Приветствую Вас Гость • Регистрация • Вход • RSS
Среда, 23.5.2018, 13:35
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Фанфики » Фанфики категории гет » Маленькое королевство больших сердец (в процессе)
Маленькое королевство больших сердец
сообщение 28.03.2016, 18:23
Сообщение #1
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Название: Маленькое королевство больших сердец
Автор: Magicheskaya
Пейринг/персонажи: Джедайт, Кунсайт, Мамору Чиба, Нефрит, Зойсайт, Ами Мизуно, Макото Кино, Рей Хино, Минако Аино, Усаги Цукино
Рейтинг: PG-13
Жанр: Romance/Fantazy
Размер: макси
Статус: в процессе
Описание: Земля - культурный, магический и экономический центр Солнечной системы. Естественно, к ней тянутся все: планеты Внешнего и Внутреннего круга и даже нелюдимая Луна. И связь эта скреплена браками юных наследников и знатных особ, а проще говоря - детьми. Маленькими сердцами, открытыми для мира и друг друга.
Эта повесть о дружбе, смелости, открытиях и первой чистой влюбленности...
Предупреждение: AU/OOC
От автора: Давно хотела объединить драбблы о маленьких принцессах и лордах в большую историю (то, что написано в сборниках "Зимний" и "Навеяно весной" тоже будет использоваться). Общий сюжет едва уловим, скорее, это отдельные рассказы, ограниченные временными рамками и общими событиями.
 
сообщение 28.03.2016, 18:24
Сообщение #2
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Предисловие.


Огромная круглая зала, до белизны пронизанная светом, была заполнена. За большим столом, отделанным зелеными малахитовыми пластинками, сидели восемь человек – женщин и мужчин, - с ожиданием глядя друг на друга. Наконец, высокий бородач с пытливым взглядом встал из-за своего высокого стула и произнес звучным, сочным голосом:

- Добро пожаловать на Землю, союзники и гости Земного королевства. Ваше появление здесь – большая честь для меня и моего народа, - собравшиеся вежливо улыбнулись и приложили указательный и средний пальцы к левому плечу, как гласил земной этикет. – Мы собрались здесь, чтобы окончательно соединить узами нерушимой дружбы и верности наши планеты. И, надеюсь, каждый останется доволен результатами этого собрания, - чуть склонив темную голову, мужчина сел, и тут же поднялась женщина.

Она была довольно молода (королеве не минуло даже тридцати), красива, но во всем ее облике проскальзывал отпечаток какой-то набожности и нелюдимости. Лунная владычица, чей стройный стан прикрыт бежевым шелковым плащом, а голова – такого же цвета накидкой, строго оглядела собравшихся и молвила:

- Спасибо за оказанную честь Луне, король Арторикс, и за проявленное великодушие внутренних и внешних планет, - строгая улыбка на светлом лице, - Луна была всегда закрытой планетой, и то, что сейчас она на пути больших открытий и свершений, ваша заслуга тоже. Моя мать, покойная королева Нюкта, старалась сохранить самобытность Луны, я же вижу, что нашей планете необходимо открыться всему миру, перестать быть недоступной. И союз с вами, уважаемые друзья, шаг к этому. Я принесла для вас благие вести, - изящный жест рукой, и на малахитовом столе появился свиток. – В скором времени на каждой планете появится молодой наследник, где-то даже не один.

Мужчины и женщины несколько оживились, переглядываясь друг с другом и с любопытством смотря на свиток в руках лунной королевы. Все знали, что Луна славится своей мудростью, набожностью и умением делать предсказания. Практически каждый лунный житель мог беседовать с природой и звездами, ловить средь потоков энергии грядущее и использовать эти знания. Поэтому новость королевы заставила всех прийти в волнение.

- На Плутоне вновь возродится Страж Времени, а вместе с ним, на Сатурне, Страж Смерти. Это знамение великих лет для нас всех, эти воины не возрождаются просто так. На Нептуне у королевы, потерявшей вот уже пятерых наследников (король Нептуна ахнул: далеко не все знали об этом), родится дочка к весне. На Уране – к лету. В течение пяти лет на Земле родится принц, а у знатных вельмож, приближенных ко двору, четыре мальчика. Все они станут товарищами юному правителю. Родится девочка и на Юпитере, потом – на Марсе и на Венере, а после долгих и сложных родов – на Меркурии. И, наконец, родится моя дочь, наследница Лунной земли, - женщина свернула свиток, и он тут же исчез. – Луна предлагает соединить наших детей в будущем.

- Что вы под этим подразумеваете? – спросила высокая, прекрасная женщина, правительница Венеры.

- Мы должны заботиться о будущем, друзья. А будущее – в наших детях. Чтобы укрепить наши связи, соединить наши государства, я предлагаю помолвить некоторых наследных принцесс с мальчиками с Земли.

Несколько минут царило молчание, а потом поднялся правитель Нептуна:

- Моя дочь (а я верю королеве, что она родится) не может быть обручена. По обычаям нашей планеты, девочка, рожденная после тридцатилетия ее матери, является подарком Всевышних Богов и должна стать их послушницей.

- Стражи Времен и Смерти, конечно, тоже не могут вступить в брак, - резонно заметила правительница Сатурна, сухая женщина лет сорока в черном платье.

- Я не стану обручать принцессу до ее появления, - встрял король Урана, славившейся своей несдержанностью и горячностью.

- Я отдам свою дочь за землянина, - неожиданно со стула встала худенькая женщина небольшого роста с пронзительными серыми глазами. Волнение тут же прекратилось, и все устремили взгляд на нее. – Если его Высочество король Арторикс не побрезгует рукой моей дочери, так тому и быть. Наша сила в нашем единстве.

Земной король медленно поднялся со своего места и обвел всех взглядом:

- Я верю лунной правительнице, она не ошибается и не лжет. И я вижу целесообразное зерно в ее рассуждениях. Тот, кто не захочет такого шага, не будет принужден к чему-либо. Эти союзы станут добровольными. Я же обязуюсь женить своего сына (да поможет святое Небо его рождению!) обручить с принцессой Луны, ежели ее мать, королева Серена, согласится на этот шаг.

- Спасибо за честь, - церемонно ответила Серена, чуть кланяясь, - этот союз станет началом новой Эры наших государств. Светила не лгут.

- И еще – спасибо королеве Меркурия за согласие, - кивок был обращен к худенькой женщине в синем платье. – Один из лордов, будущих генералов Земного королевства, станет мужем ее дочки. А покуда дети еще не родились, мы не будем решать их судьбу.

…С того собрания, на котором лунная владычица поведала тайну рождения наследников, прошли годы. В течение пяти лет, одно за одним, случились все события, предсказываемые Сереной. Стражи возродились, принцессы порадовали своим появлением на свет всю Солнечную систему, а на Земле родились мальчики, принц Эндимион и его лорды. Были заключены и помолвки между лунной принцессой и земным принцем, принцессой Меркурия и лордом Огня, принцессой Юпитера и лордом Звезд, принцессой Венеры и лордом Льда, принцессой Марса и лордом Иллюзий. Каждый житель огромной Солнечной системы верил: в их маленьких сердцах – счастливое будущее всех планет. И по-другому быть просто не может.
 
сообщение 28.03.2016, 18:24
Сообщение #3
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Глава 1. Знакомство с Венерой


Было просто невыносимо жарко. Солнце нещадно палило на желтоволосую Венеру с ее пряными степями, стройными белыми домами, отделанными янтарем, и безводными долинами. Бродя вдоль извилистых улочек, Кунсайт очень хотел пить, и торговцы с костяными стаканчиками, продающие остро пахнущий кумыс и асану, традиционный венерианский напиток, казались маленькому лорду пределом мечтаний. Но отец мальчика, сухой, строгий человек в идеально выправленном даже в такую жару кителе, будто не замечал жажды ребенка, продолжая идти.

- И никакого ребячества, Кунсайт, - строго отчитывал он. – Конечно, наш правитель сказал, что это – каникулы. Но ты-то уже немаленький, должен понимать, что у нас дипломатическая миссия. Союз с Венерой слишком важен. Так что я не потерплю от тебя проступков. Никаких. Это ясно?

Кунсайт кивнул, но тут же исправился:

- Так точно, сэр.

Мать Куна, персидская княжна, умерла при родах, и воспитывал ребенка один отец, неисправимый военный. До рождения сына и смерти жены он, в основном, пропадал в своих северных землях, изредка приезжая на побывку. Прямой, нелюдимый и жесткий во всем, генерал принялся воспитывать наследника по своему образу и подобию, требуя порой от маленького мальчика то, что требуют от взрослых мужчин. К своим восьми годам Кун отлично управлялся с мечом, шпагой, ножами, бумерангом и дротиками, прекрасно держался в седле и ежедневно обучался военному искусству. Он ездил с отцом на охоту, чтобы научиться безжалостно и быстро убивать. Даже сейчас, когда прошел год с первого выстрела из лука, Кун помнил того маленького олененка, пронзенного его стрелой, и то, как потом отец заставлял есть его мясо, зажаренное на костре… Но Кунсайту нельзя показывать слабости и нельзя о ком-то жалеть. Он – будущий воин, сын генерала. Его удел – война, его образ – солдатская выправка. Даже сейчас, когда ему всего восемь. Поэтому, направляясь во дворец принцессы Венеры, Кун точно знал, как и почему нужно себя вести.

Генерал отказался от экипажа, с презрением ссылаясь на то, что они – не кисейные барышни. Дорога тянулась меж душных двориков и часто петляла. Кунсайт, тоже одетый по форме, уже с трудом догонял отца, кажется, ничуть не мучавшегося от жары. Вдруг болтливые улочки отступились, открывая широкое поле, по кругу усеянное кустами душистой смоны (ее ярко-фиолетовые цветы-шары горели на нежной листве). На другом конце поля – огромные янтарные ворота с изображенной на ней изящной антилопой. Она стояла боком, повернувшись прекрасной мордочкой к путникам, и одно ее заднее копытце было выставлено чуть дальше остальных.

- Почему символ Венеры – антилопа, отец? – спросил мальчик, глядя в мудрые янтарные глаза зверя. Ворота раскрылись сами собой, и они вошли внутрь парка, ведущего ко входу во дворец.

- Тебе бы не мешало подучить историю будущих владений, - несколько недовольно заметил мужчина. – Все-таки придет время, и эти земли станут твоими. Антилопа – это воплощение невинной красоты, изящества и грациозности, но еще стремительности и справедливости. Янтарь – свет, доброта, истина. Я хочу, чтобы ты налег на учебу, Кунсайт.

- Так точно, сэр, - машинально ответил мальчик.

- Хотя… мне искренне жаль, что тебя обручили именно с венерианской принцессой. Если бы не междоусобицы на Юпитере, ты бы обручился с Ливией как с самой старшей девочкой из наследниц внутренних планет. Но, видимо, не судьба. Увы, погодку Миналин, Рейяну, принцессу Марса, отдали за Джедайта. Не люблю я венереанцев. У них расхлябанные нравы.

- Разве королева Венеры, леди Киприда, тебе не нравится? – робко спросил Кун. Он очень хорошо помнил, как королева прилетала на Землю, чтобы заключить помолвку. И мальчик мог поклясться, что никогда никого не видел красивее.

- Тебе понравилась ее картинная улыбка и вычурность? – едко спросил мужчина, смущая сына. – Запомни, Кунсайт. Красота – это обман. Красота только все усложняет. Никогда не покоряйся ей, не застилай ей разум. Думаю, дочка Киприды, твоя будущая жена, будет, может, столь же привлекательна. Но ты не должен сделаться ее рабом. Ты – мужчина. Мужчины властвуют. Мужчины выше того, чтобы поддаваться какой-то смазливой мордашке.

Парковая аллея закончилась. Наконец, парадные двери. Генерал сухо здоровается, то же проделывает Кун, их провожают внутрь. Ярко-желтые залы поражают мальчика, ему хочется, как и обычному ребенку, с открытым ртом крутиться на месте и осматривать все, но ему не дают этого. Генерал не любит лишних восторгов.

Королева Киприда радушно встречает их, вежливо здоровается с отцом мальчика, ласково приветствует Кунсайта. Ей не нравится слишком прагматичный и черствый родитель, но женская сущность стремится приласкать нелюдимого мальчика. Смуглая кожа, белоснежные волосы до плеч, идеально прямая спина и такие недетские льдинистые глаза… Киприда не видит в нем ребенка. Ни один жест не выдает в маленьком лорде любопытного сорванца, когда как собственная дочь кажется Киприде неугомонной и шумной.

- Миналин сейчас приведут, у нее были занятия, - мягко говорит женщина, улыбаясь лучистой улыбкой, и предлагает гостям без лишних церемоний сесть. Но чувствуется отчужденность: генерал не расслабляется ни на секунду и ведет себя так, словно их дети никогда не обручатся.

- Мама! – в комнату в сопровождении мамушек-нянюшек заходит Миналин и тут же бросается на руки к женщине.

Кажется, что две половинки – маленькая и большая – сливаются в коротком объятии. Длинные золотые волосы королевы, всегда распущенные по традициям Венеры, сливаются с такими же волосами дочурки, и Кунсайту кажется, что у него начинают слепнуть глаза от их блеска. Генерал с неодобрением косится на поведение девочки, но молчит. По выражению лица Кунсайта ничего не понять. Но Киприда чувствует, что подобные вольности кажутся ему дикостью.

- Миналин, веди себя прилично, - мягко, но решительно женщина отстраняет от себя дитя. – Поздоровайся. Это – генерал Земного королевства, - девочка, улыбнувшись, сделала ему книксен, - а это – Кунсайт.

Кунсайт с удивлением и недоумением смотрел на это четырехлетнее существо в алых оборочках, улыбающееся самой плутовской улыбкой. Золотистые волоски лежат по худеньким белым плечам, голубые глаза – блестят, на щеках – ямочки…

- Здравствуй! – чирикнула девочка, исподлобья глядя на него, улыбаясь. Прямо маленький купидончик в красном сарафанчике.

- Кунсайт прилетел к тебе в гости. Ты же будешь себя хорошо вести? – ласково спрашивает Киприда.

- Нет! – весело выкрикнула девочка, заливаясь смехом.

- Ну-ну, оставь баловство, - строго погрозила пальцем ей мать. – Покажешь Куну свои игрушки?

- Извините, - насмешливо встрял генерал. – Это все, конечно, увлекательно, но мы с сыном не задержимся во дворце. Мы нанесли вам визит и, если позволите, откланяемся. Кунсайту необходимы тренировки.

- Но… как же так? – растерялась Киприда. В ее голубых глазах появилось что-то хмурое. – Король Арторикс сказал…

- Что свои каникулы Кунсайт проведет на Венере, - закончил за нее генерал. – Так оно и будет. Но ему некогда прохлаждаться здесь и играть в игры. Он – будущий воин. А шута для своей дочки вы поищите где-то в другом месте.

Кунсайт лишь отдаленно понимал, о чем говорят взрослые. Главное, что он слышал насмешливо-сердитую интонацию отца, и это было главным признаком чего-то неладного. Малышка принцесса во все голубые глазищи смотрела на взрослых, засунув палец в рот.

- Я вас не понимаю, - голос Киприды стал холодным-холодным и чужим. – Вы стремитесь оскорбить меня и мою дочь, генерал?

- Дядя сердится? – вдруг громко поинтересовалась Миналин, привлекая внимание взрослых. – Почему дядя сердится? – звонкий детский вопрос как будто отрезвил собравшихся, и Киприда, улыбнувшись, чмокнула девочку в щечку:

- Что ты, золотко, совсем нет.

И Кунсайта оставили во дворце…

Его интересовало абсолютно все, особенно местные конюшни и кузницы, располагавшиеся дальше королевского сада. Мальчику, самостоятельному от природы, было разрешено бывать везде, где угодно. Каждое утро он завтракал вместе с Кипридой и маленькой Миналин, а дальше развлекал себя сам, не желая обзаводиться няньками и провожатыми. Правда, с каждым днем привыкавшая к нему принцесса все больше и больше пыталась навязаться к интересному мальчику. Она то посматривала на него, то как бы невзначай дотрагивалась, а то садилась рядом и что-то показывала в книжке. Королева смеялась, говоря, что Мина учится заигрывать, а Кун неожиданно краснел, не смея оттолкнуть ребенка. Правда, иногда маленькая принцесса капризничала и кричала, и Кун терял к ней всякое благодушие, стараясь как можно быстрее улизнуть от нее.

- Вот смотри, - погрозила ей пальцем Киприда, - Кунсайт совсем не любит таких капризных девчонок. Разве можно так кричать? Вот Кун уйдет, кого очаровывать будешь?

И принцесса почти всегда утихала, размазывая по щекам слезы. Кун не понимал, чем так заинтересовал девочку, но она часто к нему льнула, могла просто зайти к нему в комнату и стоять зачем-то, не проронив ни слова. И хотя мальчику было с ней неинтересно (уж слишком велика разница в возрасте), обидеть ее он был не в силах.

- Это – твоя будущая жена, - строго говорил ему иногда отец. – Понятно? Привыкай именно к этому. Не верю, что ее воспитают должным образом, чтобы и она это понимала, так что ответственности на тебе больше. Это – решенное дело.

Кун не мог понять, как он когда-то женится на этой маленькой капризе, но вдолбленные слова всегда звучали в его голове, призывая чувство долга и ответственности. Наверное, поэтому всегда твердый мальчик был чуть мягче к ней?..

Когда настал день отбытия, Кунсайт ощущал и радость, и разочарование. Воспитанный в нем патриотизм требовал возвращения на Родину, продолжения занятий, а мальчишеское любопытство, которое, конечно, было в нем, желало хоть чуть-чуть остаться на неизвестной Венере.

Киприда и Миналин провожали его с отцом, и королева, вдруг легонько подтолкнув дочь в плечо, сказала:

- Ну же, не стесняйся. Не ты ли вчера показывала Кунсайту что-то в книжке?

Девочка смущенно глянула на мать, а потом неловко подошла к мальчику. Отчаянно покраснев, принцесса подала ему тоненькую золотую цепочку с королевским плетением:

- Вот, - проговорила она и бойко добавила: - Возврасяйся!

Этот момент остался в памяти Кунсайта на всю жизнь. Как и тоненькая цепочка из рук малютки-принцессы…
 
сообщение 28.03.2016, 18:27
Сообщение #4
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Глава 2. Новогоднее чудо


- Я сейчас выдеру твой длиннющий хвост! - что есть силы завопил Нефрит и кинулся за удирающим Зойсайтом, который запустил в тонкую звездную мозаику сгусток огня; хрупкий изящный узор, сотканный из тысячи звездных пылинок, обуглился и померк, рассыпавшись кучкой пепла. - Я делал его неделю! - мальчик еле сдерживался, чтобы не расплакаться от обиды, а плутишка Зой окружил себя Пламенным Кольцом и был таков. - Кун, скажи ему что-нибудь!..

- Влюбился, влюбился! - дразнил Зой и корчил рожи расстроенному Нефу. - Влюбился в глупую девчонку с картины!

Нефрит, отчаянно краснея, жалко собрал пепел в кулак. Он ни за что бы не признался, что та зеленоглазая девочка с портрета, присланного с Юпитера, очень понравилась восьмилетнему лорду. На большом полотне смеялась кудрявая маленькая леди в синем платье с пышными оборками, почти как у его мамы. А так как Нефрит считал, что его мама - самая красивая на свете, то и девочка ему очень понравилась. Не может же некрасивая девочка носить платья, похожие на мамины! Ливия, так ее звали, прилетала на Землю на зимние каникулы, и мальчик захотел сделать ей подарок. Он собрал много-много звездных пылинок и стал выкладывать из них узор на тонкой слюдяной пластинке. Он работал старательно и кропотливо, и вот теперь Зой, противный задавака, все уничтожил. Юный лорд Звезд расстроено отвернулся.

- Зойсайт, что это за выходки? - самый старший мальчик лет десяти, беловолосый Кунсайт, лорд Льда, спокойно поднялся со своего кресла, но ой как не понравилось Зойсайту выражение лица старшего товарища; часто безалаберный и неуправляемый Зой не мог перечить только Куну, которого считал своим наставником, поэтому сейчас виновато потупился и снял защиту. - Ты ведешь себя не как лорд и тем более не как будущий генерал Земли, товарищ Эндимиона. Кто позволил уничтожить тебе чужой труд? Мне стыдно за тебя.

Зойсайту так стало обидно, что впору бежать прочь из каминной, забиться и никуда не выходить. "Вот, помучаетесь вы у меня", - мстительно думал Зой, представляя, как его разыскивает весь дворец и никак не может разыскать.

- Не расстраивайся, Неф, - сказал Джедайт, отрывая взгляд от книги; он всегда читал и редко разговаривал, Зойсайт считал его занудой, но приставать боялся - лорду Иллюзий уже исполнилось девять, куда семилетнему Зойю до него? - Твой узор был таким красивым, что я запомнил его до мельчайший деталей, - секунда - и в воздухе появилась утерянная мозаика. - Ты можешь сделать такую же. Если хочешь, я помогу тебе собрать звездной пыли.

Решительно улыбнувшись, Нефрит уничтожил пепел и принялся раздумывать, какую рамку он сделает для узора. На Зойсайта резко перестали обращать внимание, и мальчик поскучнел. Он совсем не любил, когда его игнорируют, а лорды стали заниматься своими делами: Джед снова уткнулся в книгу, Нефрит вдохновенно рисовал эскиз, Кунсайт чистил свой двуручный меч.

Насупившийся лорд Огня незаметно выскользнул за дверь. Никому нет до него дела, все думают, что он просто пакостит, а ведь ему просто обидно. Кругом зима, все готовятся к Новому году, приезду маленьких принцесс ко двору. И все чем-то заняты. Кунсайт помогает делать ледяные статуи в королевском парке, это у него здорово получается, Зой сам видел. Все фигуры отточенные, гладкие, а как ослепительно блестят на Солнце! Вот это – настоящее мастерство. Джед создает такие правдоподобные зимние иллюзии, что у зрителей дух захватывает: его магические картинки умеют не только отображать то, чего нет, но и шевелиться. Даже Нефрит нашел себе применение, делал какие-то рисунки для девчонки. А что он, Зой? А ничего! Что может огонь среди зимы? Его руки, наделенные магией, такие горячие, что снег и лед мгновенно плавятся, и он ничем не может помочь, а только путается под ногами. Даже мама, слишком взволнованная приездом принцессы Миливии, совсем его забросила.

«Вот и взяла бы ее своей дочкой, а меня отправила бы куда-нибудь, в другую Галактику», - мальчик сел на большой дворцовый подоконник и стал смотреть в сад тоскливым взглядом, думая, что бы он делал в одиночестве. И вообще – сколько проблем от этих маленьких вертихвосток! Девочки – это такая скукотища, к тому же, все девчонки – отменные ябеды. И теперь их придется терпеть, из-за них Зойсайт остался один. И эта Миливия, наверное, тоже противная.

Зойсайт еще не видел своей нареченной, он даже не особенно осознавал, что это вообще значит – нареченная, но уже понимал, сколько напастей ему от нее будет. Вот Кунсайт уже видел Миналин, принцессу Венеры. Он сказал, что принцесса – маленькая девчонка, все время лившая слезы и не выговаривающая букву «ш». Зой и сам еще не очень справлялся с некоторыми словами, но заведомо считал, что Миливия – почти что Миналин, а может, даже хуже. Так что от этих принцесс одни неприятности.

А мальчику так хотелось зимнего чуда, так хотелось сделать что-нибудь полезное, нужное, новогоднее… Но нет, зима совсем не любит огня. Приходилось сидеть в одиночестве или злить других (тогда, быть может, и ему перепадет чуть-чуть внимания).

- Зой, слезь с подоконника, - вдруг в коридоре показалась мать Зойсайта, высокая рыжеволосая женщина в черном платье; она подошла к сыну. – Принцесса Миливия прибыла, а мы не можем тебя найти. Отец уже извелся. Иди, познакомься хотя бы, - женщина по-матерински внимательно оглядела сына.

Зойсайт без всякой охоты поправил китель, еще несколько нелепо сидящий на худеньких плечиках, и потуже затянул ленту на волосах. Он с тоской глянул за окно, в которое стучались пушистые хлопья снежинок и, выпрямившись, последовал за матерью…

1. Девочка с Меркурия

- А где принцесса Миливия? - спросила мать Зойсайта у мужа, когда вошла в большую парадную комнату, залитую бледным зимним светом.

- Она в библиотеке, - улыбнулся мужчина в густую бороду. - Эта девочка очень начитанная, умная. Надеюсь, Зой, ты с ней подружишься? - он потрепал мальчика по плечу, на что Зойсайт вяло кивнул; родители заговорщически переглянулись, надеясь, что эти двое найдут общий язык, привыкнут друг к другу, и проблем со свадьбой не будет.

Зойсайт искренне не понимал, зачем ему встречаться с этой принцессой, раньше ведь жил без нее, даже очень неплохо жил. А теперь? Родители только о ней и зудят, зачем-то хотят, чтобы он с ней подружился. Да и какой ему интерес? Лучше бы посмотреть, как Кунсайт совершенствуется в борьбе на мечах, или сходить в конюшню с Нефом. Мальчик уже и позабыл, что поссорился с другом, так ему не хотелось торчать с этой Миливией. Он поднялся в главную дворцовую библиотеку в полном одиночестве, тихо скользнул вдоль стеллажей...

На большом кресле сидела девочка в легком розовом платье. Она была такой миниатюрной, что спокойно помещалась в нем с ногами, зато в руках у нее был огромный толстый фолиант, весивший, наверное, больше нее самой. Девочка внимательно уткнулась в книгу, совсем не замечая, что теперь не одна, но мгновенно вскинула темную головку, когда услышала, как Зой бесцеремонно уселся на стол и принялся качать ногами. От неожиданности и смущения Миливия даже не вскочила и не сделала книксен, как учила ее мать, а только мгновенно залилась краской.

- Что читаешь? - без всякого интереса спросил Зой, лишь бы что-то сказать. - Сказки?

- Нет, - качнула головкой девочка, оглядывая фолиант. - Я давно не читаю книг с картинками, - краска стала сходить с ее лица.

Зойсайта это очень удивило: лично он не терпел книг, в которых не было ярких иллюстраций и историй про пиратов.

- А зачем же тогда читать? - девочка все больше и больше стала напоминать ему Джедайта с его странными учебниками.

- Как это? - на секунду она улыбнулась. - Книги - это же так интересно! Через них можно узнать и увидеть то, чего нет, не было и никогда не будет. Или, наоборот, что случилось много-много лет назад, - Зойсат чувствовал, что ему становится смертельно скучно. Голос девочки все больше и больше напоминал ему лекцию его учителя, мистера Катоши, а лекции Зой не любил. Он снова уставился в библиотечное окно, возвращаясь к мысли о новогоднем чуде. Что же он может сделать?.. Наряжать елку совсем неинтересно: тебя постоянно кто-то толкает, не замечая. Нет, нужно совершить что-то волшебное, что-то запоминающееся...

- А какой магией ты обладаешь? - вдруг спросил он, прерывая вдохновенную речь принцессы.

Миливия с недоумением посмотрела на Зойя:

- Воды, - и тут же смутилась. - Но я еще не очень хорошо с ней управляюсь. А ты?

- Огня, - на ладони Зойя заиграл маленький костерок, и девочка ахнула от неожиданности. - Только вот пользы от него нет, - мальчик разочарованно махнул рукой, и огонек погас.

- Как - нет? - изумилась Миливия. - Огонь - это же так красиво! - Зой непонимающе глянул на принцессу. - У меня во дворце есть комната, в ней никогда не затухает камин, я очень люблю там сидеть вечерами. Такой уют... - она задумчиво вздохнула. - На Меркурии очень холодно зимой, а зима ведь длится одиннадцать месяцев, там такие морозы, что даже Солнце не помогает. И нет ничего лучше, чем посидеть у огня и погреться. Как бы я хотела, чтобы мы могли с тобой поменяться! Вода - холодная, она быстро мерзнет, и совсем не такая красивая. У нас все любят огонь, это символ жизни у нашей планеты.

- Ты правда так думаешь? - недоверчиво спросил Зой, внимательно глядя на маленькую принцессу. - Но ведь вода намного лучше... Ты можешь сделать красивые фигуры во дворе, прямо как Кун, или придумать что-нибудь еще.

- Из огня тоже можно сделать что-нибудь интересное, если знать, как.

- Даже на Новогодний праздник? - воодушевился Зойсайт, невольно вскакивая со стола на пол.

- Конечно, - рассмеялась Миливия. - Уверена, в какой-нибудь книге обязательно есть что-то об этом.

- Тогда давай найдем эту самую книгу, - Зой потянул девочку за руку с кресла, и она быстро натянула маленькие туфельки.

- Ищи что-нибудь про огонь, - с деловым видом знатока сказала Миливия, и они двинулись вдоль стеллажей.

Миливия принесла целую стопку, и они начали ее разбирать. "Когда человек овладел огнем?" - гласило название, но Зой решил, что это не то. "Огонь в греческой мифологии", "Огнедышащие драконы", "Процесс горения"... Все было мимо. Книг было много, но нужная никак не находилась.

- Ищи про магию огня, - посоветовала принцесса и вытянула из стопы темно-красную потрепанную книжку. - Смотри! - Зой глянул на тусклую надпись "Огненное волшебство. Вечный феникс". - Думаю, тут может быть что-то полезное.

Мальчик и девочка уткнулись в книгу, когда вернулись к большому креслу. Они внимательно просматривали страницы, время от времени что-то показывая друг другу, пока не хлопнули весело в ладоши, разыскав то, что нужно.

- "Птица двух Стихий", - торжественно прочитала Миливия. - "Удивительное магическое создание, гармония Воды и Огня, меняет свое состояние в зависимости от температуры. В холодную пору Птица двух Стихий представляет собой Феникса, сидящего на замерзшей чаше, в теплую - Водного Призрака, парящего над огнем. Птица двух Стихий - незаменимый путник в дороге, способный согреть в морозы и напоить в засуху".

- Как ее создать?! - обрадовался Зойсайт, представляя, какое впечатление произведет чудесная Птица... А что скажет Кун? А родители? А другие лорды?

- Тут очень сложная магическая формула, - расстроенно протянула маленькая принцесса.

- Ну ты же самая умная, придумай же что-нибудь! - убежденно сказал Зой, и Миливия густо покраснела.

- Я попробую, - пожала она плечиками, внутренне сомневаясь в своих способностях.

Все утро до самого обеда лорд и принцесса пытались создать птицу, хотя бы ее подобие, но ничего не выходило. Они чуть не залили библиотеку и не спалили пару редчайших томов Полной Энциклопедии Земли, так что из дворца пришлось удалиться. Но и в саду дела не продвинулись: ребята только замерзли, а Миливия даже начала чихать. Зойсайт уже совсем потерял надежду, смирившись с тем, что придется просидеть на подоконнике весь сегодняшний вечер. Он плохо пообедал, прослонялся без всякого дела до шести часов, потом мать увела его на ужин, но он быстро выскользнул из парадной залы, возвращаясь к своему подоконнику. Ему было очень тоскливо. На какое-то мгновение он поверил, что чудеса существуют, настоящие, взаправдашние, но все оказалось не так...

- Извини, что не смогла тебе помочь, - грустно улыбнувшись, рядом с лордом уселась Миливия, тут же подобрав под себя ноги.

- Ничего, это не важно, - с напускным равнодушием ответил мальчик, не отрывая взгляда от сада за окном.

Миливия промолчала. Она смотрела на белое полотно снега, черную занавесь неба и думала, что же все-таки ей сделать. Этот мальчик назвал ее самой умной. Ей часто так говорили, восхищаясь ее памятью, какими-то познаниями, но никто еще не говорил это с такой надеждой и убеждением, такой верой, поэтому ей очень хотелось хоть что-то сделать для Зойя. Хоть что-нибудь...

- Зой, - девочка схватила его за руку и тут же улыбнулась. - Пойдем, я тебе кое-что покажу.

Мальчик с недоумением посмотрел на подружку, но покорно слез с подоконника и побежал за ней. Миливия привела его в свои покои, достала из секретного шкафчика маленькую шкатулочку, в которой хранила всякие ценности: искусственную жемчужину из игрушечного ожерелья, пару перламутровых пуговиц, кольцо из бисера и, наконец, маленького фарфорового птенчика. Она протянула любимого птенчика лорду, ожидая его реакции:

- Мне его подарили на сельской ярмарке, когда я была там с дядей, но, если хочешь, я отдам его тебе.

Конечно, птенчик был очень симпатичный, с желтенькими крылышками и позолоченным клювиком, однако это было не то, чего желал Зой. Но ему совсем не хотелось обижать Миливию, он понимал, что девочка думала его подбодрить, поэтому благодарно убрал птичку в нагрудный кармашек кителя.

- Теперь ты не будешь грустить? - спросила Миливия, кротко улыбаясь.

Зойсайт отрицательно качнул головой и тоже улыбнулся.

***

- Зой, о чем ты задумался? - Джед, отложив книгу, внимательно посмотрел на младшего товарища; в последнее время Зойсайт, который и минуты не мог усидеть спокойно, вдруг стал тих.

Кун тоже повернулся к Зойсайту. Лорд Огня ничего не ответил. Он подошел к Нефриту и предложил:

- Хочешь, я помогу тебе сделать твой узор?

Лорд Звезд, не помня зла, пододвинул к нему горстку блестящей пыли. А на слюдяной пластинке появилась маленькая птичка...

2. Девочка с Венеры

Маленькая бойкая девочка стремительным ураганом вбежала в огромную светлую залу, тут же заполняя своим светом все пространство вокруг. Все, кто стоял в комнате, невольно смотрели на ее яркое желтое платьице, окруженное пеной белых кружев, открытое румяное лицо и лучистые голубые глаза. Кажется, Миналин притягивала к себе внимание, даже Кунсайт, демонстративно смотрящий в окно, повернулся к ней и задержал взгляд.

- Миналин, разве можно так себя вести? - вслед за дочерью появилась и ее мать, королева Венеры, женщина, которой не было равной во всей Вселенной; она спокойно улыбнулась, сжимая ладошку своей девочки: - Простите Миналин маленькую шалость, я слишком привыкла ей потакать во всем.

Но никто не увидел в поступке девочки что-то плохое, недостойное ее королевскому воспитанию, наоборот, непосредственность маленькой Миналин подкупала всех. Юная принцесса уже привыкла, что одна только ее улыбка может растопить лед любого сердца, так что нередко позволяла себе проказничать на правах всеобщей любимицы. Быть может, будь на ее месте кто-то другой, отношение было бы совсем иным.

- Рады приветствовать вас на Земле, - отец Кунсайта, строгий высокий мужчина в генеральской форме, подошел к королеве Венеры и наклонился над ее ладонью. - Вы нечастые гости в наших краях.

- Дела, - спокойно улыбнулась королева. - Да и Миналин плохо переносит переменчивый климат Земли. Но уж эти каникулы мы проведем здесь, не сомневайтесь. Пора нашим детям познакомиться должным образом.

Кун, словно выждав свой момент, подошел к отцу и тоже поклонился королеве. Она не была уверена в выборе Селены: Кунсайт казался ей замкнутым и непредсказуемым мальчиком, от которого можно ожидать любого, ведь за вежливостью и спокойствием могут таиться самые страшные качества и нравы. Но она не перечила этому выбору, надеясь на мудрость лунной правительницы. Тем более, она могла и ошибаться: в лорде Льда чувствовалась прирожденная сила и стойкость, руки десятилетнего мальчика были натружены и испещрены мелкими царапинами, а в волевом подбородке было столько мужественности, сколько иногда не встретишь и у взрослого мужчины.

- Здравствуй, Кунсайт, - мягко улыбнулась женщина.

- Здравствуйте, - мальчик тоже улыбнулся, но как-то скупо и будто неохотно, хоть и вежливо.

- Вот, привезла тебе маленькую гостью. Надеюсь, тебе не будет сложно побыть для Миналин кавалером? - в ее глазах заплясали смешинки.

Кунсайт ничего не ответил, а только перевел взгляд на девочку, прижавшуюся к матери. Он протянул ей ладонь и замер, ожидая, когда принцесса даст свою ручку. Секунда - и цепкие теплые пальчики сжали холодные жесткие пальцы...

***

Они шли по парковой дорожке, расчищенной от предновогоднего пушистого снега. Кунсайт был чуть впереди, время от времени говоря принцессе про какие-либо достопримечательности земного дворца. Он спокойно выполнял свое поручение: гулял с Миналин, показывал ей окрестности, но был сдержан и сух так, что девочке становилось непроходимо скучно. Кунсай казался ей очень взрослым. Разве так она представляла себе это путешествие? Нет, конечно! Ей нужно было играть целый день, раскладывать под кроватью мандарины и орехи, припасенные на ночь, бегать наперегонки в саду и украшать пушистую ель, которую девочка полюбила без оглядки. На ее родной планете не было таких деревьев, в основном нежные травы, но иголочки, свежо пахнущие хвоей и лесом, очень понравились Миналин, оставшись ярким пятном в памяти.

- Кун, - попросила девочка, цепляясь за ладонь мальчика. - Пойдем украшать елку? Я уже совсем замерзла.

Мальчик спокойно пожал плечами и повернул в сторону дворца. На самом деле он просто не знал, как себя с ней вести, поэтому был так рассеян и задумчив. Когда-то эта капризная девчонка напрочь испортила ему выходные своими глупостями, слезами и шумом, и совсем неизвестно, как она будет вести себя сейчас. Они пришли во дворец, переоделись, и Кунсайт отвел принцессу в главный зал, где установили главную ель. Украшение шло полным ходом, чему Миналин несказанно обрадовалась и тут же ринулась помогать. Служанки и слуги, умиленные непосредственностью девочки, с удовольствием помогали ей, а Кун, не любивший суеты и всей этой мишуры, спокойно наблюдал за ней издалека.

- Кун! Пойдем со мной, ну что же ты! - девочка нетерпеливо потянула Кунсайта к елке, где оставила маленький ящичек с игрушками. - Давай наряжать ее вместе! Разве тебе не нравится?

Мальчик без всякой охоты надевал разноцветные шарики и фигурки на пушистые хвойные ветки, искренне недоумевая, чему так радуется его маленькая подопечная. Что тут необычного?

- Я еще никогда не украшала елку! - поделилась с ним Миналин, весело улыбаясь, радуясь каждой блестке на нарядной игрушке, каждой ниточке серпантина. - Это так здорово, правда?

- Не знаю, - признался Кунсайт. - Я тоже никогда не украшал елки.

- Почему? - удивилась Миналин, откладывая ангела с золотистыми крылышками. Она никак не могла понять этого. Да если бы на ее родной Венере были елки, она бы их наряжала даже не на Новый год, а просто так, под настроение.

- В прошлый год мы с отцом уезжали на тренировки на север, как раз под Рождество... И в позапрошлый, кажется...

- А сейчас тебе не нравится?.. - расстроилась Миналин.

- Не знаю, - снова ответил Кун, неловко вертя в руках такую хрупкую игрушку. Он давно не держал игрушек. Никаких. У него было все настоящим: и меч, и бумеранг, и жеребец... Наверное, ему слишком не хватало этих самых игрушек в жизни, поэтому сейчас он неловко чувствовал себя. Не привык. Вот оружие - другое дело, совсем другое. Его руки натружены и не боятся ничего. А игрушки... игрушки не для него. Для таких, как Миналин.

- Ну так тебе обязательно понравится! - уверенно заявила Миналин, вручая ангелочка Кунсайту. - Повесь его, как тебе хочется. Вот если на ту веточку, то ангелок будет смотреть прямо на трон. А вот там, - она ткнула пальчиком чуть выше, - на нас.

Чуть поразмыслив, Кун повесил игрушку прямо перед ними.

Мальчик и сам не заметил, как поддался настроению неугомонной подружки и, позабыв про привычное спокойствие, весело носился вместе с ней по зале, путаясь под ногами, разбрасывая дождик и серпантин. Он натаскал полные карманы конфет и орешков, половину отдал принцессе, другую надежно спрятал в желудок, забыв про ужин. Может, толку от них было чуть, зато когда красавица-ель предстала перед ребятами во всей своей красе, они были так горды, что помогали наряжать ее!

- Какая красивая! - восхищенно прошептала Миналин, громко хлопая в ладоши от удовольствия.

Кунсайт согласно кивнул. Сегодня в его жизнь снова вернулись игрушки...

***

Королева Венеры уже давно не сводила глаз от фигурок двух худеньких ребят: высокого мальчика в белом кителе и маленькой девочки в солнечном платье. Они стояли напротив елки и весело переговаривались, не обращая внимания ни на кого. Королева улыбалась. Неизвестно, что станет с ними через год или пять, но сейчас в ней была вера: эти двое созданы друг для друга. Потому что способны пробуждать друг в друге чудо и добро... А на это способен не каждый человек...

3. Девочка с Марса

В маленькой гостиной яростно горел камин, его огонь отбрасывал живые всполохи на стены и мебель и так уютно трещал, разливая негу и какую-то мягкую тяжесть на веки, от которой хотелось прикрыть глаза. Рейяна безотрывно смотрела на пламя, сидя прямо у огня, сложив тоненькие ручки на коленках. Джед уже давно наблюдал за ней, отложив книгу в сторону. Ее худенькая фигурка словно высвечивалась на фоне ало-рыжих бликов, длинные волосы цвета горького шоколада свободно ниспадали на пол, скрывая угловатые плечики и узкую спину. О чем она думала, эта маленькая девочка? Джед никак не мог понять.

- О чем ты думаешь? - решился спросить лорд Иллюзий, садясь рядом с ней. Мальчик подкинул пару поленьев, и огонек затрещал веселее.

- Слушаю, - ответила Рейя, чуть повернувшись в его сторону; на нежной щечке заиграл румянец пламени.

- Что же? - мальчик не высказал своего удивления, стараясь остаться как всегда спокойным и непроницаемым. Он давно слышал, что принцесса Марса какая-то странная, так говорили все, кто с ней виделся. И Джед боялся встречи с ней. Почему? Может, потому, что эта маленькая девочка умела делать важные предсказания, способные изменить судьбу? И не раз уже в свои семь лет предупреждала лунную владычицу об опасности? Он не знал, но безотчетно поддавался всеобщему суеверию и сейчас терялся в компании будущей невесты.

- Сказки, - спокойно ответила Рейяна. - Огонь любит рассказывать мне сказки, и я не слышала ничего прекраснее их. Разве ты не слышишь?

Увы, Джедайт не слышал ничего, кроме звонкого потрескивания поленьев, и отрицательно качнул головой.

- Не слышишь, - девочка улыбнулась чуть грустно. - Никто не слышит. И все боятся. Ты тоже страшишься меня, так? - Джед чуть не дернулся от ее проницательного, но теплого взгляда. - Боишься, я вижу. Ты можешь идти, я никому не скажу, что ты оставил меня. Я могу посидеть и одна, мне не сложно. Ну же, иди, - девочка как будто хотела подтолкнуть его, но не решилась и тут же отдернула руку, и в этом жесте было что-то, что намертво приклеило Джедайта к полу.

Девочка отвернулась к огню, невольно сжав губы. Она не была удивлена такому поведению. Ее никогда не будут принимать, как обычного человека, и маленькое сердечко смирилось. Да, Рейяна иногда плакала по ночам от одиночества, она еще не осознавала, но чувствовала, что чужая всем и все ее боятся. За то, что она другая. За то, что знает больше других. Вот и этот мальчик ее боялся, ей не хотелось видеть его страха, пусть лучше идет и оставит ее с Огнем. Огонь ее любит и никогда не обижает, Он ластится к ней, словно домашний зверь. Он не такой, как эти люди вокруг. Он не такой жестокий.

- Ну что же ты сидишь? - без удивления спросила Рейя, снова поворачиваясь к Джеду, и тому показалось, что в ее темных глазах стоят слезы. - Я никому не скажу, обещаю.

- А ты можешь... рассказать мне сказку? - неуверенно спросил мальчик, прямо глядя на принцессу. - Сказку, которую тебе шепчет Огонь?

- Зачем? - девочка пожала плечиками, удивляясь его странной просьбе: люди боятся того, что говорит Пламя.

- Я так хочу, - просто ответил лорд Иллюзий и свернулся калачиком на полу, кладя голову на колени к девочке. Он прикрыл глаза и глубоко вздохнул, подкладывая под щеку ладонь.

Он всегда так делал, когда мама укладывала его спать. Она рассказывала ему удивительные истории, а потом целовала на ночь, и Джед никогда не видел дурных снов. А потом она умерла... Так сказал король Земли, сжимая ладонь вмиг осиротевшего мальчика, еще не осознающего своего горя и одиночества. И с тех пор никто не рассказывал Джеду сказок, никто не отгонял кошмары.

Рейяна с неуверенностью положила ладошку на голову мальчика и потрепала мягкие, чуть вьющиеся пряди.

- Что же тебе рассказать? - спросила она будто сама себя. - Ты когда-нибудь видел венерины башмачки? Это такой маленький желтенький цветочек с фиолетовыми или алыми разводами. А знаешь, откуда появились эти крапинки на чистейшем золоте? - она не ждала ответа, говорила спокойно и ласково, и Джед невольно расслаблялся от ее голоса и жаркой руки на своем лбу. - Я расскажу тебе сказку о том, откуда они появились.*

Я не знаю, когда это было. Одна нищенка родила в лесу и, утомленная тяжелыми родами, умерла. В ту пору мимо той поляны, где на свет появилась маленькая девочка, шла старуха, вдова сапожника, она нашла младенца и принесла к себе в ветхую развалюшку, в которой жила со своими домашними животными.

- Вот, - сказала она своим животным. - Эту девочку я нашла в лесу, она будет жить с нами, а назовем мы ее Эсперанс, что переводится как "надежда".

Старуха выкормила девочку, вырастила ее в своем доме, научила ее доить козу и понимать язык зверей. Эсперанс жила с ней долгие годы, как однажды старуха сказала:

- Прощай, мне пора идти. Я оставляю тебе волшебные башмачки моего мужа, - в руках старухи появились золотые башмачки. - Жди своего счастья, как увидишь его, обувай башмачки и что есть силы беги: счастье твое ты догонишь несмотря ни на что. А если за горем пойдешь, то век тебе за ним ходить-не выходить.

- Какие прекрасные башмачки! - воскликнула Эсперанс. - Где ты взяла их, бабушка? - но старушки уже не было, словно она растворилась в воздухе.

Тогда Эсперанс обула волшебные башмачки, которые ей были чуть-чуть малы, и села у окна, выходившего на лесную дорогу. Вот проехал мужчина. Маленький-маленький, толстенький-толстенький. Увидев его, Эсперанс подумала: "Наверняка он каждый день ест жирный наваристый суп! Что если пойти за ним?" Но, глядя на этого упитанного, довольного человека, девушка решила, что не смогла бы есть вместе с ним этот суп и жить в тупом спокойствии и довольстве. Тогда она стала ждать дальше.

Вот вышагивает бравый солдат. Довольный, аж светится, идет он на побывку в родную деревеньку. Шаг его четкий, отлаженный, а с каждым шагом махает он лихой саблей. Раз! - и головка ромашки отлетела. Два! - и подломился молодой дубок. Три! - и домашняя лягушка Эсперанс, прятавшаяся в траве, упала наземь, не шевелясь. "Нет, - жалостливо подумала Эсперанс, подбирая лягушку. - Это не мое счастье". Села девушка у окна и стала ждать дальше.

Вдруг послышался громкий конский топот и веселая песня. Эсперанс заслушалась: крепкий молодой голос пел так, что замирал ветер в лесу, затихали птицы, и медленнее плыли на небе облака.

- Здравствуй, сестричка! - на дорогу выскочил молодой всадник, приветливо улыбающийся Эсперанс. - Что ты тут делаешь в лесу совсем одна?

- Живу, - робко ответила Эсперанс, глядя на открытое, доброе лицо молодого человека.

- И не страшно тебе тут одной, сестричка? У меня большая радость, меня ждут на празднике. Знай, если устанешь жить здесь в одиночестве, отыщи мой дом, он самый большой в округе. Там ты найдешь и кров, и пищу. Ну, прощай, сестричка! - и снова улыбнувшись, всадник поскакал дальше.

"Какая прекрасная улыбка! - восхищенно подумала Эсперанс, глядя ему вслед. - Нет ее ничего на свете лучше! Я буду жить ради нее, ради этой улыбки!.." - и девушка пустилась в путь, позабыв обо всем.

Легкие башмачки стрелой пустились за всадником, который то пропадал, то появлялся вновь из густой чащи. Эсперанс не знала, красива ли она (да если б была красива, то молодой всадник непременно остался бы с ней), но верила: если даже не сможет стать его невестой, она сделает все, чтобы он был счастлив. Она будет его служанкой, лишь бы видеть эту улыбку. Она найдет его непременно...

Девушка увидела, как молодой человек скрылся в трактире, и вспомнила, что всадника ждут на большом празднике. "Как же я покажусь его друзьям в такой ободранной одежде?" Она села под окном трактира и заснула, прикрывшись волосами, как покрывалом. Ей было холодно, и натертые тесными башмачками ноги болели нещадно, но девушка терпела все, лишь бы увидеть улыбку всадника вновь. Утром она пустила в путь и, наконец, достигла большой усадьбы.

Всадник подошел к красивой темноволосой девушке, нежно взял ее руку. Девушка потянулась за цветком настурции, висевшем на стене, шаловливый ветерок выбил упрямый локон из-за ушка, и молодой человек коснулся легким поцелуем ее волос. Сердце Эсперанс забилось быстрее и тревожнее. Вот она, та самая улыбка. Только эта улыбка не для кого, кроме этой девушки, сиять не будет.

- Здравствуй, сестричка! - наконец, всадник заметил недавнюю знакомую. - Проходи, милая, не бойся. Сегодня моя свадьба. Помоги моим людям подготовить все для торжества, а вечером ты вместе с нами отведаешь праздничного пирога, - улыбнувшись, всадник зашел в дом с красивой невестой.

- Здравствуй, девушка, - во двор вышла кухарка. - Помоги-ка на кухне, будь добра.

- Извините, - устало вздохнула Эсперанс, садясь прямо на траву. - Я пришла издалека, дайте мне немного передохнуть.

- Ну что ж, - вздохнула кухарка. - Отдохни, я приду позже, - и ушла.

Девушка сняла с натертых до крови ног золотые башмачки и, свернувшись калачиком на траве, уснула...

Рейяна замолчала, заглядевшись на огонь, и Джед приподнял отяжелевшую голову:

- И что же было дальше? - тихо спросил он, боясь спугнуть волшебную тишину.

- Ничего, - просто ответила Рейя. - Эсперанс пропала, все слуги и жених с невестой до ночи искали и не нашли. А на том месте, где она спала, распустился маленький золотистый цветок с крапинками крови на лепесточках.

- Красивая история, - улыбнулся Джед, не открывая глаз. - Но очень грустная. Неужели Огонь рассказывает только печальные истории?

- Нет, - девочка тихо рассмеялась. - Так думают только суеверные люди, никогда не общавшиеся с Пламенем. Огонь бывает разным: злым и добрым, нежным и жестоким. Огонь знает много хороших историй, только слышат их не все.

- А ты слышишь?

- Слышу. Он добрее людей, Он меня любит и всегда хочет порадовать чем-то приятным. Он не боится меня. А ты? - девочка внимательно посмотрела на лорда. - Ты меня боишься?

Боялся ли Джед? Наверное, нет, не боялся. Руки у Рейи были ласковыми и теплыми, как и ее голос, и взгляд... он был печальным и даже мудрым - слишком мудрым для семилетней девочки, - но не злым. И почему ее боятся?

- Нет, я не боюсь, - ответил Джедайт и сонно вздохнул.

- Ты хочешь спать, - улыбнулась девочка. - Иди в свои покои.

- А ты?

- Я тоже сейчас пойду.

- Тогда давай встретимся здесь завтра утром, и ты расскажешь мне хорошую сказку, - мальчик поднялся на ноги, с трудом разлепляя веки. - Мне уже давно никто не рассказывает сказок.

***

- А это что? - Рейяна с любопытством покосилась на круглый шарик, обсыпанный кокосовой стружкой.

- Попробуй, - Джед с любопытством наблюдал, как девочка пробует неведомые ей сладости. Рейяна аккуратно надкусила лакомство и восторженно рассмеялась:

- Вкусно!

- А вот это? - Джед подал ей помадку, обсыпанную орешками.

- Сладкая очень, - оценила Рейяна.

- Моя любимая, - Джедайт тоже взял помадку и запихал целиком в рот.

- Вот так манеры! - рассмеялась девочка. - Поистине королевское воспитание во всей красе!

- Ну вкусно же! Как еще можно есть такую вкуснятину? Ножичком и вилочкой? - состроив рожицу, Джед сделал вид, что заправляет за горло кителя невидимую салфетку и достает столовые приборы. - Тем более, ты же никому не расскажешь!

- Не расскажу, - девочка с хитрым видом потянулась к конфетке в нарядной обертке. - Кто поверит, что лорд Иллюзий такой обжора, кривляка и неряха! Спасибо, про меня и так невесть что говорят.

- Ну и глупые, - насупился мальчик. - Забудь, что говорят! Пойдем за стол? Сейчас в главной зале так красиво, праздник почти начался.

Девочке совсем не хотелось идти туда, где целая толпа народа и все взгляды - недоверчивые, а иногда и злые - будут обращены на нее, но портить праздник своему маленькому другу она не хотела. Тем более, с ним ей не будет одиноко.

- Пошли, - девочка поднялась и оправила алое платье. Быть может, чудеса все-таки бывают, и она найдет там, в большой зале, сюжет для своей новой истории... Обязательно с хорошим концом.

________________________
*Реально существующая сказка "Золотые башмачки", могут быть некоторые неточности в сюжете
 
сообщение 28.03.2016, 18:28
Сообщение #5
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



4. Девочка с Юпитера

В первую минуту Нефриту казалось, что перед ним маленькая апрельская ведьма*, такая же воздушная и легкая, или, быть может, это Дюймовочка сошла с большой книги сказок, той самой, что подарила юному лорду мать. И только потом Неф понял, что это никакая не сказочница, а самая обычная девочка, хотя обычного в ней Нефрит ничего не видел. Маленькая леди, сошедшая с полотна, присланного с Юпитера, была еще красивее, чем он себе представлял: яркое малиновое платьице ладно на ней сидело, русые волосы, отдающие медью, завязаны в аккуратный хвост на макушке, но тоненький завиток все равно упрямо выбивался из прически и обрамлял ушко. А какие у нее были глаза! Зеленые-зеленые, колдовские, эльфийские! Кажется, сейчас за ее спиной появятся хрустальные крылышки, и она вспорхнет!..

- Здравствуй, - отчаянно краснея, лорд галантно (как учили) наклонился над ее ладошкой и даже коснулся губами пальчиков. - Меня зовут Нефрит. А... вас? Принцесса?

- Зови меня Ливия, просто Ливия, хорошо? - девочка улыбнулась и нетерпеливо топнула ножкой. - Я совсем не люблю, когда меня называют принцессой.

- Почему? - разве можно называть ее по-другому? Но ведь она действительно принцесса , такая, о каких пишут в книгах и каким, наверное, посвящают стихи. Сам Нефрит совсем не умел рифмовать строки, но если бы мог, то обязательно написал что-нибудь для нее.

- Я не хочу быть принцессой, - заявила девочка, усаживаясь на софе. - Это очень скучно. К тому же, мне так нравится в поле!.. - она мечтательно прикрыла глаза. - Там так вольно... так свежо и свободно... Но меня не отпускают туда одну, а ведь мне уже почти восемь лет! Мама боится, что со мной может случиться что-то нехорошее. А ведь я принцесса. А принцессы обязательно должны вести себя хорошо.

- Правильно, - Нефрит был очень серьезен. - У тебя есть долг, значит, ты должна за себя отвечать, - эти взрослые, наверняка зазубренные слова очень не понравились принцессе:

- Да, - укоризненно покачала она головкой. - И ты такой же!.. Трус! - презрительно бросила Ливия, и Неф аж сжался от ее слов. Где-то на задворках воспоминаний промелькнул крик: "Трус, трус! Слабак! Ходи за ручку с мамочкой!" Неф, сжав зубы, залезает на рысака. Секунда - и лошадь понесла, испугавшись чего-то, маленькие ручонки соскользнули с гривы, и с криком лорд ничком упал на землю...

Ничего не сказав, Нефрит вышел из комнаты, оставив озадаченную Ливию в одиночестве...

***

- Трус!.. - снова пронеслись обидные слова в голове мальчика, и он с ненавистью и обидой посмотрел на портрет. Тот самый, что когда-то привезли с Юпитера... тот самый, что так ему понравился. А сейчас лорд Звезд чувствовал себя обманутым. Правильно Зой над ним смеялся. Надо было быть ему еще злее, чтобы Нефрит и не вздумал больше снова рисовать свой узор. Напридумывал себе разных глупостей. А она... она не такая...

Мальчик твердо решил больше не видеться с Ливией и вообще побольше бывать на улице. Можно напроситься с Миналин и Куном, они, кажется, что-то строят в саду из снега. Или пойти с Миливией и Зойсайтом на Северную Башню, там уже давно готов каток, и принцесса Меркурия учит Зойя кататься. Судя по тому, как смеется девочка и сколько синяков у Зойя, им там весело. Только вот с Рейей и Джедом лучше не ходить: у них какие-то свои причуды, о которых Неф имел слабое представление. Но и он найдет себе занятие, это точно. Главное - не вспоминать об этой девчонке и уже, казалось бы, давно отпустившем страхе.

Мальчик, одевшись потеплее, вышел из замка и пошел к конюшне. Он бывал там нечасто и признавал только одну лошадь, черную одноглазую Ночку, даже иногда ездил на ней, едва переходя на рысцу, а в основном сидел там ради удовольствия. Ему нравилось кормить их овсом, чесать металлическим гребнем и просто разговаривать: у лошадей очень умные глаза, понимающие. Поэтому сейчас лорд Звезд пошел туда, а не к своим друзьям. Он погладил лоснящийся бок Ночки, и та заржала, приветствуя доброго приятеля. Наверное, если бы не эта кобыла, лорд Звезд больше никогда бы не сел в седло.

- Ну, здравствуй, Ноченька, как спалось? - Нефрит ласково потрепал лошадь за гриву и вынул из кармана кусок сахара. - Вот, держи, - кобыла мягко слизнула лакомство с его ладошки. - Хорошая лошадка!

Лорд сел рядом с Ночкой и грустно оперся о ее крепкие ноги.

***

- Скажи, Лин, а ты не видела Нефрита? - Ливия подошла к Миналин, своей давней подружке, которая сейчас вдохновенно вырисовывала снеговику лицо.

- Нефрита? - Миналин повернулась к опечаленной девочке. - Нет... Не видела.

- Он ушел на конюшню, - из-за снеговика высунулся Кунсайт, весь запорошенный снегом. - Это вот по той дороге и налево.

Кивнув в знак благодарности, Ливия поспешила в указанном направлении. Она уже сотню раз пожалела, что так обидела Нефрита. И что это за привычка - стараться казаться старше и умнее, чем ты есть на самом деле? Ей так хотелось выглядеть не какой-то там неженкой, а самостоятельной и смелой, что и не заметила, как перешла на оскорбления. И Нефрит ушел... Спрятался где-то на конюшне, чтобы ее не видеть. А ведь этот мальчик почему-то сразу понравился Ливии. И кто ее просил так говорить?..

- Нефрит, ты тут? - девочка несмело зашла в помещение, остро пахнущее лошадями и сеном. - Нефрит, отзовись!

***

Мальчик встрепенулся: кто-то его звал.

- Кто здесь? - лорд вышел к двери из конюшни и разочарованно вздохнул: это была всего лишь Ливия. Он повернулся к ней спиной и ушел вглубь рядов со стойлами, где осталась Ночка.

- Нефрит, прости меня, пожалуйста, - настырная девчонка последовала за ним. - Я сказала, не подумав.

- Ничего, - спокойно ответил Неф, не обращая на нее внимания (этот прием он давно перенял у Куна). - Я не сержусь. Можешь идти.

- Но ты сердишься! Я же вижу. Ну хочешь... обзови меня как-нибудь? Хочешь? - девочка нетерпеливо схватила его за руку.

-Ты маленькая гадкая девчонка, приехавшая испортить мне зимние каникулы. Лучше бы ты сидела дома и никогда сюда не совалась! - жестко отчеканил Нефрит, желая как можно больнее ужалить Ливию.

А принцесса, опустив в пол глаза,налившиеся слезами, готовыми вот-вот брызнуть, развернулась и тихо ушла, не сказав больше ни слова. Она пробрела мимо Кунсайта и Миналин во дворец, заперлась в своей комнате и горько расплакалась в подушку от обиды. Конечно, она была сама виновата, но слова Нефрита показались ей такими жестокими!.. Наверное, самыми жестокими, какие она когда-либо слышала.

А Нефрит уже и сам был не рад: никакого торжества и удовольствия он не почувствовал. Он беспокойно вышел из конюшни, но Ливии уже не было. Неф даже прошел, наверное, весь дворец, но девочка как сквозь землю провалилась. Оставалась только ее комната. Мальчик неуверенно постучался в дубовую дверь, но никто не ответил, тогда он, позабыв все правила приличия, зашел туда без спросу и замер у порога.

Ливия сидела на кровати и смотрела на огромное витражное окно, залитое белым светом, но когда в комнату зашел Нефрит, обернулась к нему. Мальчик сразу понял, что она плакала: на щеках красные разводы, а зеленые глаза, которые про себя Неф назвал колдовскими, блестели, будто она серьезно болела.

- Ливия, - он неуверенно подошел к кровати и протянул рамочку с тоненьким узором на слюдяной пластинке. - Прости меня и ты. Я сказал от злости, а теперь очень жалею. Давай больше не будем ссориться, хорошо?

Девочка осторожно взяла красивую картинку и поставила ее на тумбочку у кровати:

- Хорошо, - она неуверенно улыбнулась и всхлипнула. - Ты сделал это сам?

- Да, - смутился Неф. - Мне еще Зой помогал. Немного.

- Красивая, - девочка провела пальчиком по резной рамке. - А мне тебе совсем нечего подарить.

- Ну и не надо, - пожал плечами лорд. - Я не в обиде.

- Хотя, - Ливия достала из-под подушки конфету в зеленой обертке. - Это специальное лакомство для Волшебного Оленя. Положи его под подушку, и на новый год он принесет тебе подарок.

- А у нас подарки разносит Дед Мороз, - удивленно протянул лорд Звезд, но конфету взял. - И он не есть конфет. Наверное.

- Как же так? - изумилась Ливия. - И вы его ничем не кормите?

- Нет, - подобная мысль даже не приходила никому в голову.

- Тогда предлагаю его покормить, - девочка бойко спрыгнула с постели и достала целый мешочек сладкого из своего сундука. - Это мама отправила, чтобы я угостила всех. Но ведь ребята не обидятся, если мы отдадим конфеты Деду Морозу?

- Нет, не обидятся.

- Тогда пошли?

Принцесса и лорд спустились в главную залу и подложили под елку мешок со сладостями.

- Ну вот теперь он будет доволен. И, наверное, даст нам еще больше подарков! - Ливия радостно захлопала в ладошки. - Так?

Нефрит улыбнулся.

Когда праздничный вечер подошел к концу, и детей отвели по комнатам, Нефрит и Ливия долго не спали. Они ждали, когда же Дед Мороз принесет им подарки. И, быть может, даже совершит какое-нибудь для них чудо... Чудо Новогодней ночи.

5. Девочка с Луны

Новый год на Луне никогда не празднуется, но Эндимион исправно едет с подарками, чтобы от всего Земного королевства поздравить королеву Серену и ее малютку дочь. Он уже наизусть зазубрил короткую речь, сто раз обдумал, как и где будет стоять, и строго пообещал себе не смущаться. Карета, запряженная двумя белыми рысаками, мягко скользит по снегу, слышится звон бубенчиков, и мальчик, разморенный долгим перелетом, засыпает, откинувшись на бархатные подушки. Его мать, королева Земли Геба, обнимает сына за худенькие плечи, гладит черный хохолок волос, торчащий вправо, целует белый лоб мальчика… Ей так редко удается побыть с ним наедине! Поездка к маленькой невесте – настоящий подарок.

Дома и деревья, усыпанные колючим инеем, мчат по дороге вместе с каретой, и их мягкая белизна усыпляет и королеву, и вскоре они, обнявшись, оба спят, не замечая, как проходит время и расстояние. Наконец, карета останавливается у величественного замка, белого-белого, словно снег, и высокого, словно горы. Из-за облаков не видно вершин шпилей. Кучер, одетый в тяжелую соболиную шубу, будит королеву и маленького наследника, их отводят во дворец, но Энд не помнит, как оказывается в уютной комнате с трещащим и брызгающим искрами камином. Веки его снова наливаются усталостью, и он засыпает. Морозное утро давно минуло, но никто не посмел разбудить мальчика, так сладко спящего на огромной кровати. Даже Серенити, уже не способной сидеть на месте от любопытства, королева Серена запретила подходить к покоям принца. Однако что может остановить маленькую смышленую девочку пяти лет отроду? Ничто, если в ней проснулась хоть капля любопытства!

Пробравшись к запретным покоям, Серенити осторожно скользнула в комнату и тут же огляделась. Тихо. Камин уже тлеет. На цыпочках девочка прошла к большой кровати и с трудом, подобрав длинную юбку белого платья, забралась на край, скидывая туфельки. Те с грохотом упали на пол, и принцесса вжала в плечи голову, но мальчик, закутанный в одеяло, даже не шевельнулся. Серенити, вытянув шею, словно жираф, подползла к его ногам и села, стараясь разглядеть принца получше. На белой подушке лежала вихрастая голова красивого мальчика; тонкая, но натруженная рука лежала поверх бордового покрывала.

- Так вот ты какой… жених! – тихо хихикнула принцесса, наклоняясь к его лицу, и прядь пшеничных волос скользнула по его щеке. Принц повел носом и неожиданно проснулся.

- Кто ты? – дернулся он, а принцесса, напуганная, кажется, больше него, отпрянула назад.

Спрыгнув с кровати и надев туфельки, принцесса смущенно оправилась, и Энд увидел маленькую девчонку в белом платье, с двумя оданго на голове. Залившись румянцем, он насупился и спросил:

- И что это ты тут высматривала? – для пятилетнего возраста он говорил очень хорошо.

- Жениха, - растерянно пожала плечиками Серенити.

- Какого еще жениха? – строгие синие глаза мальчика удивленно округлились.

- Тебя, - пояснила девочка. – Ведь ты же – мой жених. Ты ведь – принц Эндимион, да? – тут же затараторила она.

- Да, - все еще недоверчиво глядя на нее, ответил Энд, садясь на постели.

- А я – Серенити, - весело заявила девочка. – Мне сказали, что сегодня приедет мой жених. Ты не знаешь, когда у нас свадьба?

- Не знаю, - совсем опешил Эндимион. Мальчик и понятия не имел, что приехал жениться! – А что, скоро?

- Наверное! Но ты не бойся, я уже все подготовила, - принцесса потянула его с кровати. – Тебе нравится это платье? – она провела ручкой по кружевам своего наряда, и Энд смущенно кивнул. – Я могу на тебе жениться в нем! Но тебе тоже нужно одеться. И еще – у всех невест есть цветы. Ты нашел мне цветы?

- Нет, - щеки принца уже стали пунцовыми. – Но я найду…

- Ничего, выдерем из горшка! – махнула рукой Саренити. – У нас много. Как выдерем, отправимся к матушке, пусть женит.

- Ты забыла про кольца! – надевая брюки и китель, встрепенулся мальчик. – У моих родителей есть кольца.

Принцесса, откинув длинные волосы за спину, призадумалась. О кольцах она совсем позабыла.

- Я стащу пару у мамы, - медленно проговорила она. – Ненадолго. На свадьбу. А потом ты ей вернешь, когда купишь другие.

Новоявленные жених и невеста пробрались в маленькую оранжерею дворца, где принцесса сорвала три неизвестных Энду цветка на высокой ножке густо-малинового цвета, а потом маленькие воришки пробрались в комнату королевы. Стража и не подумала остановить дочь Серены, поэтому они беспрепятственно же вышли, пряча в ладонях по кольцу, которые были велики даже на большие пальцы.

- Мама в малом зале вместе с твоей, - сказала Серенити, когда они направлялись, чтобы пожениться.

- А ты уверена, что нам действительно нужно выйти друг за друга замуж? – спросил Энд, идя рядом с принцессой.

- Что, отлыниваешь? – уперла руки в бока девочка, возмущенно сощурив глаза.

- Нет, если так надо… - пожал плечами мальчик и взял принцессу за руку.

Минув несколько лестничных пролетов, принц и принцесса оказались в просторной комнате светло-розового цвета. Две королевы сидели на диванах друг напротив друга и, видимо, вели светскую беседу. Появление двух ребятишек оживило их.

- Все-таки разбудила юного принца? – возмущенно проговорила Серена, поправляя нежно-голубую накидку на голове. Ее светлые глаза с укоризной глядели на дочь. – Я рада вас приветствовать, Эндимион.

- Спасибо, королева Серена, - неловко ответил мальчик, позабыв свою речь.

- Мама! – бойко встряла Серенити. – Мы пришли жениться!

Обе женщины приподняли в удивлении брови и переглянулись, а потом разразились таким хохотом, что явно не пристал особам их положения.

- Жениться? – спросила Геба, и в синих ее глазах появилось лукавство. – Ну что, молодцы, что сами пришли. А все согласны?

- Согласны! – чирикнула Серенити.

- Даже принц? – отсмеялась Серена.

- Я согласен, - мужественно вставил Эндимион. – Только мы у вас колечки одолжили. Мы потом вернем вам, когда Серенити улетит на Землю, - и оба показали два крупных перстня.

- Смотрите же, они уже и на Землю собрались! – хлопнула в ладоши Геба, убрала черные кудри за спину и наклонилась над малышами. – Это очень чудно, ребята, что вы поладили. Но поженитесь вы позже. Когда чуть подрастете.

- А когда? – спросила Сероенити, склонив белокурую головку набок.

- Когда тебе минет пятнадцать, - ласково ответила ей Геба, улыбаясь. – Надеюсь, и тогда у вас будет столько же желания, сколько сейчас.

***

- Ты представляешь? Я тут посчитала… Еще десять лет ждать! – Серенити, надув губки, смотрела в окно. Сизые снежинки крутились и танцевали перед глазами.

- Ничего, - успокоил принц девочку. – Не все так плохо. Ведь сегодня все-таки праздник.

- А какой?

Мальчик достал маленькую коробочку и протянул ее принцессе. Другую – побольше – пока держал в руках.

- Сегодня Новый год, самый главный праздник на Земле.

Серенити открыла коробочку и увидела красивую брошь в виде лилии, усыпанную какой-то блестящей крошкой. Принц подал ей другую коробку, и в ней Серенити обнаружила фарфоровую куклу с белыми кудряшками и красным платьем.

- Спасибо! – восхитилась принцесса, порывисто обняв мальчика, и тот покрылся румянцем. - Вот так праздник… Новый год!
 
сообщение 28.03.2016, 18:28
Сообщение #6
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Глава 3. Весна топает


- Нет, вы послушайте! – Зой восторженно прошелся перед юными лордами то в одну, то в другую сторону, намеренно затихнув. В его башмаках хлюпала вода, и это, похоже, очень веселило мальчика. – Вся низина в проталинах! Там такие большие ручьи. Пойдемте, а?

- Пойдемте! – расцвел Нефрит, отрываясь от учебника, который ему давно и безнадежно наскучил.

Большая круглая комната озарена полуденным светом; сквозь прозрачные тюли бьет неистощимый поток. Мальчики щурятся и лениво держат в руках книги, кажущиеся неподъемными кирпичами.

- Ты забыл про принцесс? – поинтересовался Кунсайт, поворачивая голову к младшим товарищам. Его разморило от ластящегося весеннего солнышка, но он упрямо сидел перед книгой. Каждый день у лордов был час самостоятельного чтения, и исполнительный Кун не мог себе позволить не выполнить обязанность. – Через несколько часов они будут здесь. Думаешь, его величество сильно обрадуется, что мы будем бегать по лесу вместо того, чтобы встречать их?

- Да ну вас, - махнул ладошкой Зой, стягивая сырой испачканный китель. – Неф, Энд, вы со мной? Мы только чуть-чуть… На полчасика. И вернемся.

- Хорошо, - решился лорд звезд и, исподтишка глянув на Кунсайта, выскользнул из-за стола. За ними просочился и принц.

Младшие лорды и Эндимион, переговариваясь и шутя, ушли, а Кун с укоризной поглядел им вслед. Джедайт даже не оторвался от книги, но белесые брови его были нахмурены. Кажется, его одного совершенно не напрягало долгое чтение и не тянуло на одуревшую от весны улицу.

- Вот ведь оболтусы, - проворчал лорд иллюзий, машинально поправляя голубой ворот шелковой рубашки. – Зададут им родители от души.

- И правильно сделают, - назидательно заметил Кун.

Иногда казалось, что эти два мальчика живут взрослой, обдуманной жизнью, и детские шалости им чужды. Конечно, куда им до избалованных родительский любовью Нефа, Энда и Зойя? Кун воспитывался отцом, северным генералом, а Джед рано осиротел, и в его и без того серьезных глазах появилось еще больше какой-то отчужденности. Конечно, легкомысленное поведение младших мальчиков казалось им достойным осуждения. Но долго ребята заниматься не стали: Кун, захлопнув книгу, ушел, что-то бурча себе под нос, и Джед тоже отложил фолиант.

Он прошелся по комнате, еще раз оглядел свой чистый китель, который решил надеть на прибытие Рейяны, снова покосился на книжный шкаф, но так к нему и не подошел. Ему было скучно, и, наверное, Джедайт больше всех тосковал по своей маленькой невесте. Быть может, потому, что их роднила какая-то общая обособленность от остальных. Джед всегда чувствовал себя в стороне даже среди товарищей, как и Рейя среди подружек-принцесс. С трудом промаявшись до полудня, Джедайт переоделся и спустился вниз, в главную залу. Там уже был Кун, и он стоял рядом с отцом, таким же прямым и малоэмоциональным, как и сын. Ни лордов, ни принца, конечно, не было.

- Ну что, где остальные мальчики, где Эндимион? – поинтересовался король Арторикс, заходя в залу. – Юные леди прибудут с минуты на минуту.

С этими словами открылось окно телепорта, и в комнату зашли девочки в сопровождении королевы Марса Ники. У Джеда запестрело в глазах от обилия ярких кружев, блесток и оборок.

- Здравствуйте, девочки, - без лишних церемоний поприветствовал принцесс Арторикс, и те смущенно присели в реверансах. – Добро пожаловать, Королева Ника, - кивок, и высокая тонкая женщина с вытянутым непривлекательным лицом сделала книксен. – Мы рады вас видеть на Земле.

- Приветствия взаимны, - глубоким, низким голосом ответила она.

- Думаю, церемонии окончены? – радушно улыбнулся король. – Девочек сейчас проводят в их покои, а с вами, королева, я бы хотел переговорить, - Арторикс подозвал Куна и прошептал: - Найди принца и остальных, хорошо? – мальчик кивнул и вышел, а принцессы пошли за горничными.

- Рейя! – окликнул подружку Джедайт, и черноволосая девочка в скромном зеленом платье обернулась. Робкая улыбка появилась на ее губах, и она поманила лорда пальчиком.

- Пойдем, я осмотрю свои покои, и мы пойдем погулять, - позвала она его, но так, чтобы ни горничные, ни болтающие без умолку девчонки ее не слышали.

После краткого осмотра комнаты, Рейяна надела вязаную кофточку, и они с Джедом вышли из замка. Странное дело, но после трехмесячной разлуки они не рвались рассказать друг другу всего, что произошло за это время, а просто молчали, гуляя по парку. Ноздреватый снег осел и почернел, но все также хрустел под ногами; солнце ласкало землю. Ветер все еще был колючим, но так пахло весной, что на это мало кто обращал внимание. Дети шли по парковой расчищенной дорожке.

- Ты даже не спросишь, как у меня дела? – поинтересовался Джед, глядя на подружку, и Рейяна громко фыркнула:

- Я спрашивала о тебе у Огня. Ты, кажется, в феврале болел, да?

- Болел, - согласился Джедайт, даже не удивляясь, машинально дотрагиваясь до горла. Почти целый месяц его разрывал кашель. – Ну а ты… как?

Девочка неопределенно пожала плечами. Эта зима была бесконечно долгой и для маленькой одинокой девочки. Бесконечно долгой и бесконечно однообразной. И Рейяна очень радовалась полету на Землю, где ее ждал товарищ, пожалуй, ее единственный настоящий друг. А теперь все как-то странно. Почему же они с Джедом шумно не радуются друг другу? Почему ни о чем не разговаривают?..

- Тебе со мной скучно? – словно прочитав ее мысли, волнуется Джедайт и заглядывает подружке в глаза.

- Совсем нет, - девочка качает головой. – Я очень по тебе тосковала. Такая длинная выдалась зима…

Дети сели на мерзлую скамеечку, и озябший Джед, потерев ладони, убрал их глубоко в карманы.

- Хочешь, погрею? – спросила Рейя, и мальчик протянул ей ладони. Маленькие девические пальчики обхватили шершавые руки и сжали их. Ее ладони были горячие-горячие, словно нагревшийся на солнце песок. Вдруг девочка, замерев, задержала дыхание и тихо выдохнула: - Слышишь? Вон там?

Джед, невольно поддавшись шепоту подруги, нагнул к ней голову и робко спросил:

- Что?

- Да вот же! – Рейя вскочила и, не отпуская руки мальчика, потянула его глубже в парк. – Слышишь? Как поют птицы… как лопаются почки от весеннего солнышка? Знаешь, я даже слышу, как маленькие букашки-козявочки ползают под снегом и пробираются наверх! - в ее голосе появилось буйное веселье, вдруг захлестнувшее ее с головой. – Наверное, у них есть крошечные лопатки и крошечные топорики… - задумчивая улыбка снова вернулась на ее раскрасневшееся личико. – Джед, как тут хорошо! Как с тобой хорошо! Никому-никому я бы не сказала того, что говорю тебе. Мне вовсе с тобой не скучно. Мне хочется петь! – девочка закружилась на месте и снова подскочила к мальчику, рассеянно, удивленно и ласково смотрящего на принцессу. И он искренне не понимал, что же такое связывает его с ней, что такое волшебное и родное, тесно-теплое и щемящее в груди. – Ну, слышишь?

Он молча смотрел в ее светящиеся от удовольствия и счастья глаза, и ему действительно казалось, что он слышит глухой стук маленьких топориков, слышит, как сопят от усталости муравьишки и долгоносики; как таит с каждой секундой снег. И как уходит зимнее цепкое одиночество…

- Весна топает, - тихо улыбнулся Джедайт, сжимая девичьи пальчики. – Пойдем, послушаем?..
 
сообщение 28.03.2016, 18:29
Сообщение #7
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Глава 4. Дружба дороже


Весна – как много в этом слове: переливы воды и отражение солнца в луже, аромат прелой земли и потеплевший ветер, первая капель и пронзительное голубое небо. Как много в нем надежды, предвкушения, сладостного томления и счастья! Как много в нем тепла и доброты…

Миливия, с удовольствием хрустя по снегу новыми сапожками, шла по саду; она остановилась у оголенного ствола дерева и потрогала шершавую кору, наклонилась к ней, понюхала. Хотя все еще пахнет морозом, свежая нотка уже появилась, тонкая-тонкая, но острая, как кончик иголки. Только хотя бы за эту весну, за этот аромат можно полюбить Землю, полюбить без оглядки! Миливия улыбается чему-то своему и идет дальше, думая теперь о своем друге. Он тоже почему-то напоминает ей весну с его несумятицей и вечным движением, ведь не может юный огненный лорд сидеть на месте, не менять все вокруг себя! Вот и теперь он убежал на какие-то ручьи, позабыв обо всем на свете, даже о ней, Миливии, но девочка на него вовсе не сердится. Не умеет и не может. Поэтому, погуляв в одиночестве по саду, она бредет назад, во дворец, покорно переодевается в сухое, обедает в своей комнате, берет в библиотеке книгу и ждет, ждет, ждет, когда же Зойсайт устанет носиться по лесу. Он возвращается уже к вечеру вместе с юным принцем и звездным лордом, их отчитывают при всех, на ужине, и мальчишки хмурятся. На лице Энда и Нефрита искреннее раскаяние, а вот Зой, перепачканный и сырой, насупился заносчиво и зло и даже смотрит из-под тонких рыжих бровей, глаза – как колючки! Миливии даже хочется смеяться, глядя на его упрямое лицо, и она тоненько хихикает, не поднимая синего веера. Он так похож на всклокоченного птенца! Глаза Зойсайта утыкаются в ее, и мальчик резко отворачивается от своей гостьи, а когда его все-таки приглашают за стол, садится не к ней, а как можно дальше. Миливии уже совсем не хочется смеяться, и девочка озабоченно и испуганно смотрит туда, куда уселся ее друг. Нельзя не заметить, как маленькая принцесса выглядывает из-за бесчисленных рук, голов и животов, но Зой, что украдкой бросал на нее взгляды, не поворачивал к ней лица. А когда ужин окончился, и вовсе ушел куда-то один, даже не поприветствовав ее.

Растерянная, расстроенная Миливия тихонько вышла из столовой и поднялась к себе в комнату. Не раздеваясь, она легла на постель и заснула тревожным сном, и снилась ей какая-то беспокойная глупость, липкая и противная. И утро было таким же, как вечер, и весна уже не казалась такой волшебной и приятной.

Нефрит позвал всех поиграть вместе, и ребята собрались в зимней оранжерее, окутанной магией. Принцессы с удивлением таращились на диковинные растения, которые иногда были выше человеческого роста, и крошечные цветочки. Миливия, самая маленькая из всех, чувствовала себя Дюймовочкой, эльфенком, попавшим в сказочный лес. Видя, что Зойсайт не хочет с ней разговаривать, девочка гуляла одна, отделившись от шумной компании. Вдали от всех она заметила и Джеда с Рейей, которые о чем-то болтали вполголоса, чему-то смеялись. Сегодня Зойсайт попытался пошутить насчет того, что Рейяна постоянно цепляется за руку Джедайта, и ходят они, словно друг к другу прилепленные, но лорд Иллюзий так на него посмотрел, что у мальчика пропало всякое желание шутить по этому поводу.

- Перестань, Зой, - бесхитростно встряла Миливия в их перепалку, - сам ты со своим луком и колчаном не лучше смотришься.

Но уже Зойсайт поднял на нее хмурые глаза, явно говорившие, что с ее стороны вообще слов не ждут. Миливия почувствовала это так, будто он проговорил это вслух, и через какое-то время ушла.

Ощущение, что ей тут совсем не рады, стало в тысячу раз больнее, чем вчера. Неужели так обернется простая детская обида, нанесенная невзначай? Ведь Миливия вовсе не хотела его ранить, но она забыла, что Зой не терпит насмешки в свою сторону.

А потом к Зойсайту приехали его двоюродные братья-близнецы, Тобиас и Фел, которые сразу не понравились Миливии. И не потому, что теперь Зой гулял и играл только с ними, позабыв и о лордах, принце, принцессах. Это были невоспитанные, даже злые и подлые мальчишки, которые умели выкрутиться и перевалить вину на другого, главным образом, попадало самому Зойсайту. Но Зой бесхитростно доверял им и защищал, взваливая вину за проделки на себя. Миливия смотрела на это со стороны, и ей было очень обидно за своего друга.

- Можно мне с вами? – однажды девочка все-таки решилась и подошла к Зойсайту, который не помнил старых ссор и уже, наверное, был готов сам подойти мириться; но Фел рассмеялся:

- Вот еще, - хмыкнул он. – Девчонка! Да ты же ничего не умеешь!

- Я научусь, - робко пообещала Миливия, глядя на мальчика своими большими синими глазами.

- Зой, ну скажи уже ей, - поморщился Тобиас, ероша рыжий чуб. – Вот привязалась.

- А впрочем, пусть идет, - встрял Фел, не давая раскрыть Зойю рта. – В лесу сейчас все ручьи раздались.

Как назло близнецы полезли через самый валежник, и Миливия в ее шерстяном длинном платье и аккуратных кожаных сапожках с трудом перебиралась за ними. Но нет, она не могла остановиться и сдаться, не могла дать этим глупым мальчишкам и дальше обижать Зойя. Она будет рядом и, в случае чего, расскажет всю правду, если они натворят какую-то гадость! Зойсайт помогал ей идти и при этом боялся отстать от братьев, которые с насмешкой оглядывались на них.

- Ну что же ты такая неловкая! – с невольной досадой говорил Зой, когда Миливия увязала ножкой в ноздреватом снегу и, закусив губку, тянулась вперед, через ветки. Ему не хотелось уступать хоть в чем-то старшим товарищам и давать им повод посмеяться над ним.

Так они с трудом добрались до ручьев. Вода разрослась, берега освободились от снега, и поток буйно убегал в низину, прихватывая мокрый валежник.

- Будем делать плотину, - объявил Фел, оглядывая ручей. – А ну-ка, - он повернулся к Миливии, - тащи вот те ветки, - и девочка покорно полезла за ними.

Кажется, братья специально давали девочке самые трудные задания, а когда она неловко выполняла их, смеялись и упрекали, называя ее неумехой. Зойсайт молчал. Он не знал, почему ничего им не скажет, почему считает их правыми, но молчал. Быть может, боялся попасть в немилость? Выглядеть маленьким и неловким? Когда Миливия съехала ножкой к берегу и уцепилась за ветку, чтобы не упасть, Зой не поспешил к ней на помощь, а спокойно спустился и почти сердито сказал:

- Нечего было лезть, раз не можешь!

Миливия не заплакала, но в глазах ее мелькнуло что-то, что почему-то острой иглой впилось в сердце мальчика. Мокрой, холодной ручкой принцесса взялась за его ладонь, а когда поднялась от берега, тут же отпустила ее.

- Я пойду домой, - звонко проговорила она, стараясь улыбнуться, но лицо ее было беспокойным и печальным.

С той прогулки девочка больше не пыталась навязаться Зойсайту и его новой компании. Она гуляла с лордами и принцессами, но все больше, конечно, одна. Ребята жалели ее, и Зой часто видел, как Миналин брала ее с собой играть в куклы, а Неф садил ее рядом за столом и постоянно спрашивал, нужно ли ей что-то. Даже Рейя и Джед тянули ее куда-то гулять, а Кун сменял свой строгий взгляд на более теплый и благодушный. И Ливия, и Энд, и Серенити жалели ее, не жалел, наверное, по-настоящему сам Зойсайт, хотя постоянно ругал себя за то, что не подходит к своей брошенной подружке, боится издевок Фела и Тобиаса.

И Миливия улетела домой. Об этом знали все, кроме Зойсайта, она не попрощалась с ним. И вовсе не потому, что ей хотелось отомстить другу за его поведение, как-то поддеть его, нет, не такой была душа Миливии. Но девочка была уверена, что Зойсайту больше неинтересно с ней, и, быть может, он даже злится на нее за то, что она такая неловкая.

Наверное, впервые шумный и веселый Зойсайт стал по-настоящему серьезен. Странное чувство вины овладело им, стискивало что-то внутри, и нельзя было деться от него никуда. И рад был Зойсайт не думать, не вспоминать, но совесть в нем не давала этого сделать. Ведь это было глупо с его стороны так долго копить на Миливию обиду, а потом позволить своим братьям смеяться над ней. Это даже не глупо, а жестоко. И впервые Зой открыл для себя то, что смелость нужна не только для того, чтобы соответствовать старшим товарищам, быть храбрым и сильным, смелость нужна для того, чтобы принять свою слабость и протянуть руку помощи.

Кончились короткие весенние каникулы принцесс на Земле, братья уехали; когда наступил апрельский праздник Весны, девочки снова прилетели с коротким визитом. Только Миливии уже среди них не было. Обеспокоенный Зойсайт, который все это время переживал и не мог успокоиться, подошел к ее матери:

- А разве Миливии… не будет? – робко и как-то безнадежно спросил мальчик, и женщина невольно отметила, что он погрустнел и похудел с их последней встречи; она не знала, что стряслось между ним и ее дочерью, но сейчас ей было жаль обоих:

- Нет, она отправилась к бабушке, - мягко ответила королева Меркурия и сжала ладонь Зойсайта; на красивом лице ее появилась ободряющая улыбка. – Но ничего, летом она обязательно прилетит.

- Летом? – упавшим голосом спросил Зой и посчитал что-то на пальцах. – Это же два месяца!

Королева вздохнула. Миливия тоже в последнее время совсем стала молчаливой и какой-то хрупкой, а перемены в мальчике напугали женщину еще сильнее.

- Знаешь, - она села на корточки в своем неудобном желтом платье. – Давай попросим твоих родителей, чтобы они отпустили тебя к нам? Миливия или сама приедет, или мы тебя к ее бабушке отвезем. Что скажешь?

Лицо маленького лорда как будто преобразилось, улыбка осветила губы:

- Правда?

- Конечно, правда, - рассмеялась женщина.

В тот же вечер королева Меркурия переговорила с родителями Зойсайта, и мальчика отпустили в гости. Через несколько часов после этого для него открыли окно телепорта (специально созданное для безопасности ребенка), и он оказался в молчаливом и величественном замке Меркурия. Это был небольшой кабинет с трескучим камином и огромным креслом.

- Папа, это ты вернулся? – неожиданно раздался сонный знакомый голос, и из кресла выскочила Миливия в одной сорочке до пят. – А я сегодня приехала от бабушки… - но вдруг девочка замолчала, увидев гостя.

- Это я, - неловко представился Зой, проводя рукой по кителю. – Не ждала?

И – странное дело! – Миливия улыбнулась. Просто улыбнулась, словно и не было каких-то обид. Весело треща, они вышли из кабинета отца Миливии и пошли гулять по замку, перебивая друг друга и захлебываясь словами. Служанки, оповещенные о маленьком госте, приготовили Зойсайту комнату, но ребята оттягивали момент расставания и не хотели дожиться спать. Так оба и уснули на кровати Миливии, тогда, когда было уже далеко за полночь…

***

- Нет, это безобразие! – пожаловалась служанка, глядя на то, как правитель Меркурия снимает спящую дочку из кровати Зойсайта; они опять болтали до глубокой ночи. – Это же, в конце концов, неприлично!

- Они дети, - ласково ответила королева, погладив мальчика и дочь по головкам. – Им совершенно все равно, что вы там считаете неприличным. И они чисты, как ангелы. Миливия мне сказала, что Зой ее греет, и ей лучше с ним спится, - с самой серьезной миной добавила женщина.

- В самом деле, не вижу ничего дурного в таком проявлении любви, - кивнул король, и все вышли из спальни лорда. – Они маленькие и мало что понимают.

- Нет, - покачала головой королева. – Они понимают гораздо больше нас, - и, вспомнив о переживаниях этих двоих, вздохнула: - И чувствуют гораздо честнее.
 
сообщение 28.03.2016, 18:30
Сообщение #8
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Глава 5. Впервые (часть 1)


Зойсайт насупился и непримиримо уселся в кресло, закинув ногу на ногу. Он все еще бросал на девочку едкий взгляд, но больше пыхтел и щурился на солнце. Новенькие перчатки сияли белизной, китель, аккуратно отглаженный и чистый, все еще неуместно сидел на его узких плечах. Но вот на лице было столько недетского упрямства!..

- Ну Зой… Ты сердишься? – Миливия, кажется, готова была заплакать от беспокойства. – Я не могу… Я стесняюсь…

- Стесняется, - дернул плечиком лорд огня, скривив губы. – Неужели тебе так сложно? Мне даже перед ребятами стыдно! Вон сколько Кунсайт свою Миналин целовал!

- Но он же взрослый, - вконец покраснела принцесса. – И Мина уже считается девушкой…

- А мы? Дети? Мы с тобой с младенчества помолвлены!

Однако Миливия, нервно ломая ручки, только опустила глаза.

- Вечно у тебя отговорки! – всплеснул руками Зой и рывком поднялся с кресла. – Пойду я. Куда-нибудь. Посижу, пока не закончится увольнение, - юноша, машинально поклонившись, чеканным шагом направился к двери, как вдруг его остановил вскрик:

- Стой! – Миливия сделала к нему шаг и покраснела еще сильнее. – Хорошо, - она крепко-крепко зажмурила глаза и даже сжалась, словно ожидала чего-то небывалого.

Зойсайт прекрасно знал, что девочка уступит ему, потому что по-другому просто не умела. Наверное, именно поэтому она была одним из тех людей, которые могут выносить своенравного и горячего Зойя рядом с собой. Юноша подошел к ней и наклонился над девичьим лицом, но сам настолько переволновался, что как-то неумело сжал ее губы своими и уже через несколько секунд, стыдливо вспыхнув, отошел. Это ж надо предстать перед невестой таким глупцом!

- Я… я пойду, - скорее проквакал, чем сказал мальчик и уже был готов ретироваться, как девочка снова его остановила, но на этот раз без лишних слов.

Она просто шагнула к нему и тихонько коснулась тонких губ со всей нежностью и искренностью, на какую была способна. Зойсайт, не ожидавший такого и не успевший что-то сообразить, лишь разжал губы, принимая ее первый поцелуй. И, наверное, он был в сотню, нет, в тысячу раз лучше любого приготовленного.

Минут пять в комнате стояла полная тишина. И девочка, и мальчик, кажется, открыли нечто новое и неизведанно-прекрасное для себя и друг для друга. Даже смущение отступило на второй план, расцветая улыбкой на лицах.

- Ну вот, - самодовольно протянул Зой. – А ты стеснялась!

Звонко расхохотавшись, Миливия толкнула его в бок. И весь вечер звучал их беззаботный смех, полный только им известной тайной…

***

Миналин с ненавистью смотрела на Кунсайта и Берилл, прикрывающую смазливую мордашку легким веером и хихикающую без остановки на его наверняка остроумные шуточки. Парочка была так увлечена собой, что вовсе не замечала колючего взгляда, иголочками впившегося в них из куста розового шиповника. Волосы девочки разметались, щеки покрылись гневным румянцем, но она не отходила, а все смотрела на своего жениха и его подружку. Она не понимала, почему так злится, откуда эта жгучая неприязнь, не осознавала, что это искренняя в своей простоте ревность. И так хотелось кинуть чем-то в противную рожу рыжеволосой вертихвостки!..

Кунсайт вырос. Вырос безвозвратно, безнадежно, вырос навсегда. Миналин поняла это тогда, когда однажды подошла к нему, со спины закрыла ручками его глаза и с лукавством прошептала:

- Угадай...

Она знала, что ее невозможно не узнать. Но Кун стряхнул ее ладони и строго посмотрел на нее, как на неразумное дитя. Ни одной эмоции, кроме порицания, не было на его красивом строгом лице:

- Оставь, пожалуйста, свои глупые игры. Перед другими стыдно.

В прошлое ушло то время, когда они вместе могли бегать по лесу и играть в салочки. Теперь ему интересно со сверстниками, друзьями из военного училища. И девушки ему нравятся другие, такие, как Берилл, настоящие леди, приобретающие женственность и элегантность, а не растрепанные девчонки с выпачканными в грязи платьями. Он такой недоступный и красивый! Ну сделает сейчас Миналин то, что хочет: вылетит из куста, толкнет противную Берилл... Что с того? Разве станет она хоть чуточку Кунсайту интереснее? Он только скривит тонкие губы, кинется извиняться за "неразумного ребенка, от которого жди лишь шалостей..." А потом возьмет под локоток Берилл и уведет ее подальше, лишь метнув напоследок рассерженный взгляд. Разве этого хочет Миналин? Совсем нет.

Неожиданно девочка почувствовала смертельную усталость. Она повернулась и резко вылезла из куста, даже не заботясь о том, чтобы не делать лишнего шума. Пусть хоть ее обнаружат, хоть накричат. Все равно. Она вернулась к себе в комнату и села на широкий подоконник, снедаемая грустью и беспокойством. И тут в ее комнату зашла мать:

- Доченька, - ее голос был мягким и участливым. - Все хорошо? Ты в последнее время такая невеселая...

Правительница Венеры уже давно чувствовала, что что-то не так. Сейчас ее дочке как никогда была необходима забота и участие, и материнское чутье заставило женщину оставить все дела. Увидев одинокую фигурку на подоконнике, королева поняла, что не ошиблась со временем разговора.

- Мама, скажи мне... - лицо девочки было грустным и необычайно серьезным. - Только скажи честно. Я красивая?

Королева изумленно приподняла брови, присаживаясь рядом с Лин и принимаясь гладить ее золотые локоны:

- Конечно, ты у меня такая славная, хорошая...

- Нет, - упрямо мотнула головой девочка. - Я спрашиваю о другом. Я красивая?

- Некрасивых людей нет, милая, - мягко заметила мать, удивляясь и тревожась все больше. Чего же она так раздражается, что на душе у ее дитя?.. - Помнишь, я всегда тебя этому учила.

- Я помню, - нетерпеливо отмахнулась принцесса. - Но скажи же мне правду! Я красивая... как Берилл?

Женщина сразу понимает, откуда такие вопросы. Кунсайт. Венерианская королева и сама не раз печалилась о том, что Кун вырос, и Миналин стала ему далекой и просто маленькой девочкой, которой необходимо его покровительство. Он - красивый юноша, уже умеющий волновать девичьи сердца. Так зачем ему ребенок, который мешает и делает наивные глупости? Миналин - тринадцатилетний ершистый подросток, неуверенный в себе и нескладный, и ей так сложно понять себя и окружающий мир... И то, что это не она стала некрасивой, а просто так решила юность. В будущем Лин обязательно станет настоящей красавицей, наверняка сумеющей найти отклик в сердце жениха, правительница знала это, верила, только вот как объяснить это дочурке, которой все нужно здесь и сейчас?..

- Нет, родная, ты красива по-своему, - нежно ответила мать, целуя помрачневшую девочку в лоб. - У тебя своя красота. Но это не значит, что ты хуже Берилл или даже первой красавицы в мире.

- Но Кунсайту... - девочка замолкла на полуслове.

- Кунсайту может нравиться кто угодно, Миналин, - теперь уже королева перебила дочь. - Тебе ведь кто-то тоже когда-то нравился кроме него? Вы такие юные, впечатлительные... Но поверь - ты дорога Кунсайту. Я знаю это, милая моя, вижу.

- Он не говорит мне это, - жалостливо прошептала Лин. - Он ведет себя, будто вредный старший брат.

- И это большое проявление любви. Он заботится о тебе, твоем благополучии. Если бы он тебя не любил, ему было бы все равно и на твое поведение, и на твои проблемы. Будь терпелива, дочка. Всему свое время.

Миналин качнула головой и смиренно вздохнула. Ей были очень важны эти слова.

...Прошел целый год, Миналин отметила свое четырнадцатилетие, на которое Кун подарил ей красивую цепочку. Девушка отказывалась ее снимать и часто мяла тонкую перевязь пальчиками. Ее снова и снова захватывало воспоминание, как Кун преподнес ей свой подарок.

Они стояли поодаль от общей суеты и празднества, и вдруг Кунсайт протянул Лин руку. На большой ладони лежала тоненькая цепочка.

- Какая... прекрасная! - вздохнула Миналин, восхищенно улыбаясь, и на щеках ее вспыхнул румянец удовольствия, который скрасил ее еще больше.

- Я помогу надеть... - Кун улыбнулся и близко склонился над ней, чтобы застегнуть цепочку на шее юной нареченной. Мина подняла к нему свое лицо, и его нос скользнул по ее лбу.

Это легкое движение показалось девушке поразительно нежным. Кун не спешил отстраниться. Он легко провел губами по щечке Лин и остановился на губах. Девушка вздохнула. Сердце застучало где-то в горле. И первый поцелуй расцвел яркой розой, алым маком и жарким пламенем...


- Всему свое время, - задумчиво протянула Миналин, загадочно улыбаясь, - всему свое время...

***

Рейя не помнила, когда впервые поцеловала Джеда. Это было так легко и естественно... Просто и понятно. Она бесчисленное число раз целовала его чумазую щеку, когда они вместе носились по лесу, ища мифические цветущие папоротники, целовала просто так, чтобы показать, что она рядом. Она никогда не смущалась. Быть может, потому, что знала, что им суждено быть вместе? Знала это больше и глубже других? А вот Джед всегда стеснялся. Лицо его становилось вытянутым и даже чуть напуганным, а по бледным щекам пробегал румянец.

- Ты чего, боишься меня? - иногда хмурилась принцесса на его стеснение, но Джед качал головой и сжимал ее руку, и все тревоги разом выветривались из головы девочки.

Они росли, но это не меняло их привязанности друг к другу. Росли практически обособленно от других, будто два чистых душой существа, живущие на необитаемом острове. И когда пришло время расстаться по-настоящему, не было больше горя этой разлуки. Джед уходил в военное училище, где должен был провести годы, изредка возвращаясь на короткие побывки. Его провожали торжественно, шумно, весело, не веселился лишь сам Джед и его маленькая невеста. Она была бледна и молчалива, а взгляд становился таким жарким и откровенно отчаянным, что лорду хотелось бросить все и остаться с ней, лишь бы не плакала, не скучала. Вот как покинуть ее одну? Как оставить без присмотра?

- Рейя...

- Что? - девушка безрадостно посмотрела на лорда, но постаралась улыбнуться. Она была так красива сегодня в этом алом с рубинами платье...

- Ты пообещаешь мне кое-что?

Принцесса как-то недоуменно оглядела веселящихся гостей и снова повернулась к жениху.

- Пообещаю, - слова никак не шли.

- Пообещай писать и чаще улыбаться. Не сиди одна. И еще - жди меня, - щеки Джеда покраснели, на лице отразилась взволнованность, что нечасто можно заметить. Но сейчас он был так откровенен.

- Обещаю, - странно, они вели себя так, будто были уже очень взрослыми и понимающими; совсем не дети.

Молодой человек наклонился, поцеловал свою невесту и сделал это так, будто никогда не испытывал смущений. Потому что его давно не было. А было просто удовольствие и счастье быть с родственной душой.

И Рейя ждала. Ждала, как не ждут замужние взрослые женщины. И для нее тот поцелуй был не просто поцелуем. Он не был признанием или ритуалом. Он был связью. Печатью. Печатью, подтверждающей их близость. И их нерушимую связь.
 
сообщение 28.03.2016, 18:30
Сообщение #9
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Глава 5. Впервые (часть 2)


- Пойдем, Луни, нечего нам возиться с этим... - принцесса Ливия, презрительно сощурившись на лорда звезд, потащила за руку упирающуюся Серенити от Эндимиона и Нефрита, столбом стоящих у фонтана.

Энд, красный до самых кончиков оттопыривающихся ушей, искоса глянул на Нефрита. Кажется, в его каштановой шевелюре трещали разряды тока, не иначе. Он с ненавистью смотрел туда, куда только что ушла его взбалмошная пятнадцатилетняя невеста, успевшая довести его до белого каления своими издевками. И самое отвратительное, что она смела унижать его перед принцем! Уж этого он не мог ей простить.

- Неф, вы опять поссорились? - неловко спросил Энд, кладя широкую ладонь на плечо напряженного друга.

- Мы и не мирились, - запальчиво ответил Нефрит. - Ненавижу эту девчонку! Кого она из себя строит?

- Ну... она принцесса, - пожал плечами Эндимион. - Им положено быть избалованными и капризными.

- Тогда почему Луни не такая? И Миливия? А из Рейи вообще и слова не вытянешь, она не любит болтать попусту. Почему мне досталось это исчадие ада?

- Ты забыл упомянуть Лин, - смешливо фыркнул принц.

- Может, Миналин и не менее языкастая, но не такая злобная и язвительная, как эта юпитерианская гарпия! - бросил высокомерно лорд и приосанился. - Если нас когда-нибудь поженят, мы разнесем половину Галактики с Землей-матушкой в придачу. Я не смогу уступить этой девице ни в чем, хотя она и всего лишь женщина.

- "Всего лишь!" - передразнил брюнет друга и потянул его из конюшни ко дворцу. - Ты сам ее провоцируешь. Ты же знаешь, какая Ливия гордая и свободолюбивая, а ты ведешь себя с ней, будто с недалекой барышней, умеющей лишь хлопать глазками и хныкать!

- Уж простите, - сгримасничал лорд, оправляя идеально сидящий на плечах синий китель. - Меня учили относиться к женщине как к женщине, а не как к недалекому сорванцу.

Эндимион рассмеялся, но промолчал. Его порядком забавляла вся эта ситуация с минивойной Нефрита и Ливии, хотя иногда было и жаль бедного парня: Ливия могла бросить ему любые слова, даже самые несправедливые и обидные, а лорд - нет, и это очень уязвляло.

Ливия любила летать на разгоряченных жеребцах, неприлично задрав уже перепачканную конюшней юбку, говорить в лицо все, что думает, управляться с саблями и мечами. Неф же, самый, пожалуй, галантный и утонченный из всех лордов, "лез" к ней со своей учтивостью и всякими светскими глупостями: то руку подаст, то поклонится, то стул пододвинет. Ливию это чванство бесило, и она часто огрызалась: "Я не без рук!" или "Шутовская учтивость!", чем выводила Нефа из себя. Нефрит не мог не исполнять требований этикета и поведения (они просто врезались в любое его движение), и стычки никогда не прекращались. При всем вздорном характере принцессы, ее все любили за смелость и простодушие, а подруги вечно оправдывали ее.

- Ты не сердись, Неф, - шепотом говорила Луни, когда разгневанная принцесса Юпитера, круто развернувшись, демонстративно уходила от своего жениха. - Она сегодня дурно спала.

- Да-да, она мне жаловалась, - тут же кивала Миливия, краснея от своей лжи.

И Неф не мог не держать себя в руках. Хотя бы ради короля и принца. Но теперь всякое его терпение истощилось: девчонка зашла слишком далеко, обозвав его напыщенным гусаком и белоручкой. Ну нет, больше он не потерпит!

Пока Энд трещал о каких-то глупостях, Нефрит решительным чеканным шагом направлялся во дворец, а именно - в покои леди Ливии. Она хочет, чтобы он оставил всякие манеры? Что ж, именно это она и получит! Отделавшись от принца под каким-то глупым предлогом, лорд завернул в девичий коридор и быстро достиг покоев принцессы. Охраны не было, она ее просто не терпела, и Нефрит без всяких препятствий открыл двери.

Ливия действительно оказалась у себя. Она сидела на кровати в одной сорочке, стащив выпачканное после скачек платье, и тут же взвизгнула и прижала к груди ладони, когда лорд, не церемонясь, зашел в ее комнату. Ни один мускул не дрогнул на его красивом, высокомерном лице.

- Что ты тут делаешь, болван?! - закричала она, уже, кажется, чуть отошедшая от первого шока.

- Пришел поговорить, - заявил Нефрит, усаживаясь к ней на кровать. Ливия отскочила от него в дальний угол, натягивая одеяло.

- Поговорить?! Да кто тебя звал! Как ты посмел...

- Взял, да и посмел! - рявкнул Нефрит. - Помолчи хоть раз, маленькая избалованная девчонка.

- Змееныш, - прошипела растрепанная девушка, но лорд снова перебил ее, рывком притянув ее к себе. Странно, ее чуть полные руки были обжигающе горячими, хотя ему всегда казалось, что она просто ледяная, как и ее колкие глаза.

- Цыц! Послушай внимательно, принцесса, пока я еще добр с тобой. Если ты не перестанешь вести себя со мной так, словно я твой безмолвный раб, ты очень и очень пожалеешь об этом.

- И что же ты мне сделаешь, тупица? - глаза в глаза. - Пальчиком погрозишь?

- Я заставлю тебя жалеть, что ты вообще высунулась из своего дома! Я буду вести себя так, что ты станешь прятать глаза от последнего проходимца в Галактике. Уж поверь мне, каждая собака знает о нашей помолвке. И всем будет ужасно интересно, что это за отвратительный жених у принцессы Юпитера... Последний грубиян, подхалим и бабник!

- Ты никогда так не поступишь! Тебе слишком важно мнение дядюшки короля и всей этой дворовой грязи! - выкрикнула Ливия, немало пораженная тирадой всегда такого хладнокровного и спокойного лорда звезд, но не потерявшая смелости.

- А вот не зарекайся, дорогая, насчет того, что я могу, а что не могу, - прорычал лорд и неожиданно даже для самого себя впился в губы своей невесты, хотя до этого момента ни разу не позволял себе подобной дерзости.

Первые несколько секунд он не ощущал никакого сопротивления, потому что Ливия, кажется, совсем оцепенела, и лишь потом чуть не задохнулся от боли: принцесса с силой ударила его под ребра.

Она походила на разгневанную Артемиду, которая заметила наблюдающего за ее купанием Актеона: полуобнаженная, простоволосая, бесстыдная от ярости. Нефрит знал, что заслужил ее злость, но лишь криво усмехнулся, отступая:

- Никогда не зарекайся и не смей меня злить. Если думаешь, что знаешь меня, то ты такая же глупая девица, как и все остальные, - он развернулся и вышел, с удовольствием хлопнув дверью.

По лицу принцессы от досады побежали слезы. Она еще отомстит этому болвану! Не будь она богиней Гроз!

***

Солнце ушло за верхушки мохнатых елей, но Эндимион и Серенити не собирались покидать сада. Все-таки все еще светло, да и короткая поездка домой оканчивается. Энду снова предстоит путешествие до военного училища, скоро его первые испытания на западных землях. А принцесса улетит на Луну. Так зачем же портить такой прекрасный вечер скорым расставанием? Они сидели на широких садовых качелях и слегка раскачивались, молча глядя на кромку леса. Где-то рядом застрекотал бойкий кузнечик, и другой, чуть тише, стал вторить ему.

- Я так горжусь тобой, Энд, - неожиданно с тихим восхищением заявила принцесса, поправляя на голове широкую сиреневую накидку, традиционную для женщин Луны. - Мама рассказывала, что ты отличник, первый среди меченосцев...

- Глупости, - покраснел Эндимион от смущения и удовольствия. - Это всего лишь первый год, меня несильно нагружают.

- Ты скромничаешь, - улыбнулась Серенити, глядя на него чистыми голубыми глазами. - Вон и уши загорелись, - хихикнула она, и принц тут же невольно вскинул к ним руки.

Уши свои он просто ненавидел. Они так смешно и глупо оттопыриваются, а тут еще и эти шуточки! Что он, и сам не видит, какие они у него несуразные!

- Очень тебе нравится надо мной потешаться, - укоризненно качнул он головой, и принцесса тут же перестала улыбаться:

- Я не хотела тебя обидеть или высмеять, Энд. Я сказала что-то дурное?

- Ничего, - принц вздохнул и отвернулся. - Уж извини, что не красавчик...

- О чем ты? - округлила глаза Серенити, переставая его понимать. Что это за глупости? Не красавчик? И причем тут уши? - Энд, а ну повернись! - она вскочила со скамьи и бесцеремонно взяла его ладони. - Ну? Перестань хмуриться! Скажи же толком, что такого я сделала!

- Да я прекрасно слышу, как все надо мной хихикают, - вдруг взорвался всегда такой уравновешенный принц. - У меня уши, будто у слона! Моим портретом можно гостей из замка выдворять! - он запальчиво вскочил следом, но принцесса неожиданно расхохоталась.

Ее смех колокольчиком прозвенел по саду и укатился куда-то в лес:

- А вы зазнайка, принц! С чего это вы решили, что все только и делают, что обсуждают ваши уши? - накидка упала с ее головы, открывая прямые золотистые волосы, распущенные по спине. - Никогда не думала, что вы думаете, мой принц, о подобном! И очень они у вас замечательные, если уж на то пошло! - она внезапно подбежала к нему и нагнула вихрастую черную голову к себе. - Очень! - и легонько поцеловала мочку.

Эндимион пораженно замер. Принцесса, доверчиво улыбаясь, коснулась губами его губ и подбородка, прижалась лбом к груди. Его руки сами по себе обвили хрупкую талию, укрытую атласной накидкой, сердце принялось скакать, будто бешеное. Он нескладно замер в неудобной позе, лишь бы не спугнуть лунную принцессу, не спугнуть эту странную волнительную тишину, этот топот сердца.

- Ну? Ты больше не будешь жаловаться на свои уши? - решила пошутить принцесса, пытаясь согнать смущение.

Однако принц промолчал. В сердце его остро и сладко щемило, а уши... уши горели от радости!
 
сообщение 28.03.2016, 18:31
Сообщение #10
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Глава 6. Братство


- Тебе совершенно необязательно быть воином, - улыбнулся король Арторикс, стискивая плечо сына в доверительном жесте, - если ты этого не хочешь. Ты обязан быть символом, да. Но не бойцом. Бойцы - это твои лорды и армия. Ты должен их воспитать в уважении к себе и своей Родине, научить подчиняться тебе, быть мудрым полководцем. Но...

- Зачем ты мне это говоришь, отец? - Эндимион редко позволял себе какие-либо вольности, но сейчас он мог их допустить; в саду никого не было, потому что король решил уединиться с сыном, а значит, все тут же беспрекословно покинули густые заросли шиповника. Кого стесняться? Прежде всего они родственники. Главное - помнить об этом.

- Потому что тебе предстоит непростой выбор. Ты можешь идти в военное училище, как твои товарищи, или остаться на обучение здесь, при дворе.

- Но разве меня не станут обучать боевому искусству? - удивленно посмотрел на отца Энд.

- Отчасти. В основном, ты будешь познавать мастерство правителя, а не воина. Когда-то я выбрал именно этот путь, - правитель дотронулся до густой бороды. - И, как видишь, мы не ведаем воин, да поможет нам Небо. У тебя будет время, чтобы подумать.

Энд кивнул, но ничего не ответил. Арторикс встал с борта каменного фонтана, и принц тоже машинально поднялся. Как-то неловко вздохнув, правитель развернулся и вышел из сада, оставляя сына одного.

Энду казалось, что отец хочет, чтобы он шел по его стопам. И в этом был смысл. Да и сам мальчик желал бы быть таким же сильным, мудрым и уважаемым, как отец. Арторикс передал бы своему наследнику все, что он знает, вырастил бы достойного преемника. Только вот сердце мальчика лежало к другому. Он всегда мечтал быть наравне со своими старшими товарищами, также твердо держать меч, знать все тяготы и все томящие, манящие приключения солдатской жизни; ломать одну краюшку хлеба на всех и пахнуть общим костром. Но как не разочаровать отца? И как сделать правильный выбор? А вдруг он возьмется совсем не за то и осрамит свой род?

От этих мыслей мальчику становилось практически плохо. Нет, в одиночку он не решит этой загадки ни за что. Быть может, стоит посоветоваться с кем-то? "Кунсайт!" - тут же подумал принц и пустился в оружейный зал.

Естественно, самый старший лорд был уже там. Он занимался с самого утра и часто до поздней ночи: бился на мечах, стрелял из лука или арбалета, фехтовал и метал ножи. Иногда Энду казалось, что он не устает вовсе, лишь капельки пота на его лбу и висках выдавали напряжение и утомление. Сейчас он ловко метал ножи в деревянный щит, прикрепленный к стене. Смуглое красивое лицо его было недвижным и сосредоточенным.

- Кун? - робко спросил Энд, и его голос гулко прокатился по пустынному светлому залу. Последний нож, брошенный Кунсайтом, почти не попал в цель.

- Что? - юноша обернулся на голос. Белая свободная рубашка была мокрой от пота.

- Мне надо бы кое-что у тебя спросить, - и как-то даже неловко отвлекать старшего товарища по такой глупости. Не дай Бог Кун подумает, что у его принца собственной головы на плечах нет! - То есть, посоветоваться.

- Что ж, если я могу тебе помочь... - чуть пожал лорд Льда мускулистыми плечами и упругой походкой направился к другу. Пусть Эндимиону всего тринадцать, но Кунсайт обязан ему помочь, недаром же он главный!

- Отец просил меня решить, что я выберу. Ну... военную службу или обучение при дворе, - мальчик смущенно покраснел. - И я подумал...

- Подумал, что я смогу решить за тебя этот вопрос? - бесстрастно спросил Кун. Энд тут же поругал себя за то, что решил выспросить все именно у него.

- Нет. Я думал, что ты поможешь мне определиться, - задиристо ответил принц, хмуря темные брови.

- Это не может сделать никто, кроме тебя. Ты должен решить сам, - спокойно пожал плечами лорд. Вот уж кто точно не будет обращаться к кому-то за советом. - Ты должен понять, чего ты хочешь.

- Я хочу, чтобы ты научил меня всему! - заявил Энд, уже злясь. Помощничек нашелся!

- Всему? - белесая бровь вопросительно приподнялась, но голос остался таким же ровным.

- Да, всему. Всему, что умеешь. До отъезда в училище осталось два месяца. Я хочу ехать туда подготовленным, - сердито ответил принц.

- Ты думаешь, это так просто?

- Я так не думаю. Но я уверен, что ты можешь. Ты же можешь?.. - в голосе Энда невольно появилась надежда, и лицо Куна смягчилось, правда, лишь на несколько секунд. Затем он резко развернулся и молниеносно метнул нож в самый центр щита.

Энд завороженно уставился на покачивающуюся рукоятку.

- Ты хочешь добиться таких же результатов? - спросил лорд принца, и Энд кивнул, не в силах отвести взгляд от ножа. - Тогда усвой урок номер один: никогда ни на кого не надейся полностью. Ни в учебе, ни в бою. Я могу лишь давать тебе пример. Если ты не будешь трудиться и пробовать что-то свое, ты провалишься. Ни лентяи, ни люди с посредственным мышлением долго на войне не живут, - видя, как оробел его ученик, Кунсайт неожиданно тонко улыбнулся. - А ты молодец. Зойсайта вот силком пришлось в зал тащить.

От удовольствия у Энда запылали уши. Ничтожная похвала, а как приятно слышать ее из уст строгого и неэмоционального Кунсайта!

- Ты будешь приходить сюда каждое утро. В любой день. В семь часов я должен наблюдать тебя здесь, это понятно? - хлоп! И нет благодушия! Строгий командирский тон.

Энд снова кивнул.

Он заставит отца гордиться собой. Заставит и Кунсайта. Остальных не придется заставлять, потому что он будет добиваться своего. Нет, он не сможет покинуть своих товарищей, спрятаться за их спины в случае беды. Он будет биться наряду с ними. Будет. Потому что он - часть их братства.

И никто и никогда не скажет Эндимиону, что он - всего лишь символ. Он - воин. Он - хранитель своей планеты.
 
сообщение 28.03.2016, 18:31
Сообщение #11
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Глава 7. Плен


Ливия почти ненавидела своего жениха. Она вообще не любила чересчур смазливых и благополучных людей, они вызывали в ней чувство презрения. А Нефрит мало того что был красив, богат и родовит, так еще и жуткий романтик и щеголь. Безукоризненный китель, высокие сапоги, сияющие эполеты на ладной фигуре - всё в нем. Этакий породистый пес среди дворняжек. Даже Кунсайт, всегда аккуратный и сдержанный, не создавал такого впечатления в свете, как его младший товарищ, по одной осанке которого можно сказать, что он истинный аристократ. Ливия не могла находиться в его обществе и пяти минут; и, надо сказать, больше из собственной вредности, а не из-за поведения лорда. Неф-то вел себя почти как паинька, считая ссору с женщиной ниже своего достоинства. Зато принцесса никогда не стеснялась в выражениях, стараясь как можно глубже и больнее задеть напыщенного лорда. Во время скучнейших визитов на Землю, отрывающих ее от стрельбы из лука и охоты, девушка только тем и развлекалась, что выводила своего женишка из себя. И лишь иногда, когда оставалась одна, с горечью думала, как несчастна и невыносима будет их семейная жизнь.

Нефрит будет "идеальной партией", как всегда говорила мать Ливии. Да и как не стыдно ей корить судьбу, ведь ее будущий муж столь хорош собой и благороден? А Ливии кричать хотелось от тоски, волком выть при мысли, что ее запрут в клетке, скуют кандалами брака и до конца жизни свяжут с человеком, который никогда не поймет ее. Что ему воля, лес, скорость? Что ему разгоряченные кони, бегущие в горы? Что ему черное, спрыснутое звездным молоком небо и ломота в теле от долгой неистовой скачки? Там, где выросла она, бьются до смерти, бьются отчаянно, не на жизнь, а насмерть. Там, где воспитывался он, дерутся до первой крови, соблюдая законы чести. Они из разных миров. Они чужие друг другу. А как легко было в детстве: мирись, мирись, мирись и больше не дерись...

Почему у других все не так? Почему Рейя и Джед так понимают друг друга, словно вместе не одно тысячелетие, словно живут, не зная расставаний? Почему Миналин и Кун хоть и часто ссорятся, но еще чаще целуются в зарослях душистой азалии, наплевав на обиды и приличие? Почему Энд и Луни могут говорить обо всем на свете? А Зой хоть и задирает Миливию, первым же бежит к ней, чтобы поделиться и горем, и радостью? Почему ее, Ливию, практически выворачивает при одной мысли о женихе? Его недопустимо, практически до неприличия красивое лицо, неестественно синие глаза, густые вьющиеся волосы, чувственные, четко очерченные подбородок и рот, широкие плечи, крепкие мышцы, упругая походка - всё слишком, всё чересчур. Он как ядовитый цветок диковинной красоты, приманивающий легкомысленных мотыльков, а потом безжалостно захлопывающий ловушку смертоносных створок. От него жди беды. Ливия это кожей чувствовала. Мужчина должен быть воином, как Кун, мыслителем, как Джед, стратегом, как Зой, предводителем, как Энд. А не смазливой картинкой. Да и она не подходит ему ничуть. Гораздо лучше бы подошла та же Миналин с ее ангельски-кукольной красотой или уж Миливия. Конечно, в плане внешности она ему не чета, но хотя бы слова поперек не скажет.

Да, увы, Ливия не леди. А может, и не увы. Амазонка. Высокий рост, крепкое тело, волевое, откровенное лицо с высоким лбом и колкими зелеными глазами; по-женски мягкие и округлые плечи, высокая грудь, но отлично поставленный кулак, тяжелая походка. Прекрасная наездница, умелый воин. Она даже лет в тринадцать просила отца ампутировать грудь, чтобы легче было стрелять из лука, как это делали истинные Амазонки. Конечно, это было ребячеством. Но уже тогда можно было понять, что светская леди из нее не получится.

Она никогда не будет уважать своего мужа, а значит, и любить. Всегда будет чувствовать себя сильнее его, умнее, крепче. Не видать ей женского счастья. Так пусть хотя бы будет это маленькое удовольствие подтрунивать над лордом, вымещать на нем свое беспомощное раздражение, полное темной горечи и тоски. И самое отвратительное, что Неф практически всегда себя сдерживал. Лицо его каменело, становилось жестким и даже жестоким, но он терпел. И иногда Ливии казалось, что она всего лишь глупая, капризная девчонка.

Ливии безмерно досадило то, что на Туйу ее отправили вместе с Нефом. Точнее, наоборот. Это ее приставили к Нефриту, который считался лучшим дипломатом среди лордов. Почему-то это его достоинство девушка никак не считала таковым, рассудив, что умение заболтать и умаслить - это качество базарной торговки, а не настоящего мужчины. Ливия куда охотнее поехала бы с Кунсайтом, Джедом или Эндом, но отказаться от поездки с Нефритом означало проигрыш и трусость, так что девушка тут же согласилась на эту миссию, решив, что расхлебывать последствия согласия будет позже. Тем более, туйеанцы - важнейшие союзники не только Земли, но и Юпитера. Все жители этого острова занимаются гончарным искусством, их работы - самые лучшие во всей Солнечной системе. Ливия планировала не только замолвить словечко о соглашении со своей планетой, но и посмотреть, как изготавливаются настоящие туйеанские копья и мечи. А для этого можно и потерпеть недельку-другую. Тем более, им с Нефритом совершенно незачем пересекаться.

Погода на море радовала своей теплотой, легкой свежестью западного ветерка. Принцесса спала под открытым небом, игнорируя роскошно обставленную каюту со всеми удобствами, смотрела на звезды или усталых матросов, и днем и ночью снующих по тартане*. Это было ей гораздо больше по душе, чем нудные приемы и балы, дешевый придворный флирт и обжорство. Плыть и плыть бы по бесконечному океану, слушать ропот волн, спать на жесткой подстилке и видеть это бархатистое небо над головой. Так упоительно хорошо, так вольно дышать!..

Принцесса и не заметила, как ее сморил сон. Разбудил ее жуткий грохот, доносящийся откуда-то с носа тартаны, напоминающий стук деревянных бочек о пол. Наверное, какой-то незадачливый матрос... Но не успела девушка так подумать, как на ее лицо накинули жесткий кусок рогожи, заставивший девушку вскричать от неожиданности и изумления. Удар, - и темнота.

Очнулась Ливия уже связанной, да так крепко, что руки онемели. Комнатка, в которой она полулежала прямо на полу, была тесной и темной, напоминающей подсобное помещение, потому что можно было разглядеть силуэты швабр и ведер. От неудобной позы все тело принцессы ломило, и она не сдержалась и выругалась сквозь зубы. Что это за идиотские шуточки? Не могли же на них и в самом деле напасть! Странно, но страха не было. Только бесконечный гнев.

- Эй, есть тут кто-нибудь? - громко крикнула она, не желая и секунды оставаться в неведении и терпеть такое свинское отношение. Они еще посмотрят у нее!.. Кем бы они ни были! - Эй!

- Что вопишь? - люк приоткрылся, впуская в комнатушку режущий луч света, и кто-то сплюнул рядом с лицом сощурившейся двушки. - Соскучилась? - обладатель грубого прокуренного голоса хохотнул. - Ничего, скоро твоего дружка обработаем и к тебе закинем.

- Какого еще дружка? - хмуро протянула принцесса, не понимая, о ком речь. Глаза чуть привыкли к свету, но собеседник не высовывался, и девушка не могла его разглядеть.

- Красавчика твоего напомаженного, - охотно пояснил налетчик и захохотал, довольный своим остроумием. - Покрепче оказался, чем мы ожидали, но и он из мяса и костей сделан. Разберемся!

- Нефрит? - опустившимся голосом выдохнула Ливия. Нет. Это не шутка. Этого просто. Не может. Быть.

- А по мне хоть алмаз с бриллиантом! - заржал мужик.

- Что вам надо? - Ливии жутко не понравилось, что в ее голос просочился страх. Не должно его быть. Она не кисейная барышня.

- Сиди молча, - вдруг неожиданно огрызнулся "шутник". - Не лезь не в свои дела! - и захлопнул крышку люка.

Темнота. Бац! - и как будто не было света. И стало вдруг так удушающе страшно!

- Эй! А ну отопри меня! - закричала Ливия не своим голосом, но, конечно, никто ей не ответил.

Полчаса стояла гробовая тишина, потом раздались голоса по меньшей мере четырех мужчин, крышка открылась, и на принцессу скинули почти бездыханное тело. Люк закрылся. Ливия приняла бы тело просто за мешок, но оно было теплым и, несомненно, живым. Девушка попыталась пошевелиться, но путы мешали ей, а мужчина (вряд ли женщина столь тяжела) и не думал приходить в себя и облегчать ей жизнь.

- Неф, - как-то жалко проскулила Ливия, поражаясь своей догадке. - Неф, это ты? - тело молчало.

А потом были самые длинные часы в жизни Ливии. Часы, где каждая минута тишины равнялась часу...

***

Нефрит что-то простонал и пошевелился.

- Неф? - голос девушки охрип. Онемения почти не чувствовалось, лишь легкость, и кожа необычайно чувствительна, словно на юноше не китель, а наждачка. - Неф?

- Ливи? - слабое, удивленное.

- Я, я! - девушка никогда не думала, что будет так радоваться его голосу. Все эти часы она только и думала о том, чтобы он не умер. И вот подлинное доказательство того, что лорд приходит в себя. - Как ты?

- Бывало и получше. Помоги-ка мне с тебя скатиться.

Насколько могла, Ливия перевалилась на правый бок, и Неф почти кулем упал на пол, едва подавив стон.

- Тебя не тронули?

- Нет.

- И то хорошо, - лорд дышал тяжело, натужно. - А у меня, кажется, сломана пара ребер, - и замолчал, понимая, что его невесту вряд ли волнуют его раны. И он в целом.

- Чего они хотят? - наверное, ему мерещится ее сочувствие.

- Что и все. Выкуп. Пытались выбить из меня координаты. Я молчал. Правда, бесполезно все это. Наверняка они уже давно залезли в мою каюту и знают о нас гораздо больше, чем мы сами.

- Но ты же мог... воспользоваться силой. Ты же маг, - как-то робко спросила девушка, отчего-то боясь спрашивать лорда и обвинять тем самым в бездействии. Что ее так переломило? Что заставило?..

- И тогда бы разнес здесь все и всех, - продолжил за нее Нефрит, откашливаясь и хрипя. - Как и ты. Знаешь, я часто думал, почему женят именно нас с тобой. Почему в пару тебе не поставили, например, Куна, а мне - ту же Лин. И понимаю только сейчас. Наши силы и энергия космического масштаба, они чаще губительны и опасны, нежели добры. Ни ты, ни я никогда не используем свои возможности даже на половину, иначе мы можем разрушить целые миры. Против меня можешь бороться только ты и Энд, но если лишь призовет магию Земли. Только вы же способны и соединяться со мной, - и неожиданно перешел на прежнюю тему: - Знаешь, я в ответе за всех этих матросов, за каждого из них. Как предводитель и лорд. И я не имел права спасти свою шкуру и идти в открытый бой. Ты ведь это осуждаешь?

- Нет, - тихо ответила Ливия после некоторого молчания. На что-то более развернутое и эмоциональное она физически не была способна.

- Тогда мы будем ждать выкупа. Ни ты, ни я не способны защитить наших людей. Так что постараемся им не навредить.

Когда Нефа (в лучах света Ливия наконец увидела, что он окровавлен с головы до ног) утащили в следующий раз, девушка знала, что он даст данные короля и добровольно напишет ему письмо. В другой ситуации она бы возненавидела его бездействие, но сейчас ясно понимала, что его решение было самым мудрым из возможных. Сама бы Ливия кинулась в бой и проиграла бы гораздо больше, чем выиграла. Не так пуст Нефрит, как ей казалось.

А через два дня их всех освободили. Ни Неф, ни Ливия не участвовали в сражении, их тут же отправили во дворец, в лазарет, где скорейшим образом взялись за их здоровье. У Ливии были лишь царапины и синяки, Нефриту запретили даже вставать с постели. Принцесса отчего-то не решалась хотя бы зайти к нему, пока лорд не прислал ей записку:

"Принцесса!
Прошу Вас навестить меня в моей комнате после полудня. Дело огромной важности. Н."


Краснея и волнуясь, девушка спустилась в больничное крыло и постучала в двери. Услышав вежливое "Войдите", она зашла внутрь. Нефрит лежал на постели, по пояс закрывшись одеялом. Грудь его была стянута бинтами, как и предплечье, лицо покрыто ссадинами, но жалко он не выглядел. Кивнув, он указал на стул, стоящий у кровати.

- Я не займу много времени.

Девушка села.

- Сегодня утром я говорил с королем. Он согласился, хоть и не без уговоров, поговорить о расторжении нашей помолвки.

Ливия пораженно молчала. Она столько добивалась этого, но, оказывается, так все просто! Всего лишь разговор. Но что же так стискивает горло? Почему его спокойствие так ранит?

- Я не могу сказать, что это было просто. Мы разрываем альянс, который был придуман еще до нашего рождения, - голос Нефа был сух и вежлив. - Но я постарался убедить Арторикса, что вместе мы ну никак не можем. Надеюсь, великие правители простят и поймут нас, - он опустил глаза, но тут же поднял их, впиваясь взглядом в пылающее лицо принцессы. - Наша свадьба должна была состояться этой зимой. И хотя ее не будет, я хочу подарить тебе вот это, - в его пальцах появилось кольцо с круглым камнем, половинка которого была зеленой, а другая - синей. - Прими его хотя бы из вежливости, в знак нашего примирения. Не желаю, чтобы тебе от меня остались только дурные воспоминания.

Девушка дрогнула и взяла колечко, а потом осторожно надела его на палец. Как назло, именно на тот, на который надевают обручальное. Неф слегка побледнел и отвернулся к окну, и принцесса как можно незаметнее стащила украшение в ладонь. Серебряный ободок жег кожу.

- Спасибо.

Лорд кивнул, не поворачивая к ней головы. Девушка встала. И собственное тело казалось ей тяжелее груды камней. Горло сдавило, ноги отказались идти.

- Неф! - она удивилась своему голосу - сильному, громкому, почти требовательному. Юноша удивленно посмотрел на нее. - Наденешь мне его зимой, - за пару стремительных шагов принцесса достигла кровати лорда и вложила в его ладонь кольцо.

А потом опрометью бросилась из комнаты.

Даже спустя годы она не могла понять, почему поступила так и не иначе.

*Тартана, тартан — небольшое средиземноморское судно XVI-XIX веков с косым парусным вооружением.
Примечания:
Обещанная история Ливия и Нефа. Прощальный привет перед отъездом!
 
сообщение 28.03.2016, 18:32
Сообщение #12
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Глава 8. После бала (комната Миливии)


- Нет, ты видела, ты видела?! - никак не могла успокоиться Серенити, расплетая свои оданго. Ее светлые волосы разметались по белой ночной сорочке и простыне мягкой кровати. - Такой обходительный, строгий, галантный. А как он на меня смотрел! - девушка мечтательно возвела глаза к потолку. - Не могу дождаться нашей свадьбы. Мы с ним... вдвоем... - она блаженно затихла.

Все принцессы, уже облаченные в ночные наряды, расположились в комнате Миливии, чтобы поделиться слишком яркими впечатлениями от земного бала.

- По-моему, ты перечитала романов, - Рейяна была спокойна, но темные глаза ее были колкими и насмешливыми; принцесса Марса сидела у камина, и щеки ее пылали.

- Ты иногда говоришь такие вредности, Рейя, - с упреком посмотрела на подругу Луни. - Неужели ты не мечтаешь о Джеде? Стой, молчи! - замахала она руками, когда Рейя нахмурилась и открыла рот, чтобы достойно ответить. - А то я вас не видела!

- Да брось ты, Рейя, дай ей излить радость, - засмеялась Ливия и присела рядом с Луни. - Ну, делись.

- Так вот... - на лице принцессы Луны снова появилось мечтательное блаженство. - Вы заметили, как Энд возмужал? У него плечи шире, чем у Зойсайта!

- У Зойя конституция такая, - вступилась за жениха Мил, расчесывающая недлинные волосы, и привычно раскраснелась, но Серенити, прибывающая в персональном экстазе, не обратила на ее слова никакого внимания:

- И ему так идет эта черная форма! Все дамы косились на него!

Миналин, лежащая на кровати и смотрящая на огонь, фыркнула. У нее на этот счет было свое мнение.

- Энд танцевал со мной все танцы... Все-все! Я такая счастливая, девочки! Он любит меня, да, да! Если бы не любил, то не приглашал бы на каждый танец, я уверена! Только жаль, что Энд такой неразговорчивый, - на секунду принцесса надула губки. - Я бы хотела, чтобы он все-таки говорил о своей любви, а не загадочно улыбался время от времени.

- Чем больше слов, тем меньше правды, - категорично заявила Рейя, встряхивая водопад черных волос и проводя по ним щеткой. - Настоящая любовь не нуждается в вечных признаниях.

- Много ты понимаешь, - беззлобно фыркнула Луни. Вот еще! Как же без признаний? И признания должны быть, и цветы, и открытки. Еще бы желательно какой-нибудь героический поступок совершить. Например, убить шестиглавого дракона. Нет, двенадцатиглавого! И посвятить эту победу ей, Серенити. Самой нежной, прекрасной, великолепной девушке...

- Это у тебя, Рейя, так все хорошо, - усмехнулась Ливия, приобняв насупившуюся принцессу Луны. - Вы с Джедом больше пяти слов за вечер не сказали. Вам не надо, все и так понятно, - марсианка неожиданно зарделась. - А вот некоторым было бы неплохо хоть время от времени рот открывать. Вон, Лин вся извелась! Кун взглянул в ее сторону едва ли раз!

- Могла бы и не начинать сейчас, - пробубнила Миналин, по лицу которой было ясно, что она больше всех недовольна прошедшим праздником. - Я не понимаю, как эта северная льдина может быть такой бесчувственной! - девушка в сердцах ударила изящной ладошкой по матрасу. - Я крутилась около него весь вечер, а он едва удостоил меня кивком головы!

- Ну мало ли что могло случиться... - постаралась утешить подругу Миливия. - Кажется, они с Зойем поссорились.

- Вот-вот! И Кун весь вечер метал в его сторону прожигающие взгляды! - огрызнулась Миналин. - Уж что учудил твой ненаглядный, я не знаю, но ему обязательно достанется от меня! В мой же праздник я осталась без внимания!

- Зато я порядком устала! - встряла Ливия. - Нефрит и на полчаса меня не оставлял. По этикету не положено, я же его дама! Господи, как иногда мне хотелось...

- Поцеловать его?

- Дать ему затрещину! - закончила Ливи и недовольно покосилась на хихикающую Луни. Хотя все равно было ясно, что ей отчасти было приятно внимание Нефрита. Уж лучше так, чем холодное безразличие, коим одарил сегодня Миналин Кунсайт.

- А вы знаете, что я видела?! - вдруг подпрыгнула на кровати Серенити и заговорщически подмигнула Миливии. - А я видела, как Миливия и Зойса-а-айт... - почти пропела девушка, но тут же ей в голову прилетела диванная подушка, кинутая вспыхнувшей, будто маков цвет, Мил:

- Молчи!

Серенити расхохоталась и кинула подушку на Лин:

- Как они целовались!

Все принцессы ободряюще и понимающе улыбнулись сгорающей со стыда принцессе, готовой провалиться сквозь землю.

- Ну и что же? - пискнула она, напоминая птенчика, пытающего защититься от подобравшейся кошки.

- О, это было очень неприлично, леди Миливия, - с комичной серьезностью сказала Луни, и остальные прыснули, лишь бедная принцесса Меркурия чуть не плакала от смущения и досады. - Лорд Зойсайт прижал вас прямо к колонне и, не стесняясь, целовал. Разве благовоспитанные леди такое позволяют?

- Хватит издеваться, - осадила подругу Миналин, - не обращай на эту пересмешницу внимания, Мил! Ты же знаешь, язык у нее без костей.

Принцесса Меркурия обиженно отвернулась.

- Она просто тебе завидует, - едко вставила Ливия.

- Вот еще! Мой Энд, когда хоть немного расшевелится, постоянно будет меня целовать! - гордо заявила Луни, вскакивая на кровати у упирая руки в бока. Но тут же улыбка пропала с ее лица. - Вопрос только в том, как скоро я смогу его расшатать. Он же такой серьезный. И тогда...

- Хватит, маленькая болтушка, - расхохоталась Ливия.

- Эх, Рейя, как я тебе завидую! - неожиданно серьезно заявила Серенити, и все девушки с удивлением на нее уставились. - Джед тоже такой сдержанный. Но он с тобой нежный, что ли. Ему совсем необязательно говорить тебе о любви... а вот мне... а вот мне хотя бы этого добиться... - она захлюпала носом.

- Боже, Луни, какая ты все-таки переменчивая, - Ливия прижала подружку к себе, и остальные девочки тоже присели поближе, забывая обо всем другом. - Все у тебя еще будет, вот увидишь.

- Тебе ли жаловаться? - грустно усмехнулась Миналин.

- Энд влюблен в тебя, это все знают! - подбодрила Миливия.

- А если он, наглец такой, еще не влюблен, то никуда не денется! - победно заявила Ливия.

- Влюбится и женится! - серьезно добавила принцесса Марса.

Девушки болтали и смеялись до глубокой ночи, рассказывая о своих мыслях и мечтах, и в конце разговора даже Ливии пришлось признать, что Нефрит не такой уж напыщенный дурак, а Миналин отменила кару над Зойем. И нет времени откровеннее, чем ночь, нет сердца ближе, чем сердце подруги.

В свою комнату Миналин возвращалась с легким сердцем, забыв все неурядицы. И уж никак не ожидала, что навстречу ей выбежит служанка.

- Леди Миналин? - девушка, укутанная в плащ, не дожидаясь ответа изумленной принцессы, сунула ей что-то в руки. - Это вам, - и тут же скрылась за поворотом.

Не сдержавшись, Лин тут же развернула бумажную обертку, перевязанную сверху. Внутри оказалась нераспустившаяся до конца желтая розочка в небольшом горшочке. А на крохотном кусочке бумаги старательно выведено: "Моей М."
 
сообщение 28.03.2016, 18:32
Сообщение #13
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Глава 8. После бала (комната Джедайта)


- Нет, это правда было весело, - не переставал щебетать Зойсайт, единственный из юношей, расположившихся в полутемной комнате Джеда, которая была негласно признана самой уютной. - Я танцевал до упаду и не пропустил ни одного танца. Хоть какая-то отдушина после скучнейших военных занятий! И перестань смотреть на меня так, Кунсайт! - уже недовольно закончил он.

Кунсайт не ответил, но гневного холодного взгляда не отвел, и Неф всерьез стал опасаться, что тот что-нибудь да учудит. Нервы у Куна железные, но и они иногда сбои дают.

- Зой, ты бы помолчал, что ли, - заметил Эндимион, разлегшийся в кресле перед камином. - Сам ведь нарываешься на разборки. Уж не знаю, что там произошло...

- Абсолютно ничего, что бы вас касалось, - гордо вздернул веснушчатый нос лорд огня с видом полнейшей независимости. - И в частности - Кунсайта.

- Поподробнее, пожалуйста, - усмехнулся Нефрит, откидывая рубашку в сторону. Слава небу, больше не нужно носить душный китель и сапоги!

- Не лучшее время все это обсуждать, - подал голос Джед, садясь на широкий подоконник. - Чую знатную трепку.

- Отчего же! Пусть похвастается своими успехами, - скривил губы Кунсайт, и голос его был до мурашек ровным, как и льдинистый взгляд. - Опозорил нас перед всеми. Моя бы воля - я бы вышвырнул тебя из замка, как щенка.

Нефрит взволнованно заерзал и перекинулся взглядом с Эндом и Джедом; Зойсайт так и вовсе побурел:

- Что? - тоненько и возмущенно пискнул он, готовый, кажется, биться до последнего из всех воробьиных сил.

- Что слышал, - отрезал Кун. - Мало тебя гоняют.

- Так, все, - замахал руками вконец смутившийся принц, - что такого чудовищного он совершил?! Не иначе как разболтал государственную тайну или продал свой титул за бесценок!

- Хуже. Он подставил всех нас, осмеял. Мозгов у тебя, Зойсайт, как у ребенка, - все так же ровно выплюнул Кунсайт, и Зой вскочил с кровати. Его худое лицо резко побледнело, глаза наполнились ужасом. Никто и опомниться не успел, как он выскочил из комнаты, оставив после себя сноп искр.

- Ну, Кунсайт, - с досадой прорычал Нефрит, - думай, что говоришь, - и выбежал за другом, как был, без рубашки.

- Объяснись, - сурово практически приказал Энд, глядя на хлопнувшие двери.

- У мальчишки никакого воспитания и чувства такта, - взвился лорд льда и заметался по комнате, - он без умолку болтает, глотает бокалами вино, травит неприличные шутки и зажимает по углам Миливию у всех на виду! Мои слова просто проходят мимо ушей, а больше на него, как известно, никто воздействовать не может. Я всегда думал, что леди Миливия - девица разумная, но и она потакает этому маленькому капризному мерзавцу, порочащему наш титул! Не знаю, как вам, но мне он испортил весь праздник. А ведь это был день совершеннолетия Миналин! - закончил Кунсайт с еще большим жаром.

- Не слишком ли ты суров, Кун? - с сомнением пожал плечами Джедайт. - Ты же знаешь, Зойсайт всегда таким был - без царя в голове. Что чувствует, то и порет на общее обозрение.

- И при этом умудряется быть всеобщим любимчиком, - подхватил Энд. - Трепка ему не помешает, согласен. Рамки надо иметь. Но ты перегнул, безусловно.

- И в чем же? - саркастично улыбнулся Кунсайт.

- Во всем, Кун, во всем. Да, Зой болтает, но его острый язык собирает вокруг него целую толпу заинтересованных зрителей. Да, он несколько налегает на вино. Но никогда я не видел, чтобы он находился в свинском состоянии. Да, он остряк и умеет пошутить за гранью. У него всегда это получается непосредственно и не пошло. А Миливия и вовсе его невеста, которую он не видит большую часть года.

- Ты его так мило обелил, дорогой мой Джедайт, - холодно бросил Кунсайт. - Прямо мальчик-одуванчик получился. Все смотрят на него сквозь розовые очки. А он всего лишь маленький невоспитанных юнец, который вот-вот превратится в пустоголового и праздного мужчину.

- Вспомни, Кун, ты говоришь про своего брата! - пораженно и сурово воскликнул принц. - Про человека, которого учил держать меч и смотреть в лицо опасности! Ты его главный авторитет!

- Авторитет? - покачал головой Кунсайт. - Был бы авторитетом, он бы хоть чуть-чуть прислушивался к моему мнению. А для него не важно ничто, кроме собственных прихотей.

- Ты знаешь, что это не так, знаешь. И вообще - такой праздник испортился... - вздохнул Джедайт. - Кажется, я даже чуть-чуть соскучился по балам.

- Скорее, по марсианке своей ненаглядной, - фыркнул Эндимион, за что получил внимательный осуждающий взгляд:

- Страшись, Энд, сказанного слова...

Энд от души показал ему язык и отвернулся. Двери в комнату снова открылись, и в центр прошел Нефрит, буквально волочащий Зойсайта за ворот шелковой рубашки. Зой не сопротивлялся, но в сторону Кунсайта не смотрел принципиально.

- А ты соврал, Кун, что его мало гоняют, - Нефрит снова уселся, - он бегает как черт! Я бы ни за что его не поймал, если бы не магия. Шикарное завершение вечера, ничего не скажешь! - несмотря на явный сарказм, лорд звезд улыбался. - И девушка в далекое плавание отправила, и нос себе чуть не разбил, гоняясь за Зойем.

- Не все же у нас такие везунчики в любви, - презрительно фыркнул Кунсайт.

- Кто бы рычал, - вскинулся Зой со своего места, исподлобья глядя на старшего товарища. - Сам себя вел, как бревно неотесанное. Миналин чуть не плакала от обиды.

Кунсайт только поджал губы.

Разошлись через полчаса. Нефрит, Эндимион и Джед - подшучивая друг над другом, Зойсайт выскочил первым, а Кун ушел в полном молчании.

В его душе бушевала тревога и... вина? Не перед капризным мальчишкой, конечно. Он свою трепку заслуженно получил. Ему такая вот встряска не помешает. А вот принцессу и правда жалко. Его промах. Сам-то чем лучше?

Подумав, Кун вспомнил цветы, которые когда-то видел у королевы Венеры в волосах. Желтые розы. Прекрасные, яркие, хрупкие. Как Миналин. Почему бы не сделать хоть какую-то попытку все исправить?

Через несколько секунд в его руках материализовался горшочек с маленьким, тщедушным цветком. Да, слабовато. А может, так лучше? Ведь и Лин только-только распускается, как этот бутон.

Вздохнув, юноша направился к себе. Осталось лишь отправить подарок по назначению...
 
сообщение 28.03.2016, 18:33
Сообщение #14
Генерал-майор



Группа: Администраторы
Сообщений: 419
Регистрация: 06.05.2013
Пользователь №:
Статус: Offline



Глава 9. Не сказочный принц


Вдохновленная артом В.С. (тот самый портрет Серенити):
http://vk.com/pretty_....1%2Frev

Наверное, все-таки дурак тот, кто придумал, что принцы должны быть именно прекрасными.


Эндимион наотрез отказался заказать свой портрет, как бы его не уговаривали. Как только он представлял свою вихрастую голову с оттопыренными ушами, старательно выведенную льстивым художником на огромном полотне в золотой раме, ему хотелось в панику удариться, не иначе. Ну или такого красавца писанного нарисуют, что мать родная сына своего не признает, а остальные только ужаснутся: какой, оказывается, неприглядный у них принц! Вот такое противоречие: и правды видеть не хочется, и неправды - тоже.

Кунсайт ему битый час про традиции рассказывал, что, мол, монаршим особам обязательно нужно иметь свой портрет, чтобы потомки знали и помнили своего предка, а Неф и вовсе с удовольствием подменил бы Энда и попозировал художнику, дабы запечатлеть свою неземную красоту, и все сокрушался о том, что Энд теряет замечательный шанс. Ни одна форма уговоров на принца не действовала. Ему категорически не нравилась идея часами стоять изваянием и строить из себя величественного наследника трона, в то время как он мог бы потренироваться в верховой езде, пострелять из лука или почистить свой меч. Эндимион не любил праздность. И свои оттопыренные уши - тоже. Так что нечего было и думать о пустяковом времяпрепровождении. Ну, хотя бы Зойсайт в этом его поддерживал.

- А ты посмотри на это с другой стороны, - сказал принцу Джед, когда они вдвоем поднимались на холм, находящийся в нескольких километрах от замка.

Кругом было все заснежено: зима давно вступила в свои права и привела лес в сонное оцепенение. От ослепительного снега болели глаза; звонко хрустел наст под ногами. Небо сияло голубизной и было словно обернуто плотной синей тканью; иногда Энду казалось, что он слышит, как трещат в вышине натянутые нити. Он и Джед пробирались на самую вершину пустынного холма, чтобы вдали ото всех пострелять из лука.

- Что ты хочешь этим сказать? - принц старался дышать ровнее, чтобы не показать, что несколько устал.

- Почему ты вдруг решил, что кто-то станет обрисовывать твои недостатки? Или сделает тебя лучше, чем ты есть на самом деле? - в голубых глазах старшего товарища горел тот спокойный, мягкий свет, который был только у него. Глаза Куна всегда прохладны, Зойя - хитры, Нефрита - насмешливы и даже игривы, а вот Джед одним своим взглядом способен внушить умиротворение. И это придавало Энду уверенность в себе, надежду в то, что его правильно поймут.

- Так делают все художники, - скривил губы принц, - либо стараются угодить всеми силами и приукрашивают человека до невозможности, либо...

- Правдивы до безобразия? - Джед пытливо улыбнулся, отчего Энд вспыхнул до кончиков злополучных ушей. - Я, конечно, о талантливых художниках сейчас.

- Наверное, да, - решил признаться Эндимион, хотя это стоило ему огромного труда. Смешно! Наследного принца Земли больше всего на свете интересуют его уши! Каламбур, да и только! - Мне бы не хотелось, чтобы все видели меня таким, каков я есть. Ну... То есть...

- Кажется, кто-то сам себе противоречит, - Джед погрозил пальцем и на секунду приостановился, словно примеряя, сколько еще им идти. Похоже, не больше минуты. - А тебе не кажется, что быть самим собой - это и есть истинное счастье? Не представляться людям лучше, чем есть, или хуже, не вводить в заблуждение, не утаивать, а смотреть на мир смело, как бы говоря, что ты - такой и другим не будешь? Ты понимаешь, о чем я?

- Наверное, да.

- Другое дело, что сам себя ты не слишком устраиваешь. И тебе кажется, что, глядя на твой портрет, все будут разглядывать твои недостатки, которые, быть может, по большему счету, ты сам себе и выдумал!

- Ничего не выдумал... - иногда Энду казалось, что Джед невозможно стар для него, почти как Кунсайт, таким он был рассудительным.

Наконец, они достигли вершины. И замок, и лес - как на ладони! И такая звонкая тишина, что в голове гудит!

- Вспомни портрет Серенити, который ты видел во дворце Луны, - Джед достал из своего колчана лук и стрелу. - Что ты видишь перед глазами?

Энд мгновенно вспомнил огромный портрет, выставленный в розовой зале лунного дворца, в которой маленькая Серенити когда-то занималась танцами со своими фрейлинами. Он был таким огромным и заметным в пустом помещении, что казался еще больше на фоне простоты убранства комнаты и будто бы занимал всю стену от пола до потолка. На нем была запечатлена принцесса в легком светлом платье, будто замершая от неожиданности, словно художник невзначай увидел ее и тут же нарисовал картину. Вроде бы она только что танцевала в этой самой розовой зале, а потом вдруг очутилась на холсте - удивленная, воздушная, слегка растрепанная от быстрых движений. Пара прозрачных крыльев все еще дрожали за ее спиной, взгляд хранил отрешенность недавнего танца, но уже блестел пробуждением и любопытством к тому, кто смотрел на нее по другую сторону реальности.

- Судя по тому, как ты залился краской, - решил подтрунить Джедайт, выпрямляясь и готовясь выстрелить в сторону болота, - ты вряд ли вспоминал что-то неприятное.

- Ну это же Серенити, - философски пожал плечами Энд, - никто и не подумает искать в ней недостатки, она слишком добра и непосредственна для этого. Вечное дитя!

- А ты - достойный принц своего королевства, - парировал Джед, - и люди, которые будут смотреть на тебя, прежде всего вспомнят о твоих поступках, а не внешности. Красивые поступки в сто раз прекраснее самого безупречного лица.

Энд промолчал, но мысли его были все еще полны противоречий. Несмотря на то, что и Джед, и другие лорды были ему как братья и жили практически одной жизнью с ним, они не сталкивались со многими проблемами, которые были уготовлены принцу. Всегда существовал и будет существовать миф о том, что принц непременно должен быть прекрасным, храбрым и благородным, что ему все дается легко и преподносится на блюдечке с голубой каемочкой. И мало кто думает, что он такой же мальчишка, как и другие, но с которого спрашивают впятеро больше, чем с любого подростка.

Он тоже волнуется из-за юношеских прыщей, ответственности, плохо написанном диктанте и собственном авторитете среди старших товарищей и сверстников; но все стараются не замечать этого. Потому что принц должен на отлично писать диктанты, а еще лучше - сочинять собственные сонеты, у него не должно быть разбитых коленей, измазанных щек и оттопыренных ушей, не должно быть страхов, плохих манер и ошибок. Уже с детства он должен быть мудрым, сознательным и еще бог знает каким! Потому что он принц. Пример для подражания. Будущее своей планеты. Защитник. Судья. Обвинитель.

И хотя Энд очень ценил советы Джедайта, он знал, что должен сам придти к правильному решению, перенести его через себя, принять душой. Легко Джеду сравнивать его с Серенити. Она как бабочка среди муравьев, как луч надежды, как звон колокольчика в тишине. А он? Всего лишь мальчишка, еще не добившийся в этой жизни ничего, лишь получивший свой титул по наследству.

Вот такой вот был сложный Эндимион. Чересчур задумчивый, чересчур критичный к себе и строгий. Но он был таким. И, быть может, он был куда более правильным принцем, чем любой сказочный персонаж с бесстрашным сердцем и прекрасным лицом.

***

Огорченный художник уехал. Кун тоже был не в духе, Джед молчал, а Неф и Зой и вовсе не думали о нем, но Энд знал, что не раз услышит о своем упрямстве и своеволие. Все-таки Кунсайт хотел, чтобы Эндимион уступил традициям, а Джедайт пытался показать другу, что бояться своей внешности не нужно, но принц твердо настоял на своем, и даже королю пришлось отступить.

Он понял все, что сказал ему Джед, однако принял собственное решение. Может, не самое лучшее, но единственно правильное: подождать несколько лет, когда закончит военное училище и испытает себя в первом бою. Тогда, быть может, он завоюет свое место среди великих королей и королев, правящих когда-то на Земле. Тогда его лицо в обрамлении богатой рамы будет хоть что-то значить для тех, кто будет смотреть на него.

...И Энд втайне мечтал, что когда-то Серенити, та самая воздушная фея с огромного полотна, в восхищении замрет у его портрета и не увидит ничего, кроме твердого взгляда и волевой осанки.

Никаких оттопыренных ушей.
 
Форум » Фанфики » Фанфики категории гет » Маленькое королевство больших сердец (в процессе)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: