ее родители вправе решать за нее, где получать образование.

- И что мне выбрать? – вяло спросила Рей, ссутулившись в кресле.

Длинные черные волосы ниспадали ей на голые колени, руки мелко тряслись. Неожиданно вся спесь, вся дерзость куда-то пропала, и девушка ощущала себя просто беззащитной и бессовестно брошенной. Она смотрела на лихорадочно одевающуюся мать, и ей хотелось выть во все горло от собственной ненужности. Если бы девушка видела в этом смысл, она бы рыдала и вымаливала прощение на коленях, но мать не изменит своего решения, и Хино понимала это с холодной ясностью.

- Месяц назад я купила тебе прекрасный брючный костюм, - ответила Ребекка.

Рей не надела его ни разу, убрав в шкаф. Во-первых, это был совершенно не ее стиль, а во-вторых, ей было некуда носить подобные вещи.

- Я возьму платье, которое подарил мне папа, - Рей сняла с вешалки зеленое платье до колен с белым воротничком и манжетами.

Она редко носила его, но по другой причине. Девушка слишком дорожила отцовским подарком, чтобы трепать его ежедневно.

- Это зеленое убожество? – презрительно хмыкнула женщина. – Ты в нем словно гостья из пятидесятых.

Однако Хино проигнорировала ее колкость и взяла капроновые колготки. Через пятнадцать минут девушка была полностью готова, осталось только расчесаться. Рей встала напротив зеркала и принялась водить расческой по черным густым волосам, спускающимся ниже талии. Папа всегда так гордился ими…

- Ты долго еще? – раздраженно спросила Ребекка. – Мы должны произвести хорошее впечатление, опоздания нам ни к чему. И вообще – перестань делать похоронное лицо. Тебя принимают в приличное заведение!

- В детдом к богатым чванливым дурочкам, - буркнула Хино, но так, чтобы мать не услышала.

- Такси подъехало, - пропела весело женщина и вырвала расческу из рук дочери; ее моложавое лицо лучилось предвкушением чего-то нового.

В последний раз глянув на себя в зеркало, девушка вышла и заперла за собой двери.

***

Джед отвратительно выспался в этот день, поэтому поминутно вертел в пальцах ручку и пил кофе со сливками, не считая чашек. Он был хмур и раздосадован еще и тем, что совсем позабыл подыскать дурацкого спонсора. Теперь придется устраивать девочку самостоятельно, не говорить же обо всем матушке, которая шкуру сдерет и мозг прополоскает для полного счастья. Милона, услышав о желании сына взять на попечение новую ученицу, чуть не всплакнула от умиления, и Джеду даже совестно стало. Наверное, лицо блондина так разительно менялось во время телефонного разговора, потому что Сейя хохотал чуть ли не до слез, наблюдая за другом. В отличие от раздражительного Айта, Кроу был в прекрасном настроении, с удовольствием вгрызался в румяное яблоко и сверял отчеты. Его лакированные туфли сияли, свежая светло-зеленая рубашка сидела идеально, впрочем, как и весь черный костюм за n-ную сумму.

- Не злись, - беззаботно махнул рукой Сейя, вольготно располагаясь в кожаном кресле напротив окна; солнце заливало светлый кабинет. – Ты проматываешь целое состояние за игральным столом. Чего тебе стоит оплатить год учебы?

- Дело не в деньгах, - категорично заявил Джед.

Кроу решил не продолжать разговор, не желая еще сильнее злить взвинченного Джеда. Если захочет – сам и расскажет. Не нянчиться же с ним, в самом деле.

- Тогда перестань дергаться и займись делом, - назидательным тоном проговорил брюнет, за что получил колкий взгляд.

Глубоко вздохнув, Айт погрузился в мир отчетов…

POV Рей

Такси остановилось в самом центре Токио, в районе небольших фирм, прилепленных друг к другу стенами. Такое ощущение, что офисы пытаются втиснуться в улицы изо всех сил, поэтому здесь так тесно. Отыскав нужный дом, я и Ребекка зашли в типичное офисное помещение с безликими стенами, неизменными потрепанными фикусами на голых подоконниках и снующими туда-сюда работниками в строго одежде. Мать спросила, на какой нам нужно этаж, и я покорно плетусь за ней к лифту, не глядя по сторонам. Мистер Айт (а именно так зовут моего спонсора) расположился где-то посередине высотки. Я так и видела полного мужичка лет за сорок с залысинами и маслянистыми (или все же цепкими?) глазками, пивным животиком и короткими ножками, выглядывающими из-под него. Он будет зудеть что-то про свою благотворительность. Обязательно какую-нибудь чушь. Я заранее состряпала постное лицо, как только мы с мамой вывались из тесной серенькой кабинки.

- Простите, - Ребекка радушно улыбается молоденькой секретарше, и та откладывает в сторону папку. – Могу ли я увидеться с мистером Айтом?

- Вы по какому вопросу? – дежурно осведомляется блондинка, вставая из-за своего места.

- Скажите, что приехала миссис Хино, этого будет достаточно.

Кивнув, молоденькая секретарша выпорхнула с папкой из приемной, и мне почему-то подумалось, что она спит со своим боссом.

- Проходите сюда, - девушка неожиданно снова появилась, и мы с матерью последовали за ней по узкому коридору.

Пара поворотов, короткий стук, и я утонула в море света, врывающемся в огромное окно. Даже жмурюсь, чтобы не было так больно.

- День добрый, - голос определенно был молодым, и я невольно поворачиваюсь к подошедшему к нам мужчине.

Что ж, я была неправа. Джед Айт – высокий и стройный молодой человек с длинным темным хвостом, затянутым книзу. Глядит добродушно и проницательно, словно рад нам безмерно. Господи, сейчас опять начнутся замашки сноба! Или еще хуже – глупое сюсюканье. Я прекрасно понимаю, что недружелюбно рассматриваю его, но ничего хорошего по отношению к этому фрукту выдавить просто не могу.

- Садитесь, пожалуйста, - предложил брюнет, и я прошествовала на диван.

- Здравствуйте, - раздается где-то левее еще голос, и я чуть ли не с испугом смотрю в сторону письменного стола.

Как же я не заметила, что в комнате есть кто-то еще? В огромном кресле сидит молодой мужчина. Я смотрю на него, и мне становится дурно… Блондин – копия Пилигрима! Я так часто смотрю на его фото, что просто не могу спутать его с кем-то другим! Те же глаза, нос, волосы… те же плечи… Быть этого не может! Дыхание перехватило от ужаса и шока.

- Меня зовут Джед Айт, и мне придется стать вашим спонсором, - голос у Пилигрима бархатистый, с едва заметной хрипотцой. – Миссис Айт отправила вам мои документы?

Он еще ни разу на меня не посмотрел, но я чувствую, что в момент, когда обратится ко мне, я не смогу сказать и словечко.

- Да-да, конечно, - протараторила Ребекка, - нас все устраивает. И условия тоже.

- Какие условия? – громко спрашиваю я, даже не понимая, что почти кричу на весь офис.

Господи, я готова сквозь землю от стыда провалиться. Отрежьте мне кто-нибудь язык! Мать толкает меня локтем в бок, сконфуженно улыбаясь.

- Мисс Хино, как я полагаю? – его бровь вопросительно дергается, и я киваю. – Ваши родители, похоже, не поставили вас в известность. Условия действительно есть. Я буду оплачивать ваше обучение, если вы действительно будете учиться и зарабатывать приличные баллы. Испытательным сроком будет для вас тот месяц, что остался от учебного года. Осиливаете программу – я оплачиваю будущий год, нет – договор будет расторгнут. Но это еще не все. Я беру вас под свою ответственность, поэтому прошу отличной дисциплины. Вы ознакомлены с правилами пансиона? – голос его был сух, словно вопросы бесстрастного экзаменатора, но глаза лучились живостью и… заинтересованностью?

- В общих чертах, - солгала я, чувствуя, что горю от смущения.

Джед вздохнул и осуждающе глянул на Ребекку:

- Пансион, естественно, закрытый, но есть дни посещения родственниками.

- Извините, - робко перебила его я. – А ко мне может приезжать мой друг?

Мужчина снова проницательно посмотрел на меня:

- Если ему выпишут пропуск, то он сможет приезжать на тех же правах, что и родственник. Это три раза в месяц.

- Три? – что-то ухнуло внутри меня, и вдруг Айт улыбнулся:

- Чем дольше разлука, тем радостней встреча.

Наверное, вид у меня был совсем уж разнесчастный, потому что Джед снова ободряюще улыбнулся:

- Вы привыкните, в этом нет ничего страшного. У вас появятся новые подруги, новые занятия, скучать будет некогда. Я буду навещать вас время от времени, чтобы узнавать о ваших успехах.

Что? Мы еще и видеться будем?! Нет, я этого не вынесу!

- Форму выдадут по приезду, то есть в понедельник. Милона… - Джед кашлянул. – То есть миссис Айт вас встретит и все объяснит подробнее.

- Спасибо вам за ваши хлопоты, - Ребекка, красная как рак, вскочила с диванчика и я машинально поднимаюсь следом.

- Пока хлопот никаких, - покачал головой мужчина. – До свидания.

- До свидания, - мы с матерью направились на выход, как вдруг Айт окликнул меня:

- Мисс Хино, - я обернулась, и сердце будто снова принялось плясать в груди. – Если вам что-то будет нужно, звоните, - он подошел и протянул мне визитку. – Я привык ответственно относиться к делу.

Я кивнула и вышла.

POV Джеда

- Ох, Джед, - смеялся Сейя, когда Хино оказались за дверью. – Ну ты прямо сама серьезность. Они от страха дышать не смели. Опасный дяденька!

- Да брось ты, - фыркнул я, потягиваясь; честное слово, я и сам удивился своему перевоплощению в строгого наставника. – Просто хотелось произвести впечатление надежного человека.

- Ты и правда станешь навещать девочку? – спросил меня Кроу, покрутившись на стуле; блеск его глаз мне почему-то не нравился. – Она обещает быть очень хорошенькой, когда станет постарше. Глазищи и фигурка у нее – загляденье! А какие волосы!.. – Дон Жуан закатил глаза.

- Не пугай меня, - я скинул пиджак и встал напротив окна. – Не знал, что тебя тянет на категорию «до восемнадцати». А вообще – действительно красивая. Но недоверчивая какая-то… и смотрела на меня странно.

Рей Хино действительно произвела на меня двоякое впечатление. Вела себя смирно, но не похожа она на тихую умницу. Чисто внешне не похожа.

- Подался в психологию? – Сейя иронично приподнял брови.

- Нет. Просто я так ее понял, - пожал плечами я.

POV Рей

Я была сама не своя, даже мать не могла вывести меня из себя своими колкостями. Получается… Пилигрим и Джед Айт – одно лицо! Он не врал мне, высылая фотографию. Наверное, и все его истории о своей жизни были правдой. Мозг отказывался в это верить, а вот сердце отметило, что Джед Айт в жизни еще лучше, чем на фото.
 
Форум » Фанфики » Фанфики категории гет » Сети (в процессе)
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Поиск: